Правда и вымысел
Шрифт:
Охотничья страсть несколько притупила голод (всё-таки, была надежда, мол, вот-вот найду гору мяса), и тут снова заговорило чрево — вторые сутки ничего не ел. Попробовал отвлечься археологией слова, но тут же вывел цепочку — ЕСТЬ — ЕДА — ЯСТИ — ЯД (травоядный, плотоядный), ЯДРО — внутренность, желудок? Ядрёный — человек с крепким или сытым желудком.
Конечно, яд теперь означает только отраву, но я бы его принял сейчас…
Вероятно, голод и разозлил меня, подтолкнул в наступление.
— Я узнал
Комитетчик тянул паузу, такую длинную, что я успел снять ботинки и повесить их перед устьем печи. Видимо ждал, когда скажу всё, чтобы принять решение, но вдруг спросил:
— Собака не пришла?
— Нет.
— Времени слишком мало… — проговорил он словно сам себе.
Я подбросил дров на гаснущие угли и расшевелил их кочергой. Надо было дожимать его.
— Ты не стареешь, не изменяешь образа, и всё равно создаётся впечатление многоликости. Это что, профессиональные качества комитетчика?.. Но вместе с тем, сплошное дилетантство, чего не коснись. Прикрытие у тебя слабое, на охотника совсем не похож и белку бить не умеешь. Поверить, что ты искал меня только чтоб передать журналы с романом, невозможно. Пошёл в горы — подстрелили! Да, и почему тебя забросили в безлюдные места без связи? Где спасательная радиостанция «комарик»? Связались бы с пролетающими самолётами, через два часа пригнали санрейс… Надеешься на товарища? Его до сих пор нет.
Он слушал невозмутимо, не перебивал, не оспаривал и тем самым гасил мой разоблачительный пыл.
— Ты должен мне помочь… — наконец проговорил тихо.
— Каким образом? Сплавить на плоту? Но я не знаю, на какой реке нахожусь, куда нас вынесет и когда!
— Это река Народа.
— А если не довезу? С меня ведь спросят, кто в тебя стрелял. Не орден дадут, а учитывая моё прошлое, засунут в каталажку. И пропарят года два!
— В комитете я давно не служу, так что…
— Ну и кто ты теперь?
— Стражник.
— Что это такое? Охранник, что ли?
— Можно сказать и так.
— Это вы охраняете район Манараги?
— Не только этот район — весь Урал.
— А от кого получил две пули?
Чекист замолчал, прикрыв глаза, будто задремал.
— Я должен знать, кто ты на самом деле, — я толкнул его в плечо. — Хочешь молчать — молчи. Сдыхай и молчи, дело твоё.
— Это так важно для тебя? — через несколько минут отозвался он.
— Принципиально!
— Что ещё интересует?
— Ещё?… Как и зачем нашёл меня здесь, зачем принёс журналы с романом.
— Думал порадовать, сделать приятное.
— И
— Нет… Хотел выяснить, от кого и когда ты узнал о рукописи старца Дивея.
— Легенда не годится. Мог бы придумать что-нибудь посерьёзнее.
— Неужели ты ничего не понял? Мне отказано!.. Я должен переломить ситуацию. Это всё старуха! Она всегда относилась ко мне с предубеждением, не верила в искренность. И сейчас думает, я умышленно полез под пули, чтоб уйти в вечность… Всё время подозревала. Для неё я так и остался изгоем… Да, во мне сейчас говорит обида, и всё равно не верю! Она не могла отказать.
— Не понимаю о чём ты говоришь, — признался я. — Какая старуха? Кем отказано? В чём?
— И не нужно ничего понимать. Помоги мне выбраться отсюда, — вдруг попросил он. — Перед тобой человек в беспомощном состоянии. А ты писатель, гуманист…
Он должен был помнить ещё по той четырёхчасовой беседе, больше напоминающей психологическую пытку, что я терпеть не могу, когда мне давят на совесть и призывают к благородству. А теперь, после того, что я видел и испытал на берегу Манараги, одно упоминание о гуманизме вдруг взбесило меня.
— Я помогу, раз должен. Но ты убеди меня, что не имеешь отношения к банде ублюдков, которые сейчас рыщут по дну Ледяного озера.
— Какого озера?
— Озера Аркан.
Раненый посмотрел мимо меня — сколько я ни старался, ни разу не поймал его взгляда.
— Да, я когда-то работал с этими людьми, — признался он. — Пока не вступил в контакт с гоями. Ты ведь тоже ищешь встречи с ними?
— Такие вопросы с тобой обсуждать не хочу.
— Не доверяешь? Почему? Я стражник и давно служу гоям. Ты же видел, как я спалил лагерь ГУПРУДы?
— Видел. Но таким образом ты мог устранить конкурентов, освободить место для тех, кто сейчас работает на озере. Тем более, я знаю тебя как чекиста и хорошо помню, как вы меня допрашивали.
Он усмехнулся.
— Добро. Я постараюсь убедить тебя и завоевать доверие.
— Постарайся.
— Для этого пойдёшь со мной. А вернее, поможешь мне дойти до одного места. Это не так далеко. Я в долгу не останусь, слово стражника.
— Чем же отблагодаришь?
— Покажу тебе то, что ты ищешь, — сказал многозначительно.
— Тебе известно, что именно я ищу?
— Известно… Ну что, боишься?
— Боюсь, и потому твой автомат забираю.
— Забирай! — легко согласился он. — В рюкзаке сумка с патронами.
— Может, тебе костыли сделать?
— Не надо. Ты мне поможешь без костылей.
— Но я далеко тебя не утащу! Сколько весу? Восемьдесят? Вот! А я не ел три дня.
— И тащить не надо. Пойдёшь за мной, след в след. Ведущим буду я.
— Странная помощь…
— Мне нужно, чтоб ты шёл сзади.