Правдивые истории
Шрифт:
Между тем рукоять кинжала, словно не выдержав тяжести наших взглядов, начала крениться вниз, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, наконец стилет вывалился из дверного полотна и упал, жалобно звякнув металлом о каменную плитку порожка.
Тетя подняла свое оружие и посмотрела в мою сторону самым задумчивым взглядом. Думаю, она уже сожалела о поспешном решении по приему меня в клан. А уж как о нем сожалела я…. Хотя один плюс от моего позорища все-таки был — тренировка с эльфами закончилась. К сожалению, у меня гостили еще и орки — на плечо опустилась могучая длань "мамо". Ахна сжимала в руке здоровенный топор. Орчанка
Попав под воздействие момента — уж больно "мамо" напомнила мне властительницу, снаряжающую верного вассала на борьбу с самим Мировым Злом — я еле удержалась от того, чтобы встать на одно колено и приложиться губами к рукояти орудия борьбы со всеми черными властелинами вместе взятыми.
Вот так и отправляются на подвиги несчастные герои, не посмевшие в ответственный момент сказать "Нет!".
Ахна, глядя на мое сомнение, нетерпеливо дернула плечом, и томогавк-переросток угрожающе качнулся в непосредственной близости от очень дорогой мне части тела — у моего носа. Дабы не провоцировать "мамо" на необдуманные действия — кто знает, что у нее там на уме — я приняла оружие. "Топорик" на первый взгляд весил кило семь, не меньше. Когда он оказался в моих руках, показалось — все двенадцать. Пришлось напрячься, чтобы не уронить.
Ахна, по всей видимости решив, что в неудачах "донэчки" виноваты никудышные учителя, решила взвалить сей неблагодарный труд на свои плечи и встала передо мной, сжав в руках огромный топор бывшего зятька, великодушно пожертвованный им во благо воинской науки. Она чуть согнула ноги в коленях, дождалась, пока я повторю ее движение, а потом показала, как делать замах и рубить врага, то есть — воздух.
Пока она изображала, как расправляется с противником настоящий воин степей, тяжелый топор успел оттянуть мне руки, и я попыталась примостить его лезвием вниз на кроссовке. Облегчить себе жизнь не получилось — тут же вмешался Воржек.
— Нельзя! Урчаке оскорбишь, — тихо рыкнул мне на ухо орк, осторожно укладывая топор рукоятью на плечо.
Урчаке оскорблять было нежелательно. Как и еще десяток орочьих богов. Они отличались исключительно мстительным и кровожадным характером. Не то, чтобы я в них сильно верила, но мало ли…. Кто их знает, эти параллельные миры и их создателей…. Вдруг в гости пожалуют?
Ахна в очередной раз рубанула воздух невидимым мечом:
— Ххар!
Перепуганная грозным рыком, с ближайшей крыши в воздух поднялась с тревожным карканьем пара ворон. Ахна проводила их удовлетворенным взглядом.
Я перехватила поудобнее рукоять, заметив краем глаза, как Воржек отскочил от меня прочь метра на полтора, потом поднатужилась, замахнулась и, подражая "мамо", выдохнула:
— Хха!!
Я вложила в это громкое "хха" всю свою душу и усердие, и, как оказалось, со всей силой заодно — руки разжались сами собой. Я сразу метнулась в противоположную от топора сторону, не дожидаясь, пока он врежет мне по пятками или… по каким-нибудь другим частям тела. Топор тяжело грохнулся на землю, подняв в воздух облачко пыли и оскорбив этим падением не только Урчаке, а заодно еще пару-тройку богов. Я застыла на месте в ожидании возмездия. Можно сказать, возмездие обрушилось незамедлительно — у меня резко заболело плечо. Похоже, я потянула мышцы в неимоверном усилии казаться той, кем стать затруднительно.
Во дворе воцарилась
Я едва не падала от усталости, руки и пострадавшее плечо болели, в душе царило тоскливое уныние — второе такое занятие точно не переживу… без травмированной психики. Своей и … не только своей — мое терпение имело свойство заканчиваться в самый неожиданный момент. Чтобы не оскорбить ненароком новоявленную родню, твердо решила: завтра хоть режьте меня, хоть натравливайте целую стаю полосатых кровососов, все равно останусь в кровати! И вообще не буду ходить на тренировки, пока зрителей не убавится.
Не успела подняться на крыльцо, как требовательно вякнул звонок. Гости в семь утра случались у нас нечасто, буквально один-два раза в месяц, так что я точно знала, кого увижу за порогом… Того, кого сейчас не хватало для полного "боекомплекта" — мою настоящую, земную свекровь.
Я поплелась открывать калитку, пытаясь по дороге сменить гримасу бесконечного горя, на более приличествующее случаю выражение, однако на этот раз судьба меня пожалела… почти: за калиткой стоял всего лишь сосед свекрови. Зато не один стоял, а в обнимку с каким-то мешком.
— Вот, передали! — недовольно буркнул сосед. Видно он тоже не испытывал счастья от навязанного поручения. Ему можно было посочувствовать — Лидия Ювенальевна была удивительно настойчивая и деятельная женщина, она могла уговорить на подвиги разной степени тяжести любого (даже меня) … за одним единственным исключением в виде собственного сына. У Дениса на нее был врожденный иммунитет.
Меж тем мужчина сгрузил свою ношу и был таков. Я заволокла мешок во двор и потянула за веревочку, не подумав, к каким последствиям может привести такой шаг.
А ведь любопытство не только кошку сгубило!
Как на детсадовском новогоднем утреннике мягкая дерюга обвисла вниз, выставив на всеобщее обозрение крепкие, пупырчатые огурцы. Сначала я не удержалась от стона — только закруток мне не хватало для полного счастья! — а потом обрадовалась.
Вот он, повод для пропуска тренировок и вообще повод в течение хотя бы пары дней игнорировать компанию!
Только напрасно я понадеялась на подвалившее счастье, забыв об одной, но перевешивающей все остальное истине — гостьям нужна была именно я! И никакая сила не могла удержать тетю с "мамо" на стороне. Даже огурцы. Точнее — именно они.
Рядом словно из-под земли выросла Элурим, она двумя пальчиками выудила из недр мешка подарок свекрови и улыбнулась:
— Рениари, ты собираешься сделать запасы на зиму? У меня есть рецепт. Он передается в нашем роду уже более тысячи лет.
Заметив, как Илваритель изменился в лице после слов своей мамы, я поняла — ждать хорошего от обещанного рецепта не стоит — а потому горячо возразила:
— Спасибо, но я хочу их просто посолить!
И конечно же получила:
— Рениари, милая моя девочка, ты же не откажешь мне в удовольствии немного тебе помочь?