Пойманный
Шрифт:
Он бросает взгляд на меня, а потом отводит, переводя его на поле.
— Это не одно и то же.
Я поворачиваюсь и обвиваю его талию руками. Теперь у него не получится избегать моего взгляда.
— Нет, не совсем. Но ты можешь представить себе, каково ей было хранить этот секрет всю жизнь? Она не знала, как ты его воспримешь. Вдруг бы ты её возненавидел. Диана не знала, сбежишь ли ты снова, и в таком случае она бы тебя никогда больше не увидела. Она боялась тогда и боится сейчас, Митч, потому что сильно тебя любит.
— Я не понимаю, как она могла смотреть
— Они были твоими родителями.
— Господи, если Дэн — мой отец, значит его родители — мои бабушка и дедушка, — восклицает он, как будто эта мысль только пришла ему в голову. — Наверное, его родители знают, потому что это объясняет, почему его отец всегда пытается уговорить меня вступить в «семейный» бизнес. Чёрт, я член семьи. — Он не выглядит особо восторженным.
— Митч, тебе нужно поговорить с ней — с ними обоими. Уверена, они смогут объяснить, что случилось и почему они сделали то, что сделали.
— Что навело тебя на мысль? Ты говорила о том, что Оливия что-то сказала? — Он внимательно изучает меня.
Проведя руками вверх-вниз по его спине, я отвечаю:
— Она сказала, что ты сильно похож на отца Дэна. Сыронизировала о том, что твоя сестра выскочила замуж за мужчину, чей отец безумно похож на её брата. Я никогда не видела всех вас вместе, а вчера, когда, наконец, увидела, поняла о чём она говорит. Я даже вижу твоё сходство с Дэном. Оно не очевидно, но есть.
Митч качает головой и бессильно пожимает плечами, как будто говоря: «я его не вижу». Но думаю, тут и так понятно. Ему было бы трудно быть объективным в этом деле.
— В любом случае, потом я начала думать о Диане и том, как она повела себя, когда узнала о моей беременности. То есть, я и подумать не могла, что она захочет быть настолько вовлечённой. — Улыбка расцветает на моём лице от одной мысли. — Честно говоря, в некоторых моментах она была даже хуже мамы, бесконечно проверяла меня, напоминала выпить витамины и нормально поесть.
Тут могу поклясться, что в его глазах мелькает веселье, но оно исчезает в мгновение ока.
Я крепче обнимаю Митча и вдыхаю мускусный запах его одеколона, прежде чем продолжить.
— Она как будто знала через что я проходила — когда ты беременна, а отца ребёнка рядом нет. И ещё тот факт, что твоя семья переехала сюда сразу после твоего рождения, к тому же она встречалась с Дэном до переезда. Но я всё ещё не была уверена, поэтому сегодня пошла и спросила у неё. Когда она сказала мне правду, я ответила, что ей нужно рассказать об этом тебе. После всего случившегося, я не могу ничего от тебя скрывать.
Он безмолвно переваривает мои слова, не моргая глядя мне в глаза. Ушёл гнев и горечь. Он близко притягивает меня к груди, и я так же крепко прижимаю его в ответ.
— Я рад, что
— Поговори с ней, — умоляю я. — Не затягивай. Я знаю, что тебе больно, но ты должен знать, что и она страдает.
Опустив голову, он ласково целует меня в губы.
— Слава Богу, что у меня есть ты и Бри.
Я расплываюсь в улыбке.
— А ещё у тебя есть Диана. Всегда была и всегда будет.
Он ничего не отвечает, просто продолжает держать меня. И сейчас я более чем довольна.
Глава 30.
Митч
Пока я сижу в кресле напротив Дианы и Дэна в гостиной, меня до сих пор трясёт от мысли, что передо мной не сестра и шурин, а мои биологические родители. Прошло немногим больше суток с тех пор, как взорвалась бомба, и я всё ещё справляюсь с последствиями.
Одно дело, когда ты чувствуешь, что к тебе всегда относились скорее как к сыну, нежели как к брату или шурину. Но совершенно другое — знать, кто я на самом деле им. Их сын.
И нет, ирония того, что я плод незапланированной подростковой беременности, как и моя дочь, от меня не ускользает. История, о которой мне даже было известно до вчерашнего дня, повторяется. Я только рад, что у меня есть Пейдж, которая помогает мне через это пройти, которая говорит, что всё будет хорошо. И я не позволил новостям сломить нас — на самом деле, сейчас мы стали даже ближе.
Схватив Диану за руку, Дэн прочищает горло, прежде чем заговорить:
— Митч, прежде чем ты… прежде чем Диана начнёт, я хочу для начала кое-что сказать. Я очень сильно люблю Диану. Она самая сильная, самая любящая женщина из всех, что я встречал. — Он смотрит на неё, и их взгляды сплетаются на мгновение безмолвной связи. — И я люблю всех своих детей, включая тебя.
Я неловко ёрзаю на месте. Дэн всего раз говорил со мной на такую тему, и тогда он сказал, что женится на Диане. Сказал, что несмотря на то, что они переедут в свой собственный дом, в нём будет комната для меня. Я смогу видеться с сестрой так часто, как мне захочется. Меня поразило, что мне достанется комната в их новом доме. Дэн преподносил всё как данность, потому что мы были семьёй, и они любили меня. Он меня любил.
— Когда она забеременела, мы были второкурсниками. Пятнадцать лет. Наши родители восприняли новости не очень хорошо, ты и сам можешь представить.
Лицо вспыхивает от чувства вины и смущения. Я был взрослый и посмотрите, как у меня вышло справиться. Не очень хорошо — это ещё преуменьшение.
— Диана отказалась делать аборт, но мои родители смогли убедить всех, включая твоих родителей, что будет лучше отдать тебя на усыновление. Мы оба согласились, что так и сделаем. Мои родители отправили меня в школу-интернат в Европе, а Диана и твои родные переехали на север сразу после твоего рождения, где они надеялись начать всё с чистого листа.