Праведник
Шрифт:
— Ну о чем ты говоришь, Галя? Ну неужели ты не понимаешь, ну не нравится он мне. Не то чтобы совсем не нравится, но как тебе объяснить… Есть в нем что-то такое отталкивающее, пугающее даже… Я сама не понимаю что. В этих его глазах, в этих руках длиннющих, которые он распускает все время.
— Ха! — воскликнула Галочка. — А ты как хотела? Распускает, значит, хочет, значит, любит тебя. Здесь-то все правильно. А ты его поощряй. Поощряй, но просто так не давайся…
— Все, хватит! Не нужен он мне, понятно? И вообще
— Я чего, я о тебе думаю, — слегка обиделась Галочка, но тут же отвлеклась, обратив внимание на солидного, богато одетого прохожего. — Смотри, какой важный. Тоже, наверное, не хухры-мухры.
Она обернулась, посмотрела вслед прошедшему мимо красавцу и тут же воскликнула:
— Ух ты! — и засмеялась.
— Ты чего? — удивленно спросила Аллочка.
— Ничего, — ответила Галя и перестала смеяться. — На ловца и зверь бежит. Там твой графинчик за нами топает.
— Урманчеев? — Аллочка глянула назад и тут же ускорила шаг. — Вот ненормальный! Опять, наверное, следит за мной.
Действительно, по противоположной стороне улицы, в том же направлении, что и девушки, в черном дорогом костюме, белой рубашке и при галстуке, в блестящих лакированных туфлях шагал молодой граф Виталий Урманчеев. В этот вечер он вышел просто прогуляться, но, заметив Аллочку на Пушкинской площади, уже довольно долго следил за ней, следуя на приличном расстоянии по пятам.
— Ну, чего ты разогналась? — крикнула Галя Зверева Аллочке вслед. — Съест он тебя, что ли?
— Да ну его. Глаза б мои его не видели. Да ты посмотри на него!
Галочка развернулась и несколько секунд нахально разглядывала преследователя.
— Ну и что? — догнав наконец Аллочку, сказала она. — Нормальный мужик. Длинный. Стройный.
— Стройный? А руки?
— Руки, как руки.
— Длинные, как у обезьяны!
— Да брось. Не замечаю ничего такого.
— А рот… А лицо?
— Очень даже приятное лицо.
— Как у десятилетнего ребенка. Ни одной волосинки!
— Молодой еще. Повзрослеет — оперится. По-моему, он очень даже не плох. Я советую тебе все-таки…
— Да отстань ты от меня со своими советами! — расстроенно крикнула Аллочка. — Нравится тебе — забери его! А от меня отстань!
— Сама и забери! — вспыхнула Галочка. — Никакой благодарности! Я хочу ей как лучше, а она… Да мне вообще, если хочешь знать, некогда с тобой лясы точить! Я, между прочим, через час с Сержем встречаюсь!.. Будь здорова, дорогая! Пока! Желаю удачно провести время, — и, совершенно обидевшись на свою подругу, Галя Зверева прибавила шагу и свернула в ближайший переулок.
— Ну вот. Сначала сама пристает, потом сама же и обижается, — вслух произнесла Аллочка, хотя Галочка уже вряд ли могла ее услышать. — Тоже мне, советчица! — и гордо задрав носик, она зашагала дальше по Тверской.
Урманчеев догнал
— Здравствуй, Аллочка, — робко проговорил он, семеня за ней в ногу и не решаясь заглянуть в лицо.
Аллочка не обернулась.
— Здравствуйте, господин Урманчеев, — все-таки поздоровалась она и раздраженно добавила: — Чего тебе?
— Мне ничего… — после продолжительной паузы ответил Виталик. — Я просто хотел спросить… Я хотел извиниться перед тобой. Ты ведь сердишься на меня?
— Еще бы! — огрызнулась Аллочка. — До сих пор синяки на руках не прошли.
— Прости меня, Аллочка, — дрогнувшим голосом взмолился Виталик и вдруг воскликнул: — Я тебя очень, очень люблю!
После этих слов Аллочка вздрогнула и зашагала еще быстрее. Следы волнения появились на ее лице.
— Аллочка! — догоняя ее, продолжал Виталик. — Скажи, я тебе совсем не нужен?
— Мне… — решительно собралась ответить она, но вдруг замолчала, остановилась и задумалась. — Слушай, Виталик, — забавная мысль пришла ей в голову. — Ты ведь знаешь эту девушку, которая вот сейчас гуляла со мной? Ну, Галочку?
— Знаю, — рассеянно ответил он. — Шлюха она.
— Сам ты шлюха!
Виталик ничуть не обиделся, даже улыбнулся.
— Извини, я не хотел ничего такого, — сказал он. — Но все так про нее говорят.
— Все говорят, да все за ней бегают. Ну да ладно. Неважно. Короче, знаешь, да?
— Да.
— Хорошо. Теперь слушай. Ты можешь сделать для меня одну вещь?
— Конечно! — радостно воскликнул Виталик.
Лучезарная улыбка засветилась на его лице. Конечно, он выполнит любое ее желание! Он весь обратился в слух.
— Виталик, — продолжала она. — Пригласи Галочку на свидание.
Улыбка молодого графа погасла так же мгновенно, как и зажглась.
— Зачем это, Аллочка? — уныло спросил он.
— Нужно, Виталик. Для меня. Пожалуйста. Я тебе сейчас телефончик дам. Позвонишь, скажешь там, что ты от нее без ума… ну, это ты умеешь. И пригласишь сегодня встретиться, сходить куда-нибудь. Или в гости напросишься — она одна живет. В общем — смотри сам. Здесь даю тебе полную свободу. Не волнуйся, все это только на один раз, если, конечно, тебе не понравится. Ну, понял? Запоминай телефон. — Она несколько раз повторила номер телефона подруги. — Запомнил?
— Запомнил, — растерянно сказал он и повторил названные цифры.
— Молодец. Теперь послушай еще. Ты сейчас же, в течение часа, позвонишь ей и сделаешь все, о чем мы договорились.
— Но зачем, Аллочка, милая, зачем?
— Для меня, милый, для меня, — хитро улыбнувшись, сказала Аллочка.
Виталик пробормотал что-то невнятное.
— Через три дня я уезжаю, — вдруг сказал он.
— Уезжаешь? — равнодушно спросила она. — Куда?
— У меня практика. Курсовая. Целый месяц.