Пояс шахида
Шрифт:
— Члену — вечная память, — равнодушно сказал Антон, вытаскивая из-под сиденья зачехленный «вал». — Пожелал, значитца, добродушным горцам казенной мучицы толкнуть? Ню-ню…
— Неласковый ты, — Сало тоже извлек свое оружие, расчехлил и, откинув приклад, воткнул справа от себя в щель между спинкой и сиденьем. — Член же не знает, с какими волками связался. А у него, может быть, дети…
— А Сулейман с Ахмедом, стало быть, самолично по дерьмопроводам шастают? — Антон озабоченно нахмурился. — И что это за почести такие для Бульдозера?
— Движение! — напомнил о себе Джо. —
Джо с обезьяньей ловкостью спустился с дерева и принялся приседать, разминая затекшие от долгого сидения ноги.
— Старт — через сорок пять секунд, — скомандовал Антон, выверив по своим часам указанное Джо время, и покинул кабину. — Мо?
— Готов, командир! — радостно доложил из кузова фуры Мо.
— Оружие? — поинтересовался Антон, забираясь в кузов.
— «Пирожок» все закрыл — не заметил, — пожал плечами Джо. — Да что оружие — лишь бы люди хорошие попались!
— Опускай!
— Есть, — Мо дернул за веревку, закрывая тентом корму «фуры», присел у заднего борта и нежно обхватил рукоятку своего «вала».
«КамАЗ», рыкнув солярным выхлопом, плавно тронулся с места и медленно поехал вдоль парка. Джо сунул в драный мешок доху, что клал под задницу, сидючи на дереве, взвалил мешок на плечо и трусцой припустил следом, держась правой обочины. Антон, пристроившись у проверченного в тенте отверстия, впился взглядом в медленно удаляющийся крайний проем ограды и недовольно покачал головой.
— Трое… Деда оставили в караулке, прикрыть отход? Странно… Ахмед не пошел на акцию? Более чем странно… Чего это они устроили?!
Для офисных жителей, видевших горцев только в новостях по НТВ, поясняю — что же тут странного.
Деда, пусть он даже из захудалого рода, Бульдозер бросать не должен — особенности менталитета так предписывают. Дед ему теперь не чужой: он не просто единоверец и соплеменник (такого можно втихаря и прирезать — нет проблем!). Он с оружием в руках защищал Бульдозера, свято выполняя закон гостеприимства, в результате чего погибли его внуки, а сам он угодил на нары за убийство двоих представителей власти (читай — врагов, вторгшихся в его дом). Дед Бульдозеру — кровный брат.
Гордому горному орлу, разумеется, не место в тоннелях канализации. Но уж коль скоро так сложились обстоятельства, Ахмед обязательно должен лично участвовать в акции, пусть даже ему придется вывозиться по самую маковку в дерьме! Ахмеда послал на дело самый главный человек в его жизни, старший брат, которого он чтит лишь на ступеньку ниже Аллаха — примерно на одном уровне с пророком Мухаммедом. Перед этим самым главным человеком Ахмед чувствует себя крайне виноватым (благодаря приятному знакомству с командой Сыча!) и теперь обязан до самой смерти в поте лица и вони миазмов зарабатывать очки, дабы заслужить прощение. Оставаться с дедом в облсуде он не должен ни
Выходит, Ахмед на акцию не пошел?!
— Звякнуть, узнать, как там у облсуда…
Антон пристроил «вал» меж колен, освобождая руку, чтобы достать мобильник… И в этот миг, как и положено по всем неписаным законам критических ситуаций, дальний проем парковой ограды заметно прогнулся.
— Пошел! — крикнул Антон, чуть отогнув тент.
— Пошел, пошел, — кивнул Джо, резко сбавляя темп и принимаясь показательно хромать, загребая левой ногой.
Проем прогнулся ещё раз, лопнул и выпустил наружу «пирожок». Правильно делают товарищи диверы: это не БТР, таранить забор с ходу, рискуя фонарями и «стопами» постеснялись — им ещё по центру прокатиться придется.
— Водила — мой, — буркнул Антон, укладывая ствол «вала» в локтевой сгиб левой руки и изготавливаясь за высоким — выше пупка, бортом.
— Да, командир, — Мо, опустившись на колено, ухватил веревку тента и выжидающе уставился на командира.
«Пирожок» вырулил на дорогу, перегазовал и скоренько припустил за «КамАЗом». Мимика на лицах сидящих в кабине не просматривалась — видны были только очертания голов. Головы вели себя правильно: не крутились во все стороны, смотрели прямо, эмоции не проявляли.
— Хорошо, хлопцы, — похвалил припавший к отверстию в тенте Антон. — Так держать…
Расчет был прост: диверы, конечно, парни тертые, но в данной ситуации опасаются лишь погони и засадных хитростей не ждут. Когда ты бежишь, любой объект, возникший внезапно за твоей спиной, воспринимается как потенциально возможный преследователь. А медленно ползущая спереди фура и отдельно ковыляющий босяк в телогрейке, да ещё и с драным мешком, это так себе — случайные участники дорожного движения.
— Хо! — тихо скомандовал Антон, как только «пирожок» поравнялся с Джо.
Дерг! Мо рванул веревку — тент взмыл верх и замер под крайней дугой, попав в оборудованные накануне простенькие фиксаторы.
Шлеп! — Антон, практически не целясь, повел стволом и нажал на спусковой крючок. Стекло напротив головы водилы расползлось в паутинке трещинок, голова брызнула кровавой кашей, мгновенно тонируя светлую обшивку кабины.
Шлеп! — повторил Мо спустя полсекунды, руша первоначальную конфигурацию второй головы. Полсекунды были нужны, чтобы отпустить веревку и перехватить локтевым сгибом ствол оружия — с такого расстояния Мо не целится, он навскидку, по проблеску, с пятнадцати метров лупит в подброшенный рубль.
Джо, отшвырнув мешок, в два прыжка догнал уехавший вперед «пирожок», распахнул дверь со стороны водилы и одним рывком выпростал труп на обочину.
Р-ррр! — тихонько рыкнул двигатель, почуяв мимолетное отсутствие водительской стопы на педали газа — Джо, стараясь особо не колыхать машину, взгромоздился за руль, аккуратно перегазовал и тихонько прикрыл дверь, не хлопая — «пирожок» вновь набрал скорость, догоняя фуру.
Трюк-трюк-трюк! — заверещал мобильник в кармане Антоновой куртки.