Правь Амбером!
Шрифт:
Коннер кивнул:
– Да, у меня есть несколько надежных лейтенантов.
– Отлично. Поставь одного в замок и одного на границу.
– Я тоже пойду, – сказал отец. – И возьму с собой Фреду.
– Фреду?
– Она может быть очень убедительна.
– Хорошо. Нам нужна вся помощь, какую мы только сможем заполучить.
– А Эйбер? – спросил Коннер. Я задумался.
– Кто-то должен оставаться здесь, чтобы присматривать за рабочими. В любом случае драться Эйбер не любит и не умеет. Он просто не знает, как подбирать армию.
Полтора
Каждая новая деталь, которую я вводил в пейзаж, приближала меня к цели. Я крепко держал в уме место назначения: край прекрасных полей и ясного неба, край не имеющих себе равных воинов-жрецов, которые почитают меня, как бога. Если такое место существует в Тенях, я его найду.
Лесная тропа вывела меня к дороге, мощенной черным камнем. Когда я поднялся на холм, передо мной, насколько хватало глаз, раскинулись поля пшеницы и ржи; на них трудились тысячи рабов из завоеванных народов. В небе парил орел; сверху раздавался его хриплый клекот.
Навстречу мне неслись две золотые колесницы, запряженные черными скакунами. В каждой колеснице стояло по двое мужчин; их длинные усы и золотистые волосы развевались на ветру.
Я остановился посередине дороги, подбоченившись, и стал терпеливо ждать. Лучи большого желтого солнца грели мне спину. Ветерок нес запахи тимьяна и дикой лаванды. Это была приятная Тень. Я и сам был бы не прочь поселиться здесь.
Колесницы резко затормозили в десяти шагах от того места, где я стоял. Четверо мужчин – один пожилой и трое молодых, все в красивых золотых доспехах – соскочили на землю и преклонили передо мной колени.
Это должен был быть король Элсом и три его сына. Я знал их имена, равно как и историю их мира. Она пришла мне в голову, и я отправился разыскивать ее, прокладывая путь через Тенидо тех пор, пока все вокруг не стало соответствовать моему представлению.
Так я пришел в королевство Кейолдар, где миллионы людей поклонялись богу-воителю по имени Оберон, который – так уж вышло – выглядел в точности как я.
– Поднимись, Элсом, – сказал я, стараясь говорить, как подобает богу. Мой голос, низкий и мощный, раскатился вокруг. – Я – Оберон, и я вернулся, чтобы повести свой избранный народ к славе!
Элсом медленно встал, не смея глядеть мне в лицо. Он выглядел в точности на свои пятьдесят пять лет. Хотя десятилетия, проведенные под открытым небом, в военных походах, выдубили лицо короля и покрыли морщинами, глаза его говорили о жизнерадостном характере и живом уме. Сломанный нос и длинные белые шрамы на руках и на левой щеке свидетельствовали о сражениях, сквозь которые ему довелось пройти за эти годы. Это был величайший король и правитель, какого только знал его народ.
– О благороднейший
Я взглянул на трех молодых мужчин, которые по-прежнему стояли на дороге, преклонив колени и почтительно опустив глаза. Лишь самый молодой осмеливался изумленно и восхищенно поглядывать на меня, когда ему казалось, что мое внимание обращено на что-то другое. У всех у них были чеканные черты короля, только шрамов гораздо меньше. Ничего, дайте им время...
– Ты привел с собой своих сыновей, – сказал я, улыбаясь.
– Всех, как было сказано в пророчестве, владыка Оберон!
– Всех? – переспросил я. Должно быть, это испытание. – А где же твой четвертый сын, король Элсом?
– Это ты должен сказать мне об этом, владыка!
Тут позади пропела спущенная тетива. Я знал, что это произойдет, и все же не переставал удивляться этому. Ну почему богов постоянно необходимо испытывать, чтобы удостовериться в их божественной природе? Моим испытанием должна была стать стрела в спину.
Я развернулся – куда стремительнее, чем мог бы двигаться любой из людей. Казалось, время замедлило свой бег. Я сосредоточился на летящей прямо в меня стреле. Стрела негромко свистела в полете; ее черное древко было снабжено черным оперением, а зазубренный наконечник позолочен. Очень подходяще для бога.
Я взял стрелу из воздуха прежде, чем она ударила в меня, и продолжил пируэт, снова развернувшись к королю Элсому. Король ахнул, и глаза у него полезли на лоб; он.явно не мог поверить в увиденное. Для них это было чудо, для меня – фокус, проделанный благодаря быстроте и координации. Ничуть не труднее, чем поймать мяч.
Потом радость на лице короля начала сменяться страхом. Я действительно оказался богом, а его сын по его приказу только что попытался убить меня. Что я стану делать? Какой кары заслуживает такое преступление?
– Прекрасный выстрел. Но для того, чтобы убить меня, стрелы мало, – небрежно произнес я, подпустив в голос нотку веселья. Лучше отнестись к этому как к шутке и простить его.
Сжав кулак, я сломал стрелу и бросил обломки под ноги королю.
– Позови сюда своего старшего сына, – велел я. – Я хочу взглянуть на него.
– Янкос! – крикнул король Элсом. – Иди сюда!
Он снова преклонил колени и опустил голову; лицо его было бледно. Он не смел взглянуть на меня, и мне трудно было упрекнуть его за испытываемый стыд. Все шло даже лучше, чем я надеялся.
Янкос – долговязая копия отца – рысцой выбежал из-за кустов у меня за спиной и присоединился к братьям, тоже опустившись на колени и склонив голову.
– Приказывай, владыка Оберон! – воскликнул король Элсом. – Чем мы можем тебе послужить?
Когда я назвал каждого из его сыновей по имени, вид у них сделался изумленный и испуганный.