Поймай меня
Шрифт:
— Ми, ты очень узкая, надо расслабиться — чувствую, как замедляется, рассчитывая движения.
Обильная влага во мне, смягчает эти скольжения, и через пару толчков, пульсация разрастается. Я расслабляюсь, пуская кружение в голове и выбивая ответный ритм, заложенный природой. Рома смотрит, не отводит взгляд. Как я закусываю губы, подаваясь ближе, он проталкивается до основания и задевает головкой матку. Больно. Сладко. Когда я прикрываю глаза, то слышу приглушенное:
— Нет, открой, смотри на меня — я открываю, смотрю на
Толчки становятся резче, жестче. И наши хриплые стоны мешаются с поцелуями. Глаза не отрываются. Даже когда в паузе замираем, перед полным погружением в этот хаос эмоций. Меня накрывает потоком, на пару минут полностью лишая сознания. Я как в отключке воспринимаю, что Рома на последних фрикциях, входит максимально глубоко, выплескивая семя в презерватив.
Вглядывается остро в меня, под кожу забирается. Сейчас каждый жест еще насыщенней воспринимается.
— Ты стоишь того, чтобы побегать — склоняется ко лбу и подхватывает, когда чуть шатаюсь, опираясь на стенку — Про понравилось, даже спрашивать, не буду. Штормит?
— Отстань — немного придя в норму, начинаю одеваться. Ненавижу себя за эту слабость. Сама не понимаю, как этим ураганом закрутило. И почему к этому человеку. Есть миллион других. Почему именно он.
— О, горошки мои, давно не виделись, до двери не дотянули, а так бы все сошлось — продолжает с задором, уже видимо подобрев после секса.
— Ром, хватит! — обрываю его. Переключает серьезность на лице, опять придавливая к стене, когда я надеваю топ.
— Прости, Милана, я иногда придурок, но ты не обращай внимания — жарко дышит, сжимая мои волосы на затылке — Мне хорошо с тобой. Не будем начинать словесную битву. Ты мне нравишься. сильно и я не про секс в частности — звучит неожиданно, я отношу это в разряд, эффект после секса.
Рома, в каком-то внутреннем релаксе, а мне неудобно. И покопавшись в эмоциях, я не сожалею, о том, что случилось. Но не совсем понимаю, как себя сейчас вести. Поэтому зажимаюсь.
— Мне кажется, что эту фразу, надо было чуть раньше сказать… до этого — мы продолжаем так же стоять, упираясь телами в бетон.
— Не разозлила бы с Антоном, сказал. Теперь уже как получилось. А если серьезно, то что происходит, мы игнорировать не можем. Согласна? — спрашивает, сгущая напряжение во взгляде. Я пытаюсь отвернуться, не дает, фиксируя затылок.
— Хватит, Ром — говорю, чувствую, что шутки закончились, и мы переходим на другой уровень общения. Уже перешли. Снижаю звук и приглушенно с выдохом — Пусти меня, уйти хочу.
— Милан, хватит бегать, давай просто оба расслабимся. Пусть все идет, как есть. Сейчас бесполезно отрицать, что нас на одной волне несет. Я это принял, тебе тоже пора. Хочешь домой, одевайся спокойно, я провожу.
— Ром, мне всего два этажа вниз — усмехаюсь, но не перестаю ошеломленно переваривать его слова.
— Я знаю, но мне так хочется.
Мы одеваемся, молча, потом спускаемся
— Завтра вечером сходим куда-нибудь? Погуляем? — второе предложение за день. Но мыслям об Антоне, сейчас не место в моей голове. Бросаю на Рому короткий взгляд
— Без накруток и по течению? — кивает, роняя улыбку на уголок губ — Давай попробуем — на что соглашаюсь, но строить из себя непорочную деву слегка поздновато.
Беглый поцелуй в губы, уже в проеме двери. Тихое: «До завтра». Я ложусь спать и очень быстро засыпаю. Что так же странно, как все сегодня, начиная с самого утра.
(1) — прости меня мама.
Глава 14
Все пресловутые НО, посыпавшиеся на меня утром как сообщения, с отключенного телефона, не имеют ни какой силы.
Как перед собой не отнекивайся, мне нравится Рома, а если подсобрать в кучу вчерашний день, то там немного больше.
Пока я мешаю, остывшую муть черного кофе, уже без зашорености соглашаюсь, Рома прав. Игнорить не выйдет. Бегать от него при каждой встрече, как ошалелая, тоже не хочется.
А что я знаю о нем? Немного фактов из биографии, урывками пролетевшими на ходу нашего знакомства. Напор, агрессия и неотъемлемая часть его натуры, хамство, которое как броня, выбрасывает щит в зависимости от окружения.
Что под этим скрывается? Какой без всей показной мишуры? А может все так и есть, я просто ищу оправдания, чтобы позволить себе нырнуть с головой в этот омут. Ведь тянет же туда с самого начала. Манит своей темнотой и пороком. Рома звонит ближе к полудню.
Разговор, как пробежка по минному полю. Мы подбираем слова, с неловкой нервозностью, пуская невинные шутки. О сексе мы просто молчим. Налаживается новая связь и каждый прощупывает места, где можно касаться. Под конец договариваемся о встрече.
До самого вечера я мучаю себя противоречивыми выпадами. Пойду. Достаю платье, раскладывая на гладильной доске.
— Ми, ты на свиданье собираешься? — Семен критически проходится по моему тюрбану из полотенца и грозному отряду косметики на столе.
— Да нет, с чего ты взял — снова заталкиваю платье в шкаф.
— Я даже знаю с кем — Оп, откуда это интересно, невозмутимо оглядываюсь и сыплю в брата порцией лжи.
— Антон уехал.
— А я и не про него сейчас — и снова Оп — а, но не сдаюсь, сводя подальше от моего безрассудного поступка его немигающий взгляд
— Других вариантов нет, если что.
— Не забывай, что у меня по физике пятерка была — и начинает гнусаво декламировать — Если столкнуть две положительно заряженные частицы, то-о… Бах — резко вскрикивает, хлопая ладонями перед моим лицом — Масштаб поражения огромен — умный брат, это все таки горе в семье.