Поверь в любовь

Спайс Вирджиния

– Джейк Стоун! Не будешь ли ты так любезен спешиться?

Джейк непонимающе взглянул на нее. Ковбойская шляпа затеняла его синие глаза.

– Мэгги, что случилось?

– Ничего не случилось, – сказала она, постукивая хлыстом по ноге. – Просто ты никуда не поедешь, пока я не разберусь с тобой до конца.

Стив присвистнул:

– Ого, это уже серьезно!

– Мэгги, будь разумна, – взмолился Джейк. – Там у меня ворюга, а ты…

– А я – женщина. Здесь. Твой управляющий никуда не денется. Он может подождать. А я не могу.

– Стоун! –

Стив расхохотался от души. – Ты не говорил мне, что она управляется с хлыстом. Нет, я решительно влюблен…

Маргарет не обратила на лесть никакого внимания. Она мягко, вежливо, но весьма настойчиво обратилась к приятелю Джейка:

– Стив, было бы приятно встретить тебя еще через столько лет. Но не мог бы ты сейчас уехать? Нам с Джейком нужно кое о чем поговорить.

Мужчины не пошевелились. Тогда Маргарет сошла с крыльца и стала перед Джейком, разматывая хлыст. Она пока не имела представления, удастся ли ей сделать задуманное. Справится ли она с хлыстом? Но ведь у нее отличный учитель – сам Джейк. Каждый штрих его движений накрепко запечатлен в ее памяти.

Джейк изумился, увидев отчаянную борьбу Маргарет с огромным хлыстом. В ее руках хлыст извивался, скользил и раскачивался, словно змея. В конце концов, Маргарет, подняв хлыст, приготовилась к «дрессировке».

Джейк не смог сдержать улыбки. В таком темпе она управится с хлыстом, дай бог, к Рождеству. В душе же он жалел упрямицу. Она, казалось, была меньше хлыста и, если вспомнить, всегда смертельно боялась его. Только сильная ярость могла заставить ее прикоснуться к грозному предмету.

– Мэгги, положи хлыст, – сказал Джейк, подходя к ней. – Можно порани…

Но прежде чем он произнес последнее слово, прежде чем успел моргнуть, хлыст взметнулся в воздухе и обрушился на Джейка, сбив с головы шляпу.

– Черт побери, – изумленно прошептал Стив. Сердце Джейка екнуло, глаза полезли на лоб.

Он провел рукой по волосам, еще не веря в то, что она сделала. Он хотел рассердиться, но немое восхищение взяло верх. Лицо Маргарет украсила победная улыбка, темные глаза сверкали от возбуждения. Разрази его гром, Маргарет Бентли – самая неотразимая женщина из всех, что он когда-либо встречал!

– Стив, черт возьми, уберешься ты отсюда? – крикнул Джейк. – Видишь, мне тут с женщиной нужно разобраться.

– У, счастливчик! – с добродушной завистью протянул Стив, направляясь к своей лошади. – Если понадоблюсь, я на своем ранчо. Будь помягче с ним, Мэгги.

И Стив умчался, оставив после себя облако белесой пыли.

Джейк и Маргарет стояли под раскаленным солнцем Техаса, оценивая друг друга. Сладкая дрожь пробежала по телу Маргарет от неистовой страсти, которую она увидела в синих глазах Джейка. Казалось, он возьмет ее прямо сейчас, здесь, на траве.

Джейк сделал к ней шаг, но Маргарет предупреждающе подняла хлыст:

– Назад, ковбой. Ты не подойдешь ко мне, пока я не получу от тебя кое-какие ответы.

–.

Мэгги, сейчас мне плевать на всех растреклятых воров. Ты это хотела услышать? Я хочу только тебя, мой ангел, раскинувшуюся на спине, горячую от страсти и ждущую меня.

– Джейк, прекрати! – Она отступила, пересиливая желание рассмеяться. – Ты не притронешься ко мне, пока не объяснишься, Мне тоже плевать на всех воров мира. Я хочу знать, зачем ты сказал Стиву о помолвке и нашей прошлой ночи?

– Но ведь мы – жених и невеста. – Понимающая улыбка появилась на его лице: вот, оказывается, к чему она клонит. – Разве ты не считаешь, что должна выйти за меня после того, что случилось прошлой ночью? Ты же не забыла, что произошло у развалин, правда, Мэгги? Лично я никогда этого не забуду.

Сердце Маргарет бешено забилось при этом напоминании. Но если он теперь всего лишь продолжает играть с ней, то это слишком жестоко.

– Ты слышишь меня, Стоун? – горячо настаивала она. – Объяснись! Прошлой ночью ты не хотел иметь ничего общего с путами брака, оравой ребятишек и голубыми занавесочками, помнишь?

Джейк глубоко вздохнул, стараясь справиться с собой и взять ситуацию под контроль. Он расстегнул верхнюю пуговицу рубахи, пригладил взъерошенные волосы.

– Я буду уважать брак, если ты захочешь. Я обвенчаюсь с тобой в церкви и никогда не разведусь, никогда не расстанусь с тобой. Заявляю это серьезно. Ты моя жена, Мэгги.

Маргарет почувствовала, как солнечный свет слепит ей глаза, а ее сердце вот-вот вырвется из груди. В то же время слова Джейка звучали как-то отчужденно, сухо. Когда он это решил? Что делал без нее? Провел ночь, убеждая себя поступить с ней честно?

– Мне не нужны твои жертвы, Джейк, – хмуро сказала она. – Я могла бы принять их в день, когда пришла сюда впервые, но не сейчас. Слишком много всего произошло.

Джейк не знал, что ему было делать – плакать или смеяться над иронией судьбы? Все перевернулось с ног на голову. Прошлой ночью он задавался вопросом о мотивах поведения Маргарет. Теперь же она не доверяла ему. Нужно заставить ее понять то, чего он сам долгое время не осознавал, что открылось только прошлой ночью, – во-первых, после акта любви и, во-вторых, после столкновения со смертью.

– Я ничем не жертвую, Мэгги, – очень серьезно произнес он. – Всю жизнь я играл со смертью. И, пожалуй, только это давало ощущение, что ты еще жив. Но теперь у меня появилась веская причина хотеть жить. Это ты, Мэгги. Я хочу, чтобы мы стали мужем и женой.

– Ты хочешь? Но почему?

Вот это вопрос! Он, Джейк, и Маргарет были полными противоположностями, абсолютно по-разному смотрели на мир. Она вся состояла из противоречий, но в ее сердце жила непоколебимая вера в добро. Стойкая маленькая травинка, упорно сражающаяся с непогодой. А он – огромный могучий дуб. Но Джейк учился. Учился уступать в мелочах и выигрывать в главном. Он учился любить женщину.