Повелитель
Шрифт:
Но уже через минуту могло быть поздно. Зи это знала. Несмотря на то что она бодрилась, у нее возникли ощущения, будто душа покидает тело и улетает.
«Прости меня, Квазим! Я люблю тебя, Ник! И единственное, о чем жалею — что не призналась тебе в этом, когда была такая возможность».
Ник сбросил на бегу кожаную куртку, больше не думая о немыслимо ядовитом воздухе подземелья, от которого высыхала и трескалась его кожа. По какой-то причине дышать вдруг стало тяжело и появилось ощущение, будто грудь сжимают тиски. Из-за горящего огнем левого бока приходилось все время сгибаться.
И все-таки он знал, что находится на правильном пути и приближается к Зи. Хотя ее голос умолкал, ощущение ее присутствия усиливалось с каждым шагом.
Ник постепенно освобождался от своего прежнего сознания и привязывался к чему-то другому. Ему стало интересно, возникнет ли у него когда-нибудь тоска по прежнему ограниченному пониманию мира, когда он был полностью замкнут в себе. Он не стал совсем другим, не превратился в безжалостное чудовище, полагающее, что цель оправдывает средства — хотя в данном случае как раз так и было. Просто законы вселенной изменились, да и сама вселенная стала другой. Защищая Зи, Ник мог убить или умереть — такова была эта реальность.
Словно для проверки, такова ли эта реальность, перед ним внезапно появился тролль-гибрид. Ник не медлил. Не обращая внимания на боль, он бросился к вооруженному монстру. Вспомнив свое медицинское образование, он попытался представить строение тела чудовища, основываясь на его сходстве с человеком, и нанес удар, предполагая, что он сразит тролля. После этого Ник уперся коленом в грудь монстра, прижав его к земле, и резко ударил тролля по горлу ребром ладони, намереваясь перебить ему трахею. Раздался слабый хруст. Рана была не настолько тяжелой, чтобы тролль умер сразу, но Ник знал, что монстр не встанет и не продолжит преследование.
Тролль-гибрид забился в конвульсиях, а Ник поднялся на ноги. Неожиданно существо выстрелило из ружья, которое оно держало в нижней левой руке. К счастью, выстрел не поразил цель. А когда умирающий тролль выстрелил еще раз, Ник был уже далеко.
В ушах звенело, а боль в боку становилась нестерпимой. Ник продолжал бежать, хотя зрение у него затуманивалось и он плохо различал дорогу.
— Зи, только не умирай! — задыхаясь, умолял он.
Вскоре Ник заметил, что рядом с ним бежит Абриал. Тот стал поддерживать Ника под руку, направляя его по туннелю.
— Нам надо влево, — с трудом произнес Ник.
— Я знаю. Зи сейчас с Ниссой, которая рожает прямо здесь нашего ребенка. — Демон ночи замялся. — Возможно, ты ощущаешь боль солидарности, ведь Зи сломала несколько ребер, и они прокололи ее левое легкое. Она истекает кровью.
Ник попытался бежать быстрее и обрадовался, когда это получилось. Поддерживающий его Абриал бежал с ним нога в ногу, а Ник тяжело опирался на него. Ночной демон мог бежать и быстрее, но нарочно замедлял шаг, держась рядом с Ником.
— Я хочу тебя предупредить еще кое о чем, — произнес Абриал. — От Ниссы я узнал, что Зи беременна.
— Зи ждет ребенка?
— Да. Зэйн появится там сразу за нами. Он наверняка поможет вам с Зи.
Нику показалось, что Абриал сказал не все.
Врач
Наконец Ник оказался рядом со своей возлюбленной. Она была бледна как мел, глаза у нее запали, а дыхание еле ощущалось. Ее одежда насквозь пропиталась ярко-красной кровью. Потеряв столько крови, никто не мог остаться в живых.
Потрясенный Ник не мог оторвать от нее взгляда. Зи была при смерти. Сердце билось еле-еле. Как же это произошло? Ведь он был уверен, что любимая в безопасности! Если кого-то и могли ранить, то, скорее всего, Ника.
— Я сделала все, что могла. — Бисше отошла, освобождая Нику место. — Теперь твой черед, мальчик мой. Мне остается лишь надеяться, что магическая связь между вами достаточно сильна и ты сможешь спасти ее.
А Зи в это время казалось, что она на пиру, сидит за длинным столом, у которого не было видно концов. Стол ломится от еды, какую когда-либо рисовало ее воображение. Зи никак не могла насытиться, хотя и ела, и пила. Вдруг оказалось, что она обедает исключительно галлюцинациями, принявшими форму ее былых мечтаний.
Эта мысль причинила боль, но Зи не сомневалась, что так оно и было. Нигде и ни в чем она не найдет настоящей помощи и утешения.
Только одно могло утолить голод. Нужно было наполниться тем, что никогда не исчерпывается. Не пищей, не мечтами о свободе, а любовью — единственным, что есть в мире настоящего и вечного. Только любовью могла заполниться пустота внутри. Любовь — вот самое роскошное блюдо в мире, то, чего Зи всегда страстно желала. И хотя она не нашла в своей семье любовь, прекращающую душевный голод, это не значило, что все ее попытки окажутся тщетными и не оправдают надежд.
Но как найти эту любовь? Зи так проголодалась, так устала и ослабла.
«Это страх, дитя мое. Страх создает внутреннюю пустоту и делает тебя слабой. Нужно верить, что твое будущее изменится».
Страх. Да, Зи продолжала бояться даже после того, как увидела Богиню и та рассказала ей, что она в безопасности и может позволить себе любить.
«Да, и настала пора затянуться старым ранам. Пора наполнить душу только хорошим и приятным».
Зи слабо кивнула. Но как?
«Прежде всего, дитя мое, ты обязана выдернуть все стрелы, проткнувшие твое сердце. Прости всех, кто был с тобой жесток. Очистись от этого яда и разочарования. Только тогда прекратится боль и ты сможешь поверить, что твое будущее не такое печальное, как прошлое».
Зи выполнила просьбу Богини — проникла рукой в себя и дотронулась до одной из стрел, пронзивших ее сердце. Зи выдернула стрелу, на которой было написано: «Плохая дочь», и мгновенно почувствовала себя намного лучше. Это были слова матери. Зи отбросила стрелу и потянулась к следующей. На ней грубым почерком Лаза была сделана надпись: «Предательница-полукровка».