Праведники Меча

Марко Джон

Через полчаса Касрину надоело бросать камушки, и, стряхнув грязь с ладоней, он вернулся на скамью. Солнце стояло высоко над головой, но Касрину идти было некуда. Поскольку он не успел проголодаться, возвращаться во дворец было ни к чему, а видеться с Бьяджио ему не хотелось: после прибытия на Кроут император стал крайне раздражителен и мрачен. Касрин решил, что Бьяджио потрясен жуткой картиной своей разрушенной виллы, и почти жалел его. Поистине ужасно видеть, как осквернили твой дом.

«Может быть, именно для того они это и сделали», — решил он.

В

конце концов, это было вполне объяснимо. Нарцы надругались над Лиссом — и делалось это по приказу Ренато Бьяджио. И теперь императору и его роскошному дому пришло время расплачиваться.

— Какая глупость! — прошептал Касрин, качая головой.

Десятилетняя осада Лисса, ее кровавые последствия и даже его собственная карьера на флоте — все это было таким бессмысленным фарсом! И, по словам Бьяджио, все это поставило империю на грань краха. В последнее время Касрин не знал, чему можно верить, однако все сильнее доверял Бьяджио.

— Капитан Касрин! — окликнули его.

Касрин от неожиданности вздрогнул. Повернувшись, он увидел у края рощи трех человек. К его изумлению, среди них оказалась королева Джелена. Она шла между двух лисских солдат, причем оба недовольно хмурились. Лицо самой Джелены было непроницаемым и чувств королевы не выдавало. Немного наклонив голову, она смотрела на капитана изучающим взглядом.

— Что вы здесь делаете? — спросила она. Касрин немедленно встал.

— Я нарушил какие-то правила? Мне сказали, что я могу идти, куда захочу.

Джелена не ответила. Один из охранников что-то зашептал ей на ухо. Касрин вспомнил, что этого человека он уже видел два дня назад. Тимрин — кажется, так его звали. Выслушав его, королева Джелена кивнула, а потом сделала шаг вперед. Тимрин попытался возразить, но Джелена от него отмахнулась.

— Уходите, — сказала она своим сопровождающим. — Я хочу поговорить с капитаном наедине.

Оба мужчины неприветливо посмотрели на Касрина, молча, предупреждая его, чтобы он вел себя подобающим образом, после чего скрылись за деревьями. Касрин смотрел, как Джелена приближается к нему, осторожно приподнимая край платья, чтобы не испачкать его о глинистую почву. Она казалась нежной, как роза, но суровое выражение ее лица напоминало, что шипы у нее тоже имеются. Пока она приближалась к капитану, ее лицо оставалось жестким. Касрин решил, что не будет тушеваться.

— Я ничего плохого не сделал, — объявил он. — Ваши люди видели, куда я направляюсь, и они меня не остановили.

— Я это знаю, — согласилась Джелена. — Именно они и сказали мне, где вас можно будет найти. Я пришла не для того, чтобы вас ругать, капитан Касрин.

— Вот как? Тогда почему вы здесь?

Такая прямота заставила королеву ощетиниться.

— Потому что мне нужны ответы! — Она уселась на скамью, тщательно расправив складки изумрудно-зеленого платья. Когда она подняла взгляд на Касрина, выражение ее лица изменилось. — Я вижу, что вы не ожидали меня увидеть. Пожалуйста, не бойтесь.

— А я и не боюсь! — возмутился Касрин, хотя на самом деле он немного нервничал,

что очень его раздосадовало. — Чем я могу быть вам полезен?

— Я думаю уже два дня, капитан. Вы и ваш император дали мне немало пищи для размышлений. И я никак не могу прийти к решению.

— Вполне понятно, — согласился Касрин.

Он внимательно смотрел на Джелену, не слишком вслушиваясь в ее слова. Она была необычайно красива, и этот прекрасный уголок сада только подчеркивал ее красоту.

— Все мои советники и друзья имеют свои точки зрения на то, что нам следует сделать с вами и Бьяджио, — продолжала Джелена. — Некоторые считают, что вам следует поверить. Другие говорят, что Бьяджио — лживый дьявол и его надо скормить акулам.

— Очень утешает, — кисло отозвался Касрпн. — А вы? Что думаете вы?

Джелена вздохнула.

— Я не знаю, чему верить.

— И поэтому вы здесь. Королева кивнула.

— После двухдневных споров и размышлений я кое-что поняла. Мне пришло в голову, что никто из нас не знает, о чем мы говорим. Мы не понимаем ни нарцев, ни вашей империи. А Бьяджио — вообще великая тайна.

Внезапно Касрин понял, к чему все идет.

— Миледи, вас привело ложное предположение, — признался он. — Я знаю Бьяджио не лучше, чем вы.

— Но вы должны его знать! — возразила Джелена. — В конце концов, ведь вы — единственный капитан, который сохранил ему верность. Он так сказал.

— По-моему, вы не совсем правильно это поняли. Мои отношения с Бьяджио — результат стечения обстоятельств. На самом деле я его совершенно не знаю.

Джелена нахмурилась.

— Я не могу это принять, — заявила она. — Вы приплыли сюда, чтобы просить о помощи, а предлагаете одни только загадки. Это меня не устраивает, капитан. Если вы хотите, чтобы мы вам помогли, вам пора с нами сотрудничать.

— Полегче! — предупредил ее Касрин. — Не разговаривайте со мной так, словно я — ваш слуга. Если у вас есть вопросы — спрашивайте. Но не устраивайте мне допроса.

Лицо королевы смягчилось.

— Я не хотела вас обидеть. Вы должны понять, как мне трудно. Вы — нарец, офицер Черного флота. Простите меня, но я не знаю, как мне на вас реагировать.

— Понимаю, — сказал Касрин. Ему тоже было нелегко привыкнуть к лиссцам, и теперь он догадался, каким опасным должен казаться королеве. Он — змея, которая приползла к гнезду птички. Джелена просто защищает своих птенцов! — Только сделайте мне одолжение: не судите меня. Вы не знаете, через что мне пришлось пройти, чтобы оказаться здесь.

— Не знаю, — согласилась Джелена. — В том-то и проблема. Но мне хотелось бы знать, если вы расскажете. Касрин покачал головой:

— Это не имеет значения.

— Имеет! Неужели вы не понимаете? Именно поэтому я и пришла к вам. Чтобы я могла вам хоть немного доверять, мне надо вас понять. У меня множество вопросов. Если я не получу на них ответа, то как я смогу согласиться помогать вашему императору? — Голос Джелены звучал умоляюще. — Расскажите мне о Никабаре.

— А он тут при чем?