Правдивые истории
Шрифт:
Макс, сообразив, что выбор одного суфле и пудинга может оказаться фатальным для здоровья, предпочел удрать в универ голодным, стянув с родителей лишние сто рублей. Я отговорилась тем, что с сегодняшнего утра села на диету и ничего кроме кофе не пью, а вот Денис попался. Не нашел повода отказать, поэтому сначала хрустел подгоревшей коркой кровящего бифштекса, а потом заедал это дело эльфийскими деликатесами. Результат знакомства в его желудке плодов враждующих культур сильно смахивал на реальную встречу двух войск — раскаты "сражения" было слышно издалека. В общем, мой муж выпал из полноценной жизни на пару часов. Хорошо, что дома
После этого случая каждая из дам твердо уверились в том, что тайной целью противницы является извести нас с белого света, и двор по утрам стал жить в режиме осады. Зная, что махать настоящим оружием им никто не позволит, женщины оттачивали свое умение в словесных перепалках. Действовали они по-разному — Ахна просто ругалась на орочьем, жестикулируя не хуже рэпера, поймавшего кураж. Иногда — в опасной близости от эльфийского носа тети. Элурим в такие моменты каменела, и в ее синих глазах зажигались хищные огоньки. Видно было, каких трудов стоит перворожденной не засветить орчанке молнией меж глаз.
Справедливости ради замечу, что провокатором стычек чаще всего выступала именно эльфийка. Она умудрялась так хитро замутить интригу и, не произнеся ни одного грубого слова — вообще ни одного слова понятного Ахне — взбесить свою противницу, что та начинала плеваться ядом, что очковая змея. А хитрая Элурим только разводила руками — мол, что с этих дикарей взять, совершенно вести себя не умеют.
Однако злость, даже скрытая, никому еще на пользу не шла — теперь все блюда, выходящие из-под рук обеих женщин, вызывали стойкое несварение желудка. Хуже всего приходилось кузенам и Денису. У них никак не получалось отвертеться от дегустации еды. Притом эльфам совершенно не помогало, что они даже не прикасались к орочьим кушаньям. То ли им хватало одного запаха, то ли злость действительно имеет свойство портить хороший продукт, не знаю, так или иначе, но "смекта" неожиданно стала самым популярным в нашем доме лекарством.
Мой любимый, всю жизнь придерживавшийся поговорки "если "мужчины — это большие дети", то женщины — это дети маленькие", а потому прощавший слабому полу почти все, пока мирился с выходками милых дам, но я чувствовала — его терпение уже на исходе. А после того, как во время одной, особо горячей перепалки, все-таки была задействована "тяжелая эльфийская артиллерия", которая подожгла ни в чем не повинный соседский сарай, и мой милый безвозвратно испортил на его тушении любимые камуфляжные штаны, он стал часто коситься в сторону калитки, явно желая очутиться за ней. Вот тут уже я обозлилась и взяла инициативу в свои руки — в конце концов, это мой долг, оберегать покой супруга от моей любвеобильной родни. Точно такой же, как Дениса — оберегать меня от того же самого, но с противоположной стороны. Прекрасно отработанная и зарекомендовавшая себя на деле тактика взаимопомощи и обороны.
Поэтому в одно прекрасное утро я шлепнула со всей силы ладонями по столу и прошипела, старательно подражая тембру рассерженной гадюки:
— Такссс…. Вы чего, собственно, добиваетесь, а?! Это что за эксперименты на живом материале?!! — и коротко приказала, — С завтрашнего дня мы готовим сами! Возражения не принимаю даже в письменном виде, потому что умею ставить только одну визу — "отказать"! Или учитесь жить мирно, или….
– произнести последнее слово мне жалость помешала,
Воржек перевел эту фразу с мстительным удовольствием, и в сильно урезанном варианте:
— Ахна, дежи ухмехшу — рун! [8] — и скорее всего перевод сильно отличался от оригинала.
Я своего друга понимала: вместо того, чтобы заниматься делами своего клана, орк вынужден был торчать целыми днями у нас. Не то чтобы ему не нравилось… просто выглядел Воржек невыспавшимся и усталым — видно компенсировал свое дневное отсутствие активным ночным трудом. Так жить — никакого здоровья не хватит, даже орочьего. Да и напрягали его эти… бабские разборки. Всех существ мужского пола напрягали, даже Адольфа и кота.
8
Ахна, дежи ухмехшу — рун! Ахна, не уймешься, прогоню.(орочье)
— Считаете это последним китайским предупреждением! — вынесла я конечный приговор и величаво уплыла в дом, оставив дражайших родственниц осмысливать все, что прозвучало и делать выводы. Когда вернулась обратно, двор пустовал. Даже кузены и те удрали.
Пользуясь моментом, пока никого нет, я пристроилась на табуреточке рядом с супругом, со словами:
— Прости, знала бы, в первый же день бы выгнала.
На что Денис милостиво заявил: — Ничего. Много родни это всегда хорошо, — и, перехватив мой недоуменный взгляд, снисходительно пояснил. — Если решим что-нибудь строить, легко найдем помощников!
В ответ только вздохнула — все-таки оптимист мой милый, помощников он найдет, как же… С такими помощниками только баррикады сооружать… или форт. И то — не факт. Пока одни будут строить, другие подкоп подведут и взрывчатки подложат. Чисто рефлекторно, потому что привыкли.
Все-таки сложное это дело, среди волшебного народа жить!
Мои "девушки" не показывались целую неделю. Эльфы на вопросы только пожимали плечами — все нормально, не переживай. Про Ахну спросить было некого — Воржек тоже словно сквозь землю провалился. Видно решал накопившиеся дела или попросту отсыпался.
В конце концов, я сама начала терзаться угрызениями совести и чувством вины. Притом наряду с этими чувствами, где-то на заднем плане витала мыслишка о том, что тетя с "мамо" именно того и добивались, потому как у обоих багаж житейских интриг почти в два века, а у меня…. Не скажу сколько, но намного меньше.
Прошло еще дней пять и, наконец, появилась Элурим. Не одна появилась, а с ворохом свежих идей и благих намерений. Но, как по-настоящему мудрая женщина, не стала обрушивать их на потенциальных жертв с ходу, а предусмотрительно накормила всякими вкусностями, лишь потом приступив к обработке поглупевшего от сытости сознания.
— Рениари, милая, мне кажется, вам пора заняться своим домом, а то он напоминает стойбище ор… — эльфийка запнулась, вспомнив о том, что орки мне теперь не совсем чужие, вздохнула и докончила фразу, — сарай гоблинов.
От этих слов я чуть не подавилась куском творожного пудинга — горло сжало предчувствие грядущих неприятностей. И не у меня одной — уж на что супруг обычно хватался за предложения улучшить наш быт, но тут даже у милого сработал предохраняющий тормоз:
— Нам нравится все как есть!
История западной философии
Пути философии
Научно-образовательная:
история
философия
культурология
рейтинг книги
