Поверить в чудо 2

Сарафанова Елена Львовна

– То есть?
– не поняла Ольга.

– Что я тебя нарисовала, представляешь? Конечно, так часто делают в современном оформлении журналов - практически каждую фотографию обрабатывают на компьютере, после чего модели выходят неузнаваемыми даже для знакомых. Порой, основой иллюстраций журнала, вообще становятся компьютерные анимации или обработанные художественные образы... Но чтобы это была живая девушка, да еще такая красивая!.. Редкость большая, действительно.

– Никакая я не красивая, не преувеличивай, - нахмурилась Ольга.

– И это

в тебе мне нравится больше всего, - засмеялась Беруте.
– Я сразу заметила, что ты не видишь в своей красоте ничего необычного. Просто воспринимаешь её, как данность, и всё.

– Что свидетельствует о скромности и здравом смысле, - вставил Витольд, любуясь дочерью.

– Да, - кивнула его невеста, - ведь этим "болеет" большинство красавиц, они не умеют реально оценивать собственную внешность, портя жизнь и себе и окружающим.

– Это правда, - присоединилась к разговору Тильда.
– А я на своем веку повидала много красивых женщин...

– Мама, не забывай, ты и сама была настоящей красавицей, - заметил Витольд, ласково поглядывая на неё.

– Сейчас речь не обо мне. Я хочу сказать, красивая, но недалекая женщина считает, что её внешность является мерилом ее стоимости. То есть, что красавицы лучше обычных женщин, ведь они - королевы, богини, и поэтому все на свете должны им повиноваться, их желания и прихоти сразу выполняться, мужчины обязаны строиться в шеренгу, чтобы падать к их ногам и прочие глупости... А когда случается не так, как захотелось красавице, она начинает злиться, кричать, капризничать, ведет себя отвратительно, словно обычная стерва. И каждая миловидная девушка становится для нее врагом, каждый мужчина, который не поддался на ее чары, заслуживает смертной кары... Отсюда вывод: глупая красавица - ужасный человек,потому что красота ее со временем исчезнет, а стерва в душе останется навсегда.

– Браво!
– зааплодировал Витольд.
– Мама, ты была великолепна. 

20

На встречу с Бароном Ольга решила одеться парадно.

–  Зачем я тогда тянула полный чемодан вещей?
– оправдывалась она перед Тильдой.
– Хочется во время отпуска забыть о повседневности, а ничто так не помогает, как яркая одежда...Ощутить праздник, понимаешь? Не для кого-то, для себя.

– Оля, я с тобой согласна, - бабушка, удобно устроившись на кресле-качалке, наблюдала за внучкой.
– Надевай, что хочешь. И не веди себя так, словно чувствуешь себя виноватой.

– Это правда, чувствую, - вздохнула девушка.
– После смерти Виктора я долгое время не могла смотреть на яркую одежду.

– Бедная моя, - Тильда встала, чтобы обнять внучку, и легко взлохматила ее волосы, - столько настрадалась...

Ольга, благодарно опустив голову на плечо бабушки, вздохнула:

– Мне долго ничего не хотелось, только сидеть в одиночестве, что-то шить, читать или смотреть телевизор. И только недавно я начала, как говорится, выходить в свет... Я же тебе рассказывала про Ивана Федоровича, моего соседа?

–

Да, он взял тебя под свою опеку, - напомнила бабуля.

– Я столько узнала за последние два года - книги, театры, фильмы, музеи... Но главным фактором возвращения к жизни для меня стало знакомство с отцом.

– И как ты это определила?
–  спросила Тильда, заглядывая внучке в лицо.

– Как?.. А меня снова начала интересовать красивая одежда, появилось желание побаловать себя чем-то изысканным или экстравагантным, снова захотелось нравиться мужчинам. - Ольга смутилась, пожав плечами, и даже немного покраснела.
– Э-э-э, ничего серьезного, бабушка, так, обычное кокетство...

– Давно пора, - кивнула та в ответ.

–  Но главное - мне снова захотелось радоваться жизни, по-настоящему радоваться.

– На этом лирическое отступление будем считать законченным, - Тильда показала на часы, - ты же не хочешь, чтобы господин Георг тебя ждал? Так что пора определиться, что ты наденешь на встречу. И не забывай - на улице снова дождь.

Взглянув в окно, где мокрые ветви деревьев раскачивались на фоне черно-серого неба, а горизонт будто прижало к земле, красавица вызывающе тряхнула челкой.

–  А вот возьму и надену все белое: брючный костюм, туфли и бархатную шаль. А под жакет - блузу с жабо. И нечего природе пугать меня дождём и слякотью!

–  Пусть только попробует!
– покивала головой Тильда и захихикала.
– Вот увидишь, она испугается, проникнется и изменит погоду к лучшему.

– Не сомневаюсь, - Ольга погрозила кулачком к небу.
– Слышали, облака? Чтобы после ужина я вас не видела!

– Кстати, совсем забыла...
– опомнилась Тильда.
– Я рассказывала тебе, что Геля, подруга Анны, является хозяйкой салона красоты?

– Да.

– Сегодня утром она позвонила, чтобы пригласить нас посетить ее салон. И я согласилась, все равно тебе нужно сделать укладку на субботний вечер, а мне пора подправить стрижку. Что скажешь?

– Это обычное проявление любезности или нечто большее?
– поинтересовалась внучка.

– Думаю, все сразу - и знакомство, и обсуждение наших совместных действий относительно операции Анны.

– Да, это важный повод, - кивнула Ольга.
– Тёте нельзя терять время, потому что с такими вещами лучше не шутить. Судьба, она же завистливая, знаешь?

– Догадываюсь, поэтому велела племяннице дозвониться до хирурга и дать согласие на операцию.

– Если все решится быстро, на выходные мы сможем положить Анну в больницу, - задумалась Ольга.
– Ей сделают анализы, соответственно подготовят, а на понедельник назначатоперацию... Да, это лучшее решение!
– Девушка выложила на кровать вечерний гардероб и уселась перед зеркалом, чтоб подкраситься.
– Знаешь, еще несколько лет назад я почти не пользовалась косметикой. Она мне совершенно не шла, а наоборот, делала какой-то вульгарной ...Так подруги даже завидовали, что я экономлю приличные деньги, ведь хорошая косметика стоит дорого.