Права и обязанности
Шрифт:
– В горах.
– У гномов, что ли? – удивленно поднял бровь Кот.
– Нет, со своим народом, – сухо отозвался я, чувствуя, как разговор медленно, но верно выходит из-под моего контроля. Это раздражало. Я не умел врать и не любил этого делать; да, виртуозно отбалтывался и не договаривал, но лгать в лицо не умел. Чем бессовестно пользовались спутники, осторожно вытягивая из меня всю подноготную.
– И что это за «твой народ»? – не пожелала отказаться от участия в допросе с пристрастием Килайя.
– Не ваше дело! – Я пакостно улыбнулся, с удовлетворением ощущая глухое раздражение товарищей по авантюре. Не помешает лишний раз напомнить этой веселой
Эгорт покосился на меня укоризненно. Еще бы… Он знает, что я не имею привычки оскорблять окружающих и вообще белый и пушистый… Но сейчас вокруг меня чужаки, которые не имеют права на мое расположение. Хватит и того, что я слежу за целостностью их шкур.
Да… Они не имеют права на мое расположение, но все равно его получили… И это меня совершенно не устраивает! А если сказать честнее, это меня бесит!
Поплутав еще немного по улицам Антэлэ, мы обнаружили-таки то, что искали: рынок. Вот тут мой завтрак сообщил, что не прочь бы посмотреть на солнце. Я усилием воли подавил рвотные позывы и направил Аэ-Нари к коновязи. Теперь надо еще убедить паразита, что нужно стоять у этой палки, которую почему-то нельзя ломать. Задача весьма сложная, если вспомнить, что узды на этой зверюге нет. А даже если б была, можно подумать, она его хоть на секунду задержала бы!
Айэллери, благодаря благодатным запахам рынка щеголявший нежно-зеленым цветом лица, попросил разрешения постоять рядом с лошадьми, похоже, что несчастному остроухому не хочется, чтобы его прилюдно и принелюдно вывернуло наизнанку. Эрт смилостивился над Перворожденным и сделал вид, что лошадям просто жизненно необходимо, чтобы эльф находился рядом с ними. Зато Лэну все было нипочем. Мальчишка вцепился в мою руку мертвой хваткой и был полон решимости не отпустить меня, даже если небу заблагорассудится упасть на землю.
Меня мучило предчувствие, что зря я вернул эльфенка в нормальное состояние: характерец у него оказался до невозможности непоседливый и пакостный, и я прекрасно понимал, что мы с этим пацаном еще наплачемся. Предчувствия меня редко обманывали.
Продукты в основном выбирали Эрт и Кот (последний так лихо торговался, что, когда наша компания отходила от очередного лотка, его владелец рвал волосы от отчаяния), Килайя и Илнэ смотрели на все с детским восторгом (не думаю, что при их знатности их раньше запускали в такие злачные места, как человеческий рынок), Грэш считал всю эту возню с провиантом недостойным мужчины занятием (ничего, значит, будет дрова таскать), Эгорт время от времени пытался принять участие в покупке продовольствия, но толку от него было чуть. Никак не могу понять, почему из всего подгорного племени именно его выбрали для нашей миссии. Девушки и то приносят больше пользы, эта парочка, по крайней мере, знает, что с оружием делать, а гному надо свой топор выкинуть, пока сам не порезался и других не покалечил. Я тоже иногда вмешивался в сложное дело закупки продуктов, когда замечал, что особо ушлый торговец пытается нас обдурить. Если от зорких глаз толпы нелюдей еще можно было укрыться, то от моей телепатии – нет!
В общем и целом вслед нам неслись проклятья, пожелания подавиться прикупленной снедью и обвинения в самых близких, можно сказать, интимных отношениях с Черным Драконом и всей его родней скопом. Ни то, ни другое, ни третье не испортило нам настроения, но прибавило интереса прохожим, с чего-то вдруг решившим проверить нашу лояльность к местной власти, а заодно и обогатиться, если эта самая лояльность будет вызывать сомнения (то бишь если
Только вот с чего вдруг мы стали вызывать у местных жителей столько агрессии, а?.. Мне только кажется или?..
Толпа посетителей рынка вместе с оскорбленными в лучших чувствах торгашами стала потихоньку стягивать кольцо вокруг обнаглевших чужаков.
– Кажется, нас сейчас будут бить, – равнодушно заметила демонесса.
– Мир их праху. – Кот широко и клыкасто улыбнулся, демонстрируя специфический оскал горных демонов.
У борцов за свободу предпринимательства резко поубавилось энтузиазма после такого впечатляющего зрелища. Особо нервные сразу вспомнили про неотложные дела и расползлись по домам, настороженно оглядываясь. Остальные любители легкой наживы оказались решительнее и явно хотели задавить нас количеством. Стражники наблюдали за всем этим безобразием издали, делая ставки, кто из нашей компании сколько продержится. К моему немалому возмущению, общее мнение постановило, что меня и на пять минут полноценной драки не хватит. Оскорбительно, дхарр меня раздери!
– Ребята, – ласково начал я (всегда считал, что на умалишенных подобный тон действует благотворно), – давайте разойдемся полюбовно! Вы нас пропустите, и мы вас калечить не будем!
Смех без причины… Дальше продолжать не будем.
Мне не нужно измываться над своим мозгом, дабы вспомнить заклинание, я могу просто попросить, и мне ответят.
Ветвистая молния, ударившая рядом со мной, поубавила пыла у добропорядочных горожан, возжелавших легкой добычи. То, что загнанные в угол жертвы не так слабы, как могло показаться вначале, явно никого не обрадовало.
– С чего они вообще взбеленились? Здесь что, торговаться не принято? – шепотом спросил Кот, ни к кому конкретно не обращаясь, но ответ все-таки получил. От меня.
– Им помогли.
– Толпой управляют? – обалдел Эрт, нервно сжимающий руку на рукояти меча. Представляю, что он сейчас чувствует… Либо сдохнуть самому, либо убить тех, кого клялся защищать… Как ни странно, но рыцари его ордена действительно защищают простой люд, чем заслужили искреннюю народную любовь.
– Нет, – отозвался я. – Сейчас нет. Но агрессия явно спровоцирована. Есть способы…
Ну и чего вы этим добивались? Неужели думали, что я не в состоянии справиться с такой простой задачей? Подобное оскорбление не прощается. Человеческое сознание не обладает эльфийской мягкостью, но если знать, как действовать, управлять можно даже людьми. Слегка усилить страх перед неизвестным, добавить раздражения, внушить чувство опасности… Все просто и эффективно. И я уже сталкивался с подобной техникой и подобным почерком. Поймаю сволочь – придушу своими руками. Или в крайнем случае выпорю, дабы другим неповадно было!
Сейчас мы все исправим. Все хорошо, все хорошо, никто не собирается вас трогать… Только спокойствие и радость, радость и спокойствие…
Судорожно зажатые в руках булыжники с издевательски громким стуком попадали на землю, пугая в первую очередь тех, кто выбрал их своим оружием. Глаза, которые секунду назад казались стеклянными, удивленно оглядывали все вокруг, не понимая, что же происходит.
Я решил, что просвещать массы на предмет воздействий на психику и последствий этого будет лишним.