Права и обязанности

Пьянкова Карина Сергеевна

– Владыка! – отчаянно возопил гном.

– Райвэн?! – опешили от такого явления Эрт и Айэллери.

– Он что, хочет с собой покончить?! – побелела Илнэ.

– Если кто-то и сможет спасти сейчас девочку, так это Владыка, – усилием воли чуть успокоился Эгорт, который до сих пор свято верил в то, что правитель драконов если уж и не всесилен, то очень близок к этому.

– Но это же…

Уже выйдя за пределы нашего мира, я стремительно перекинулся. В драконьем облике в этой хмари было гораздо легче передвигаться,

к тому же голодная пустота едва ли не удивленно поперхнулась, получив такую тушу. Иногда полезно быть большим. Очень большим.

Тонкая фигурка медленно погружалась все глубже и глубже в то, что я привык называть Пустотой, тем, из чего все произошло и куда ничто не должно вернуться. Я должен подхватить Рэйлэнэ раньше, чем эта дрянь выжрет ее жизненную силу и с преогромным удовольствием прикончит меня, а, судя по тому, как уходит моя энергия, подобный безрадостный исход весьма близок. И ко всему прочему я могу воспользоваться только своими четырьмя лапами и крыльями, больше в моем арсенале нет ничего. Ну еще воля и желание выжить, которое присуще всем.

Крылья протестующее заныли, когда я изо всех сил рванулся вниз, туда, где виднелся силуэт девушки с огненно-красными волосами. Творец, только бы успеть, только бы успеть…

Я едва не сошел с ума, когда на миг показалось, что она падает быстрее, чем я лечу. Кровь надсадно стучала в висках. Нет, я успею! Вниз. Быстрее, еще быстрее, дракон, дхарр тебя раздери! Я справлюсь, точно справлюсь, я обязан!

Когтями подхватить тонкую талию. Крепко, надежно, чтобы, не приведи Творец, не выронить, но осторожно. Когда-то я на спор лигу нес в острых как сабли когтях огромную фарфоровую вазу, не расколотив несчастную. Никогда бы не подумал, что такой опыт пригодится.

Ее я нес еще осторожнее.

Килайя казалась такой легкой, будто высохшей, и я запаниковал. Неужели поздно?!

Так быстро я не летал никогда в своей жизни. Мышцы едва ли не рвались от перенапряжения. Воздух, или то, что его замещало за пределами моего мира, с трудом проникал в легкие. Перед глазами все плыло. Казалось, что я никогда не смогу вернуться, здесь и сгину, и скоро даже тело мое бесследно исчезнет в этом жутком месте без времени и пространства. Взбодрила мысль о том, что я должен вытащить Рэйлэнэ из этого кошмара, а потом можно будет и сдохнуть с чувством выполненного долга. Продираться через гадость, которая нас окружала, было все сложнее. Я превосходно понимал, что еще немного, и крылья просто-напросто отвалятся. Перед глазами уже начали летать мелкие противные мушки…

«А ну соберись, сопляк!» – раздался знакомый разъяренный голос в сознании.

Папа…

«Нашел время помирать! Зубы стиснул и вверх, паршивец чешуйчатый! Ящерица перекормленная! Позор на мою голову!»

– Ну не надо так ругаться… – сквозь зубы прохрипел я, чувствуя, что еще немного, и мы будем спасены. – Я стараюсь, честно…

Творец, как же я устал…

Сперва кто-то неаккуратно уронил бесчувственную Килайю на землю

рядом с обрывом. Потом этот «кто-то», тяжело дыша, упал рядом с демонессой, невидяще уставившись в темное небо.

– Райвэн! – радостно завопил Лэн, бросившись к дракону.

Потом резко замолчал, растерянно глядя на лежащего на спине Владыку, взгляд его был безучастным. У Лэна кольнуло в сердце… Теперь он не мог увидеть того Райвэна, бывшего для него высшим существом. Разорванное запечатление сорвало с глаз счастливую пелену, через которую эльфенку так приятно было смотреть на мир. В тот момент Лаэлэну стало по-настоящему больно, исчезло то, что делало его храбрым. Эльф понял, что он остался один и ему теперь с этим жить.

– Лэн? – Позади настороженной тенью возник старший брат, успокаивающе обнял за плечи.

Айэллери понимал, что с младшим творится что-то не то, но полностью понять причины конечно же не мог. Да и как объяснить то невыразимое чувство защищенности, которое испытываешь, когда твоя душа накрепко привязана к другой, более сильной и мудрой?

– Лэн, ты в порядке? – Тихо и испуганно. Неужели и с ним что-то случится? Сначала родители…

– Ты лучше не о своем балбесе беспокойся! – рявкнул на Перворожденного Грэш. – Не видишь, что ли?! Девочка умирает!

Айэллери вздрогнул и, будто опомнившись, бросился к демонессе, которая так и не пришла в сознание. Кожа Килайи была мертвенно-серой…

– Она потеряла слишком много энергии… После такого не выживают, – стараясь не замечать дрожи в собственном голосе, констатировал эльф.

– А если мы отдадим ей часть своей? – решительно повернулся к Айэллери Эрт.

– Не получится, – покачал головой тот. – Среди нас нет ее сородичей. А в таком состоянии она не выдержит вливания чужеродной энергии.

– Но… – Илнэ всхлипнула, беспомощно глядя на товарищей. – Она же умрет… Как?

– Лэн, помоги мне подняться, – хрипло потребовал дракон, голос которого был сорван.

Лаэлэн бросился выполнять его приказ с той же поспешностью, с какой сделал бы это, если бы они по-прежнему были соединены сознаниями.

Райвэн сел с трудом, будто древний старик.

– Что?.. – недоумевающе спросил его драконоборец, не понимавший, что случилось с ящером.

– Мне тоже неплохо досталось, – криво усмехнулся Райвэн, с трудом удерживая непослушное тело Килайи на руках. – Я дам ей часть своих сил.

– …?! Нельзя же! – ужаснулся Айэллери.

– Мне можно, – покачал головой Райвэн. – Приживется. Я знаю.

– Ты ж сам едва копыта не откинул! Куда тебе еще и последнее разбазаривать?! – забеспокоился орк.

Остальные безмолвно поддержали сомнения Грэша. Килайю жаль, но уж лучше один покойник в отряде, чем два.

– Дураки вы, – выдохнул дракон. – Для меня это даже сейчас капля, а для вас – целая жизнь. А ты, Айэллери, мне потом узор сомкнешь, – тихо, но властно сказал Райвэн. – На это моих сил уже не хватит. – Дрожащей тонкой рукой он потянулся к запястью лежащей недвижно демонессы.