Повезло?
Шрифт:
— Это будет иметь значение, для вас? Да и я пока никуда не убегаю
Через пятнадцать — двадцать минут нас держали под прицелом уже человека четыре, это без пулеметчика, а к машине подошел довольно худой мужчина лет сорока. В это время я уже стоял перед машиной, прикрываясь от пулемета телом патрульного не столько рассчитывая уцелеть при его стрельбе, сколько надеясь на нежелание стрелять в своего. На площадке успело скопилось около полутора десятков машин с обеих сторон движение тут сегодня весьма оживленное, а проезд мы практически заблокировали. Причем трое водителей были
— Что здесь происходит?! зло поинтересовался пришедший начальник. Я молчал, давая возможность совершения глупости патрульному. Тот меня не подвел:
— Сэр, мы остановили машину по подозрению в вывозе запрещенных боеприпасов для совершения дорожного разбоя. После требования покинуть машину владелец угрожал мне оружием! Я считаю, это дорожные грабители, сэр! Русские бандиты из Русской Армии, сэр!
Незнакомец повернулся ко мне:
— Что вы можете сказать в свое оправдание?
Подобная трактовка вопроса меня взбесила сходу, поэтому я не столько отвечал, сколько выплевывал слова:
— А кто Вы такой, чтобы требовать с меня каких-либо оправданий?!
— Заместитель начальника безопасности базы «Европа» Мориц Мерклингер, и в мои задачи входит безопасность базы и прилегающих территорий! А кто вы, молодой человек?! Или вам принадлежность к Русской Армии придает ложное чувство собственной неуязвимости? скрипнул он желваками, но ответил, и даже не орал.
Я заметил, что как минимум четверо зрителей снимают происходящее на ручные камеры, и решил отыграть спектакль полностью. Сделав выражение лица надменно-разочарованным, я заговорил:
— Очень приятно, меня зовут Алекс, вам так будет легче выговорить. И вы ошибаетесь как раз к Р усской А рмии я не имею отношения ну, не считая национальности, разумеется. Правда, у меня хватает там знакомых и приятелей, но к данной ситуации это отношения не имеет. Теперь касательно голословных и хамских заявлений вашего подчиненного объясните мне, с каких это пор патрульный проверяет багаж посетителя базы, требует отчета об официально, в арсенале базы, приобретенной амуниции, угрожает оружием и, пользуясь служебным положением и фактически под угрозой убийства, заставляет абсолютно невиновного человека выполнять свои распоряжения?!
Мерклингер несколько озадаченно переспросил у патрульного:
— Что именно вы, Мат, сказали обвиняемому вами, человеку?
Тот несколько стушевался и начал отвечать, подбирая слова и запинаясь:
— Сэр, я попросил объяснить зачем этот житель приобрел (тут Меклингер скривился, начиная понимать весь идиотизм ситуации) боеприпасы для бесшумного оружия, сэр! Нам позвонили из арсенала и сообщили об этом, сэр! А когда я потребовал покинуть машину, он угрожал мне пистолетом, сэр! и чуть тише и как-бы в сторону добавил:
— Если позволите, Матеуш, сэр
Безопасник, не обратив на эту эскападу внимания, повернулся ко мне, но я не дал ему говорить:
— А прочему ваш подчиненный молчит о том, что он открытым текстом обвинил меня в дорожном бандитизме?!
К едва слышному жужжанию камер (точнее, жужжала только одна, остальные были совсем бесшумными) добавились блики от фотовспышек ине хуже менявидел это и Мерклингер. С полминуты он молчал, потом, приняв решение и сказав несколько слов в рацию на плече по-немецки, медленно заговорил:
— Мой подчиненный, действительно, несколько превысил свои должностные обязанности господин Алекс. Тем не менее, хотя боеприпасы были приобретены вами абсолютно законно, я просил бы вас объяснить, для чего вы приобретали боеприпасы для бесшумного оружия. Иначе я вынужден буду задержать вас до выяснения обстоятельств.
Я уже был в состоянии едва контролируемого бешенства, поэтому выплюнул:
— А вы уверены, что это входит в ваши, собственные, должностные обязанности?! Если я останусь в живых, я постараюсь сделать все, чтобы о вашем собственном, орденском, бандитизме узнали на всех территориях, где умеют читать и писать! Вы требуете от меня каких-то оправданий после, повторяю, после совершения моих покупок! И угрожаете мне арестом и содержанием неизвестно где по придуманному вами обвинению! У вас есть для этого иное название, чем дорожный разбой?
В этот момент, рыкнув, глухо зарокотал запустившийся двигатель грузовика, за рулем которого сидел один из тех, кто внимательно прислушивался к переговорам. Грузовик медленно сдвинулся с места и чуть вывернул в сторону, перекрывая проезд. Тут же затарахтел еще один двигатель, небольшого джипа, который, прикрываясь корпусом грузовика от патрульных и крупняка на КПП, развернулся и нацелился на отрыв от преследования. Грузовик между тем заглушил двигатель, а его водитель, с автоматом в руках, даже вылез из кабины. Еще возле пары машин клацнули затворы.
Мимо внимания патрульных эти приготовления не прошли, а невозможность замолчать происходящее в любом случае, серьезно ограничила им способы решения проблемы. Мерклингер схватился за соломинку:
— Вы угрожали патрульному оружием!
Я расхохотался в ответ и демонстративно показал окружающим «макаров» с отсутствующей в рукояти обоймой:
— Я никому не угрожал, господин Мерклингер! Мой пистолет даже не заряжен, я как раз собирался его привести в боевое положение перед дорогой! Я не виноват в том, что ваши подчиненные настолько трусливы и глупы!