Поверь в любовь

Спайс Вирджиния

Слезы заливали лицо Маргарет, когда она брела к рощице, где стояли их лошади. Теперь она лучше других знала, какие горькие уроки может преподносить людям жизнь. Разве не получила она один из таких уроков сейчас? Наверное, есть люди, которые просто не способны любить вас, как бы сильно не любили их вы. Она теперь знает, что Джейк – один из таких людей.

Она уже почти успокоилась, когда услышала позади себя шорох. «Пожалуйста, – взмолилась она, – пусть это будет не он»

– Мэгги…

Она закрыла глаза.

– Не бери это в голову, Джейк, – повторила она его слова. –

Я не хочу разговаривать, не могу.

– Тогда, ради бога, позволь мне говорить. Дай возможность повиниться. – Голос Джейка дрожал от растерянности. – Прости меня, Мэгги. Ты застала меня врасплох, а я никогда не выносил сюрпризов.

Он дотронулся до ее волос, неловко погладил светлые завитки.

– Я не знаю, что сказать, Мэгги. Я не хочу делать тебе больно. Мне вовсе не нужна победа над тобой.

Слезы, не успев высохнуть, вновь хлынули из глаз Маргарет.

– О, Джейк, – выдохнула она, забывая о своей гордости. – Тогда не говори ничего, черт возьми. Иди и добейся своего. Ты не хочешь причинить мне боль? Уже невозможно заставить страдать больше, чем я страдаю сейчас.

Джейк смотрел на нее с недоумением. Добиться своего? О чем она говорит? Он не знал, как понимать ее, но в этом и не было ничего нового. Поведение Маргарет никогда не вписывалось в общепринятые нормы. Даже теперь, когда непослушные пряди упали на ее лицо, а пальцы нервно теребили ворот куртки, она выглядела прелестно и непобедимо, как в день их первой встречи.

От волнения грудь Джейка сдавило, ему не хватало воздуха. Раньше сопротивляться ему помогал случай, теперь же он отвернулся от Стоуна.

– Ну, сделай же что-нибудь, Джейк. – Нижняя губа Маргарет нервно задергалась. – Все, что угодно.

Он поднял ее подбородок и заглянул в глаза.

– Хорошо, дорогая. Я сделаю.

Глаза Маргарет загорелись страстным огнем – таким ярким, что, казалось, осветили темноту ночи.

– Сделаешь? Ты имеешь в виду это… – Она схватила его за руку, мольба послышалась в голосе. – О, пожалуйста, Джейк. Быстро! Сделай это быстро, пока не передумал.

– Ты сумасшедшая! – шептал он, привлекая к себе хрупкую фигурку. Он впился в жаркие губы. Маргарет обвила его шею в неистовом, ненасытном порыве, боясь, что он и вправду передумает.

Руки Джейка ласкали ее тело, пытаясь снять напряжение. Алые губы Маргарет были горячи и нежны, и ему хотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно. Но Маргарет шла дальше.

– Сделай это, Джейк, пожалуйста, – настаивала она. – Опусти меня на землю и сделай это быстро.

Джейка разбирал смех. Он обнимал ее, чувствуя, как нежность охватывает душу. Его маленькая обольстительница излучала безумную силу, ее невинное тело воспламеняло Джейка все больше и больше. Он уже готов был бросить ее на траву и прямо сейчас овладеть ею. Но странно-прекрасное чувство не уступило дикому животному инстинкту.

– Нет, дорогая моя, не быстро. По-другому. Когда занимаешься любовью, это должно быть прекрасно. И должно запомниться. Я буду осторожен, я буду тверд, и я уверен, что сведу тебя с ума.

Маргарет слушала его, застыв. Он медленно провел пальцами по ее влажным трепещущим губам. Казалось, время остановилось,

и звенящая тишина окутала их со всех сторон. Джейк вновь поднял Маргарет на руки – вздох облегчения сорвался с ее уст.

– Я думаю, что уже схожу с ума, – бормотала она, теснее прижимаясь к нему. – Твое обещание звучит божественно.

Джейк уложил драгоценную ношу на одеяло, а рядом расстелил свое. Маргарет быстро разделась и забралась в импровизированную постель. Она улыбалась, глядя, как Джейк стягивает сапоги, расстегивает рубашку и джинсы. Затем он растянулся рядом с ней поверх своего одеяла.

– Мэгги, – сказал он с улыбкой, перебирая ее волосы, – есть вещи, которые мужчина любит делать сам, собираясь заняться любовью с женщиной. Раздевать ее, например.

– О, я снова могу надеть что-нибудь! Он покачал головой:

– Это не одно и то же.

– Я могла бы раздеть тебя.

– Тогда мы оба сойдем с ума.

Джейк понимал, какая это непростая задача – укротить Маргарет Бентли. Такая же, как надеть седло на еще не объезженную лошадку.

Маргарет была невероятно обольстительна и совершенно непредсказуема. Ее последней мыслью, перед тем как он забрался к ней под одеяло, была та, что Том-Пройдоха развлекся бы на полную катушку, появившись здесь в этот момент.

Ладонь Джейка плавно скользила по мягким изгибам хрупкого женского тела. Ее кожа была нежнее лепестков розы, теплее, чем солнечный луч. Джейк положил руку на бедро Маргарет, борясь с искушением как можно быстрее продвинуться вперед.

Маргарет прижалась к нему, чтобы потереться своими грудями о его грудь. Она всячески провоцировала Джейка опрокинуть ее на спину и войти в нее быстро и неистово, глубоко и проникновенно.

– Не торопись, дорогая, – прошептал он с хриплым смешком. – Мы слишком долго ждали этого момента, и я не хочу все испортить. Я хочу, чтобы эта ночь стала одной из самых счастливых… для нас обоих.

– Я тоже, – отозвалась Маргарет тихим, взволнованным голосом.

Ее руки легли ему на плечи, мягко привлекая к себе. Мучительный стон вырвался из груди Джейка; он припал к ее рту горячим и нежным поцелуем, раздвигая языком податливые губы. Затем его язык осторожно проник внутрь, сплетаясь с языком Маргарет, губы завладели ее ртом и ласкали его с такой страстью, что девушка забыла обо всем на свете.

В одно мгновение Маргарет оказалась во власти незнакомых чувственных желаний. Жар и сила объятий Джейка, страстные прикосновения к обнаженной коже доставляли ей поистине райское наслаждение. Странное ощущение появилось у нее в низу живота, напомнив тот день, когда Джейк демонстрировал свою удаль с хлыстом. Она и сейчас, кажется, слышала резкий щелчок черной молнии.

Джейк переместился вниз и стал ласкать ее груди, пробуя руками их полноту и дразняще играя сосками. Маргарет застонала, когда он провел губами по ее шее, а потом принялся ласкать ртом напрягшиеся соски. Она впилась руками ему в волосы и беспомощно изогнулась, не зная, как избавиться от этой мучительно-сладкой боли, а он продолжал гладить ее тело, опаляя своими прикосновениями нежную кожу и пробуждая в Маргарет ни с чем несравнимые ощущения.