Повелитель чумы
Шрифт:
Коди позвал Изара по имени. Тот бросил на них быстрый взгляд, но не пошевелился, ожидая, когда Ленуар с Коди подойдут ближе.
– Что происходит?
– поинтересовался Коди, приблизившись к адали.
– Как всё началось?
– А как оно всегда начинается? Слухи. Помните про женщину, которая пострадала сегодня утром? Разошлись слухи, что мы её убили. И её детей. Забили дубинками до смерти.
– Но это же бред!
– возмутился Коди.
Изар пожал плечами, давая понять, что возмущения бесполезны.
– Эти псы..., - начал Ленуар.
– Это не моя идея, инспектор.
Ленуар
– Нам нужно взять ситуацию под контроль, - произнёс Ленуар, понимая, что говорит очевидные вещи.
– Возможно...
– Эй, ты!
– Изар отступил в сторону и ткнул пальцем в одного из стражников.
– Убери ружье, дурак!
Но страж ничего не слышал из-за криков толпы. Он угрожающе размахивал своим оружием перед лицом молодого адали, пока один из его более разумных товарищей не схватил дуло и не дернул его вверх, что-то горячо выговаривая.
«Эти люди обучены не больше, чем собаки», - с замиранием сердца подумал Ленуар. В свою бытность стражем с Серле, Ленуар учился контролировать толпу, используя тактику, разработанную Префектурой полиции во время революции.
Но Кенниан никогда не сталкивался с революцией, а Ленуар и не думал рекомендовать такое обучение в Департаменте полиции.
– Где Мерден?
– прокричал Коди, оборачиваясь.
– Я здесь, - тронул прорицатель Коди за локоть.
Ленуару некогда было радоваться. Крики вокруг них становились все громче, пространство между двумя фронтами сокращалось сантиметр за сантиметром. Требования и обвинения летели, как искры над трутом, только и ждущие, когда вспыхнуть.
– ... не можете держать нас здесь, как животных!
– ... должны ждать здесь, пока не умрём?!
– Назад! Предупреждаю в последний раз...
– ... не болен! Откройте глаза! Неужели вы не видите, что я не...
В воздух полетел камень. Он попал часовому в висок, и мужчина пошатнулся.
Крики нарастали. Изар рванул вперед, вытянув руку и выкрикивая что-то, чего даже Ленуар не мог расслышать.
Прозвучал выстрел.
Наступила звенящая тишина.
Ленуар закрыл глаза, а когда открыл - повсюду было оружие: винтовки и ножи, палки и камни, даже что-то похожее на свинцовую трубу. В толпу ворвались собаки - то ли их отпустили с поводков, то ли они сами вырвались на свободу, - и теперь в обычные крики вплелись вопли боли. Два фронта столкнулись.
Ленуар попытался дотянуться до пистолета, но кто-то налетел на него, швырнул на баррикаду и прижал к стене. Он почти ничего не видел из-за мельтешения конечностей.
Край бревна больно врезался ему в ребра. Давление росло и росло по мере того, как толпа наваливалась на баррикаду, пытаясь продавить её. Ленуар понимал, что если не освободится, его просто расплющат.
Прозвучал ещё один выстрел. И ещё. Казалось, это только разожгло паническое бегство до еще большего исступления. Ленуару показалось, что он слышит рядом крики Коди, но он не мог точно определить, откуда именно.
Он услышал треск и грохот - и давление на его грудь немного ослабло.
– Сюда!
Собаки сбились в хаотичный полукруг, образовав небольшой защищенный контур между собой и правой стороной баррикады. Ленуар и Мерден проскользнули туда.
Этот манёвр выиграл им немного времени, но на этом всё; не существовало никакого другого выхода, кроме как назад через бунтующую толпу или через баррикаду, а Ленуар не хотел быть застреленным.
Часовые на башнях стреляли предупредительными выстрелами в любого, кто был достаточно безрассуден, чтобы попытаться подняться на баррикаду. Пока угрозы возымели эффект, но Ленуар сомневался, что это надолго.
– Мы должны добраться до одной из этих башен!
– Как?
Ленуар понятия не имел. Изара нигде не было видно. Коди тоже пропал. Ленуар выхватил пистолет, надеясь в душе, что он не понадобится. У него будет лишь два выстрела, а потом придётся пускать в дело меч.
Даже искусному бойцу было бы трудно владеть длинным клинком в такой толчее; а в руках Ленуара он мог оказаться как в его собственном животе, так и в чьем-то еще.
Часовым с винтовками тоже не повезло. Оружие было эффективным средством устрашения, но практически бесполезным в ближнем бою. Большинство мужчин использовали их как палки, ударяя прикладами по лицам тех, кто подходил слишком близко.
Где-то в толпе слышалось рычание собак. Однако бунтовщики продолжали наступать, забрасывая полицейских камнями и нанося им как можно больше ударов кулаками, палками и всем, что им удавалось достать.
– Смотрите!
– показал вперёд Мерден.
Ищейки вытащили несколько мешков с песком из основания ближайшей башни и протащили своих раненых через образовавшееся отверстие. Ленуар бросился к проёму с поднятым пистолетом, надеясь, что одного его вида будет достаточно, чтобы отговорить кого-нибудь от нападения.
Ищейки стояли стеной, сдерживая поток людей. Щель в основании башни была мучительно близка - это был свет в конце тоннеля...
У них ничего не получилось.
Строй рухнул как раз перед тем, как Ленуар добрался до отверстия. Толпа бунтовщиков хлынула через брешь. Появился борющийся с кем-то Изар. В руке у него был пистолет, готовый к бою, но вместо того, чтобы стрелять, сержант пытался усмирить штатского голыми руками.
И поплатился за свое милосердие. Кто-то ударил его наотмашь лопатой по щеке, из раны на лице брызнула кровь. Изар пошатнулся и рухнул в людское море.
Ленуар нырнул туда, где исчез сержант-адали, но что-то ударило его по затылку. В глазах вспыхнул белый свет, а затем все накренилось, голова закружилась аж до тошноты, и земля понеслась ему навстречу. Ленуар упал, ударившись о баррикаду.
Последнее, что он запомнил, был привкус крови во рту.
Глава 8
Когда Ленуар открыл глаза, он обнаружил, что смотрит на свой собственный прикроватный столик. На мгновение он подумал, не приснилось ли ему все это — колдун, шипящая тень, бунт.