Потусторонний. Пенталогия

Муха Руслан

— Но мы больше суток не спали! — возмутился кто-то из толпы.

— Поспите в сурирате, — раздражённо бросил я, совершенно не понимая, как можно думать о сне, когда мир на пороге Судного дня. Наверное, многие из них, сидя здесь, до конца не осознают, насколько все серьезно.

Я обернулся, выискивая взглядом Стража.

— Подойди! — тихо позвал я, но Страж услышал и зашагал ко мне.

Команда вмиг притихла, не понимая, зачем я подозвал Стража.

— Расскажи нам, — сказал я, — как обстоят дела на Южном утёсе.

— Наши боевые сурираты

сумели уничтожить войско темных ракта, — принялся отчитываться Страж. — После зачистки к вратам были приставлены Маричиры. Несколько минут назад темные ракта нанесли ракетный удар через врата, выведя из строя одного из Маричиров.

— Они больше не предпринимают попыток пересечь врата? — спросил я.

— Нет.

— Это хорошо, но ненадолго, — подытожил я, а затем повернулся к команде: — Как видите, у нас нет времени. Пока темные ракта снова не хлынули на Хему, мы должны закрыть врата. Сейчас, пока относительное затишье, самое время это сделать. На отдых времени нет — если вы не согласны, мы с Сэдэо и Каримом полетим без вас.

Я видел на некоторых лицах негодование, но многие, к счастью, все же принялись кивать, понимая, что я прав.

— Хорошо, — согласился Найд. — Собираемся. Вылетаем через час.

Все разошлись по комнатам собираться, мы же с Каримом остались ждать Сэдэо.

— А ловко ты с ним, — усмехнулся Карим, кивнув в сторону застывших у входа Стражей. — Они тебе теперь подчиняются?

— Не совсем, — уклончиво ответил я. — Еще они подчиняются Каннон. Она им велела схватить меня и отправить в подземелье. Каннон знает, что я тёмный ракта.

Карим в ужасе округлил глаза, затем, тяжело вздохнув, закачал головой:

— Это я во всем виноват.

— Ты? Почему?

— Я ей сказал, чтобы она не пыталась узнать о твоём прошлом. Какой же я дурак! — сокрушаясь, воскликнул Карим, горестно прикрыв глаза рукой.

— Ладно тебе, — успокоил я его. — Это уже не имеет значения. Она ничего не сможет теперь сделать.

Карим осуждающе закачал головой:

— Сможет, Азиз. Нельзя быть настолько самоуверенным.

Я беспечно усмехнулся, пожал плечами:

— Нам с ней предстоит непростой разговор. Но я думаю, мы сможем разрешить это недоразумение.

Мы не договорили с Каримом, потому что вернулся Сэдэо.

— Сурират готов. Мы втроем полетим? — окинув взглядом опустевший двор, спросил он.

— Нет, мы все полетим, — сказал Карим, многозначительно улыбаясь. — Прогоним этих тёмных из нашего мира!

— Прогоним! — усмехнулся Сэдэо, задумчиво посмотрел на меня, затем на посох. — А кто поведет сурират?

— Я! — переполняемый энтузиазмом, с готовностью воскликнул я и поспешил к тарелке на заднем дворе. Мне не терпелось отправиться в путь.

Гора Меру, Южный утес

Каннон склонила голову над жуком, что лежал перед ней на столе. Этот жук на первый взгляд не отличался от обычных насекомых. Но, стоило присмотреться, ковырнуть, заглянуть внутрь, и сразу становилось ясно — это не жук, а робот.

Жука

несколько минут назад ей принес командир шестой разведывательной группы.

— Полагаю, — сказал он Каннон, — с помощью этих жуков темные ракта следят за нами. Один из моих бойцов случайно наткнулся на него. Он странно трепыхался в траве. Видимо, его зацепило разрядом во время боя. Смотрите, он еще искрит. Жук передает сигнал, но отследить или перехватить его не удалось, даже заглушить сигнал не получилось. Техника тёмных как-то обходит наши глушилки.

Каннон ничего не сказала командиру. Забрала жука и теперь сидела и задумчиво разглядывала его.

Технологии тёмных куда совершеннее. Когда-то подобных жуков она видела у богов. Они летали по Хеме, подсматривали, шпионили, а после докладывали обо всем своим хозяевам. Может быть, зря они с Амаром договорились искусственно тормозить технический прогресс. Амар всегда считал, что технологии погубят человечество, нарушат укоренившейся порядок, повысят значимость тамас, приблизив их силой к ракта. Тогда Каннон была с ним согласна: технологии когда-то сделали из асуров могущественную расу, которая захотела свергнуть своих создателей.

Но несколько десятилетий назад она изменила свое мнение. Ракта, тамас — это все одни и те же люди. Нельзя их разделять, нельзя нарочно тормозить естественный ход развития прогресса и общества. Сейчас же она и вовсе была уверена, что она поступили неправильно, поддержав в своё время Амара. Возможно, сейчас бы события с темными ракта происходили совсем иначе.

Она смотрела на жука и думала о том, видят ли сейчас ее темные ракта? Наблюдают ли, насмехаясь, чувствуя превосходство над ней, Великой Хранительницей Хемы.

— Вам нас не сломить, — тихо и уверенно сказала она и накрыла жука перевернутой чашкой.

Неожиданно на улице раздался взрыв. Затем второй, третий — череда взрывов не прекращалась. Каннон выскочила из своего шатра и, замерев, уставилась вдаль — туда, где возле врат стояли Маричиры.

Из прохода летели ракеты: одна за другой, ударяясь о щиты и взрываясь без видимых последствий для великанов. Внутри Маричиров помимо пилотов находились защитники и несколько стихийников. Щиты должны выдержать, они специально искали ракта для Маричиров с максимально широким радиусом действия щита. И энергетическая сфера должна закрывать золотых великанов полностью.

Каннон напряженно наблюдала, как из врат продолжается обстрел ракетами, которые, разбиваясь о щит, окрашивают прозрачную сферу разводами из огня и дыма.

Щиты выдержат, пусть тратят свои боеприпасы. Им больше не прорваться. Каннон была в этом уверена. Но неожиданно один из Маричиров вдруг вздрогнул и медленно начал заваливаться назад.

— Ракшас, — одними губами произнесла Каннон, догадавшись, что врагу удалось проникнуть сквозь щит и подорвать великана изнутри.

В небе тут же появились боевые сурираты. Но тёмные не начинали очередное вторжение, ясно было, что их цель Маричиры.