Повелитель молний

Локнит Олаф Бьорн

– Не повезло, – сочувственно прошипел Мейгелен, когда забренчали ключи и отбивающегося заключенного потащили наружу. Он попытался кричать, но ему быстро заткнули рот, затолкали в огромный плотный мешок и унесли за дверь. Гость рассчитался со стражниками и поспешно удалился.

– Другие придут? – встревожено спросил Конан.

– Иногда человек по десять за ночь шастает.

Новый охотник словно дожидался своей очереди в коридоре. Придирчиво осмотрел предложенные образчики, не нашел ничего подходящего и безмолвно отбыл, оставив раздосадованных стражников препираться друг с другом.

Подождали, не наведается ли кто еще. Дверь не

открывалась. Туранец улегся спать, буркнув, что чему быть – того не миновать, а он не намерен сидеть всю ночь, ожидая гостей. Конан хотел последовать его примеру, но тут раздался тихий стук и он решил посмотреть, чья судьба сейчас изменится.

Вошедшего, похоже, знали и побаивались. Стражники вскочили, неуклюже кланяясь. Неизвестный – высокий тип, закутанный в темный плащ с опущенным капюшоном – привел с собой аж троих помощников. После краткого разговора тюремщик, ведавший ночной торговлей, схватил фонарь и уверенно направился в глубину помещения. Гости последовали за ним, брезгливо переступая через кучки мусора и лужи на давно не убиравшемся полу.

Дойдя до конца рядов, стражник опустил фонарь, направляя свет в камеру Конана. Ослепленный, тот поднял руку, защищая глаза и пытаясь рассмотреть, кто стоит с другой стороны решетки. Справа зашевелился Мейгелен, еле слышно повторяя: «Спрячься, глупец, да спрячься же!»

– Вот, – тоном богатого владельца стада или табуна, представляющего завидующим друзьям свое лучшее животное, произнес стражник. – Как вы желали. Только сегодня привели, еще ни в каких бумажках не значится. Правда, ваша милость, парень слегка того… диковат. Видать, совсем недавно в город попал. Ну да верно говорят, норовистую лошадь и объезжать занятнее, хе-хе…

Покупатель бросил на тюремщика один-единственный взгляд. Тот, поперхнувшись и странно булькнув, умолк.

– Беру, – коротко произнес человек в темном плаще. Его голос оказался низким и завораживающе-холодным. Разговаривая, он чуть тянул гласные, отчего даже самые простые слова наполнялись зловещей многозначительностью. Конан невольно вздрогнул и прижался спиной к ржавым прутьям. Клетка вдруг показалась ему родной и привычной, он совершенно не желал покидать ее. – Сколько?

– Так сотни полторы, ваша милость, будет вполне достаточно, – заюлил стражник.

– Сто двадцать.

– Ваша милость! – взвыл тюремщик. – Обижаете честного человека! Я ж вам не какой-то порченый товар предлагаю! Сами гляньте, разве в нашем треклятом городишке отыщешь чего подобное? Мальчика отмыть, подкормить, вышколить – загляденье будет!

Мейгелен не выдержал и сдавленно захохотал. Взбешенный стражник попытался достать его через решетку копьем, но туранец увернулся. Конан отчетливо понял, что бросится на первого, рискнувшего сунуться к нему в клетку, и за свои дальнейшие поступки отвечать не способен.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Миром правит случай

Дурные привычки очень скоро становятся обыкновением, а дурные события почему-то случаются чаще, чем хорошие.

Ши пришел к этому глубокомысленному выводу, переступив порог гостиницы, ставшей ему родным домом, и тут же приседая, дабы избежать летящего по воздуху табурета. Собственно, табурет швырнули не в него, но воришка не собирался заниматься восстановлением справедливости. Он просто хотел избежать удара, чем занимался всю разумную жизнь. Избегать столкновений – самый разумный и правильный девиз, ежели тебе выпало родиться и жить в городке под названием Шадизар.

Избегай столкновений, будь незаметным, не вмешивайся в чужие споры и драки, глядишь, доживешь до преклонных лет и тебе не придется каждое утро тащиться на площадь Благословений перед храмом Митры, где собираются городские нищие.

Однако упрямая судьба рассудила иначе. В последние дни различные столкновения и испытания прямо-таки дождем сыпались на голову Ши. Истины ради надо заметить, что другим постояльцам «Норы» тоже приходилось несладко, но каждый из смертных в первую очередь думает все-таки о себе.

В общей зале трактира опять собирались грозовые тучи, предвещавшие заварушку. Пара молний уже сверкнула – кто-то запустил табуретом в стену, но пока дело ограничивалось словесной перепалкой.

«Удрать? – вяло подумал Ши. – Снова протирать штаны на парапете? Малыш попался, это ясно как день. Угодило буйное дитя природы за железную решетку. Сидит там, небось, и тоскует. Не навторил бы он глупостей, а то будет его не вытащить».

Прижимаясь к стене и стараясь прикинуться тенью от ламп, воришка добрался до стойки, угодив в общество мрачно-напряженной Лорны, как всегда, заранее готовой к худшему.

– Не дождался? – приглушенно осведомилась трактирщица. Ши сложил пальцы в знаке, обозначающем слово «Нет».

– Значит, поймали, – подтвердила его собственные худшие ожидания Лорна и, с досадой глянув на очередной разломанный табурет, подвинула поудобнее рукояти спрятанных под стойкой мечей. – Точно, какая-то неудачливая полоса началась. Не одно, так другое. Посуды и другого хлама уже на полсотни золотых переколотили – это за пару дней-то! А нужник наш, между прочим, намедни новую гадость учинил – из будки сколопендры полезли, здоровенные, с мою ладонь длиной. И почему-то зеленого цвета в оранжевую полоску. Так мало того, поганые твари отправились прямиком в комнату Райгарха и обсидели весь потолок. Целое утро с метлой возилась, пока всех не вымела да не передавила. Хорошо хоть не кусались…

Ши молча посочувствовал хозяйке гостиницы, помня, что бремя расходов будет взвалено на Компанию, и обратил свое пристальное внимание на главных действующих лиц нынешнего вечернего скандала. Эти почетные места отводились Джаю, Альбриху и Райгарху. Поблизости, как напоминание о неотвратимом возмездии, сидела закутавшаяся в шаль Феруза – осунувшееся личико и сухо блестящие глаза. Она не вмешивалась в разговор, только смотрела, безостановочно вращая в руках серебряный браслет пропавшего Аластора. Ее присутствие изрядно действовало на нервы старому гному и двум его спутникам, однако у них не поворачивался язык потребовать от людей увести молчаливую девушку наверх. Рядом с туранкой хлопотала Кэрли, опасливо поглядывая по сторонам в поисках наилучшего пути к бегству.

Недоставало только Хисса.

– Ключи, – повторил свое требование Альбрих. Он испытывал сильнейшее раздражение и избавился от него, только швырнув табуретом в стену, хотя в подобном жесте не имелось никакой необходимости. Альбрих хотел показать, кто здесь хозяин и кто владеет преимуществом, но люди, наверное, давно привыкли сами кидаться предметами обстановки и не слишком-то испугались.

– Где наш человек? – ответил встречным вопросом Джай, незаметно кивая Райгарху. Вышибала молча достал бархатный мешочек и потряс его. Скрытая внутри вещь издала глуховатое металлическое побрякивание. – Мы заключили сделку – ваша безделушка в обмен на жизнь нашего друга. Где он?