Поющие клинки
Шрифт:
Но нет. Тело было одно и очень живое. Рыжая как все пожары мира девица, почему-то в зелёном балахоне. Она чинно поклонилась и вопросила.
— Мой лорд ранен?
— В самое сердце.
Я развернулся и вышел. Дай Боже подольше оставаться такой же пустой как сейчас, этой обители скорби. И надо все же поименовать весь персонал при зданиях. И эту рыжую, и двух работяг на вороте у ворот.
А теперь самое главное — мой фруктовый сад, до виноградника уже не дойду, уж очень есть хочется. Фруктового сада не было. Было пепелище со сломанными, искорёженными
Очень огорченный, я направился наконец к завтраку. Тронный зал пятого уровня превратился в небольшое укрепление с башенками по углам, бойницами и квадратными зубцами по крыше. Стал выше и шире в основании. Здесь можно было обороняться, если стена падёт.
Внутри уже не было прямого прохода на кухню, а были четыре прохода по обе стороны зала, у входа и за троном, в просторные коридоры, идущие вдоль всего зала. А из этих коридоров уже двери в кухню, и еще несколько в другие службы.
В коридоре со стороны кухни добавилась дверь в погреб с запасами, а с противоположной стороны зала в коридоре оказались двери в караулку с нарами для стражи и в подвал с камерами для преступников. Я это узнал сразу, как вошёл.
За столом полным пустых и не очень тарелок, бутылок и прочих кувшинов-горшков, увлеченно беседовали интеллигенты (маг и алхимик). Они хором произнесли: «Доброе утро, мой лорд», а Вис было начал чего-то докладывать, но я его остановил. Чуть позже, дай поесть. И умники вернулись к своим высоким беседам. Не тронный зал, а таверна какая-то.
На балюстраде вверху тоже увеличилось количество дверей. По одну ее сторону — мои апартаменты. По другую — апартаменты героев. Милли была у себя, а вот Бума у себя не было. Я чувствовал это строение, как вторую кожу.
По количеству помещений для героев, я понял, что на пятом уровне могу призвать еще одного, третьего. Мне позарез нужен был опытный мечник. Но это тоже после завтрака. Золотой Ксюнчик уже расставлял на моём месте еду.
Как только я уселся, у правого плеча нарисовался оруженосец. У его ноги, по стойке смирно, сидела собачка алхимика. У обоих на лицах суровая строгость. Бонивур, не меняя выражения, что-то быстро дожевал и сглотнул. Ну что же. Пацан заступил на пост, как он это понимал.
— С добрым утром Ксюнчик.
— …
Ну да, ну да. Тут какие-то хитрые отбивные, завёрнутые в рулетики и проткнутые тонкими деревянными палочками.
— Что это, Ксю?
Дева рдела, рдела, и все же сумела ответить:
— Заворотики…
Заворотики, значит. Прежде чем я успел поддеть на двузубую вилку и вкусить один из них, подробнейшим образом отчитался Бонивур.
— Она в них завернула сыр, перец и траву какую-то. Потом запекла. Никому не давала. Вас ждала. Дозвольте попробовать первому. Вдруг отравлено?
Еще чего. Первому ему. Каков хитрец. Идея взять оруженосца оказалась верной. Этот «во все щели влезатель» тут на месте. Только экипировать надо и обучить. Есть у меня одна перевязь с метательными ножами.
Заворотики
А вина на столе появилось уже два сорта. Кроме знакомого мне тёмного, я попробовал и светлое. Оно было совсем не сладкое, терпкое с кислинкой и не такое крепкое. Очень понравилось мне к мясу. В принципе, я наелся, но попросил добавки:
— Нет ли стратегического запаса этих восхитительных заворотиков? Можно ещё?
И Ксю принесла ещё. Стали ли мы чуть ближе друг другу?
— Бонивур, я был у фруктового сада. Что там случилось?
— Ничего не случилось…
Но тут, уже успевшая сделать несколько шагов обратно на кухню, Ксюнчик, резко обернулась и зашипела как все змеи мира:
— Когда обращаешься к лорду, говори «мой лорд», проныра!
Я и мой оруженосец замерли как кролики под гипнозом. Ксюнчик же, мгновенно погасла, густо покраснела, и мотнув косой, убежала на кухню. Я знал, что в этом омуте не все так просто. Чувствовал.
Я воткнул вилку в самый большой заворотик, и протянул ее Бонивуру.
— Ешь. И рассказывай. Что с садом.
Довольный оруженосец зачавкал и рассказал.
— Магические тренировки, мой лорд. Дёмыч гонял всех сгинь и тресни пускать по команде. В линию, квадратом, и в одно место.
— И мои яблони убил.
— Да какие яблони, мой лорд. Там одна черешня да абрикос стояли. Их дольше собирать чем трескать. Точно вам говорю. А можно ещё один?
И я дал ему еще один. Дёмыч поступил практично, но неправильно. Мой замок остро нуждается в полигоне. В ближайшее время полигон надо где-то организовать. Глупый лорд, его уже организовали без тебя. В твоём фруктовом саду.
Ладно. Мой косяк. Не доглядел. Теперь самое интересное. Пора потревожить интеллектуальную элиту страны.
— Вис, идите сюда. Что по ёжику у тебя?
Маг и алхимик пересели поближе. Бонивур украдкой передал собачке кусочек заворотика. Та сглотнула мясо, как и не было его. Вис начал доклад:
— Мой лорд, мы с коллегой как раз размышляли над некоторыми аспектами. А конкретно, чистую ману в виде маленьких шариков-пузырьков, через одно магическое устройство, получить от ежа можно. Однако вопрос хранения этой неустойчивой материи еще не решён однозначно.
Алхимик продолжил:
— Мана, мой лорд, естественно удерживается живыми существами. Соответственно существо-хранилище должно быть огромного уровня. Что сегодня и здесь просто невозможно.
— Постойте, коллега, это не наш путь. Некоторые механические приспособления для удержания маны я уже создал. Они несовершенны, разумеется. Но совершенство — это вопрос труда и времени.
— Или, уважаемый маг, вопрос наличия божественного артефакта…
— Но мы же, уважаемый алхимик, не артефакторы. И не сидим на бочках с золотом. Так что наш путь, это тонкие ткани и определённые сорта бумаги. Вопрос натяжения и формы…