Пожиратель

Рымин Андрей Олегович

Подъём в шесть, завтрак в семь, а с восьми уже стартуют занятия. До обеда четыре урока. Сам обед в два. Потом еще столько же учебных часов до семи, затем ужин и отбой в девять. На помаяться дурью свободного времени нет. И это отлично! Меньше шансов, что нарвусь на неудобный разговор тет-а-тет, коих мне в первую очередь следует избегать. Перемены тут, похоже, отсутствуют. Интервалы между занятиями только, чтобы перейти из одной аудитории в другую. А уж с братцем у себя в комнате перед сном я как-нибудь справлюсь. Это преданное мне до мозга костей чудовище поперёк слова не скажет. В общем, жить можно.

Предметы

же не могли похвастаться разнообразием: теория, практика, снова теория. Названия лишь намекали на то, что мы будем на них изучать. И, если "укрепление тела" с "мирознанием" я ещё мог понять, то "роеведение" и "основы возвышения" пока выступали загадочным белым листом. C "раскрытием дара" я тоже вполне мог додумать, и "артифакторика" не то, чтобы сильно смущала, но вот один, причём, наиболее часто стоящий в расписании предмет, признаться, немного пугал.

Стабильно раз в день у нас в расписании присутствовала "техника боя". Без пояснений и расшифровок. Не то собираются учить морды бить, не то махать острыми железяками, не то магией ворогов лупцевать. В любом случае этих занятий мне следует наиболее опасаться. Рейсан-то небось умел это всё и умел хорошо. Да что уж там хорошо — наверняка лучше всех. Если бы не вчерашняя стычка с Ферцем, на которой мышечная память моего мускулистого тельца подтвердила своё наличие, я бы сейчас точно в штаны наложил. Но и так очко жмёт капитально. Как бы не облажаться по полной на этой долбаной практике. Завтра мне предстоит реальная проверка на вшивость. И ведь хрен даже притворишься, что подвернул ногу, или типа того. Местные медики вмиг восстановят. Тут и перелом не поможет. Придётся импровизировать.

До ужина оставалось не так много времени — успели только в сортир заглянуть. Кормили опять насекомщиной, но тут я смирился, и белесые личинки на шпажках через силу сжевал. По дороге назад в корпус Рангар, чью перепалку с девяткой-корневиком я не принял всерьёз, улучил момент, когда в непосредственной близости никого не было и испортил-таки мне настроение.

— Старший брат, — прогудел он на ухо мне доверительным шёпотом. — Когда простака наказывать будем? Такие дела лучше не откладывать. Оскорбление клана всё-таки.

Капец! Вот ведь ранимая девка досталась мне в братья. Оскорбление. Да он настоящих оскорблений не слышал. И что прикажете теперь с этим делать? Я задумался.

— Что предлагаешь?

— Дык, понятно что. Выманить в тихое место и отметелить. Как с Ферцем, только без лишних глаз и ушей.

Двуногое дерьмо, которое я презирал в прошлой жизни стояло передо мной во плоти. Более того, я сам был этим дерьмом. И что хуже всего, для сохранения своей жизни мне предстояло и дальше им притворяться. Мысленно отвесив себе затрещину за слабость и трусость, я нехотя пробурчал:

— До отбоя есть время. Действуй.

— Спасибо, старший брат. Сейчас стемнеет и вызову его. Скажу один на один — этот шкаф точно купится. Там же за книгохранилищем, где Джи опускали. Сейчас парней предупрежу.

— Стой.

Неожиданно ко мне пришла дельная мысль. Не могут же Рэ быть настолько скользким дерьмом? Какое-то понятие чести должно и у этих ублюдков присутствовать. На одном только страхе авторитет не удержишь.

— А сам что, не справишься?

— В смысле? — удивлённо посмотрел

на меня Рангар.

— Что о нас на других ветвях скажут? Какого-то грязного простака с корней Рэ только всей толпой и могут на место поставить? Не позорь клан, брат. Где ты, а где он? Неужто боишься этого перезрелка?

— Боюсь? Ха! Только он же девятка, — замялся Рангар. — У него шурс вдвое дольше.

— Обговорим, чтобы только на кулаках. Применит силу, накажем уже всей толпой.

Брат задумался. Было видно, что моё предложение не пришлось ему по душе. Но в открытую перечить он ясный пень не посмел. Хотя и попробовал воззвать к голосу моего разума, припомнив вчерашний "честный" поединок.

— С Ферцем вы тоже на кулаках собирались, — укоризненно просопел он.

— Эх, братец, братец, — наставительно покачал я головой, уже готовый к озвученному аргументу. — Запомни ты уже простую истину: что позволено Рэ, не позволено какому-то грязному простаку.

Чуть не сказал: быку. Но Рангар и перефразированный вариант известного изречения понял и принял.

— Хорошо, старший брат. Как только стемнеет, вызову этого переростка. Я уже выяснил в какой комнате он живёт.

— Парней предупреди — пусть готовятся. Ты в корпус?

— Ага, в соседний, — хитро улыбнулся Рангар, успевший вернуть себе прежний уверенный вид. — Приметил там одну куколку. Звала в гости. Как вызову этого корня, пошлю кого-нибудь за тобой.

— Смотри там не долго. До отбоя нужно успеть всё закончить.

— Да я на полстебелька, — хохотнул брат. — Чисто нектар слизнуть.

И, выйдя из арки на площадь, мы разошлись в разные стороны. Поднявшись к себе на этаж, обратил внимание на часы, что висели на стене над ведущей на лестницу дверью. Я собственно уже видел их раньше, но внимание на подробности не обратил — слишком уж они походили на наши земные: круглый циферблат с двумя стрелками. Сейчас же, присмотревшись, обнаружил всего десять обозначенных крупных делений. И, что интереснее, столько же мелких на каждом отрезке. Получается, у них в часе сотня минут. А секунды?

Я быстренько перемножил одно на другое и малость подохренел. Если и с секундами та же фигня, то их сутки в два с лишним раза длиннее наших. Но за полтора проведённых в теле Рейсана дня я такую серьёзную разницу по-любому заметил бы. В голову тут же пришла мысль, как это проверить. Пропустил возвращавшихся с ужина мимо себя и, дождавшись прихода минутной стрелки на новую рисочку, принялся про себя считать: раз, два, три… Длительность наших секунд я себе хорошо представлял. Бабушка чуть ли ни каждый день заставляла ей пульс измерять.

Так и думал — у них, или секунды быстрее, или их меньше сотни. Я успел досчитать до сорока трёх, но, учитывая погрешность, сутки здесь приблизительно равны нашим. Это хорошо, это удобно. Главное не забывать, что час длится дольше. Так что времени у Рангара хватает. Сейчас на часах полвосьмого. Завершив изыскания, я вернулся к себе и привычно уже закрыл дверь на засов. Можно было поваляться-подумать.

Но не тут-то было. Только я плюхнулся на кровать, как со стороны входа раздался тихий, но настойчивый стук. Точно не Рангар — тот лупит сильнее. Да и посыльному от него как-то рано являться. Нехотя поднялся и пошёл открывать. Что за мир? Ни минуты покоя.