Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
В глазах Джамира мелькнула догадка. Лицо резко изменилось, он побледнел похлеще отца.
— Я видел такой пузырёк, вчера видел, — отрешённо закивал он, на миг его пошатнуло, я успел перехватить его за руку повыше.
Тем временем нас двоих уже окружили всё, внимательно слушая и разглядывая Джамира.
— Где ты её видел, Джамир? — тяжело дыша, спросил вкрадчиво Михан.
— У кого-то из девушек, — Джамир сглотнул и потерянно взглянул на отца.
— У каких девушек?! — Михан почти кричал.
— Я ее не знаю, — Джамир потупил взгляд и закачал головой. — Не знаю… Мы столкнулись
Он тараторил, рассказывая взахлёб. Но что-то мне в его речах не нравилось. Чувство, что он лжёт, не давало покоя. И в последнее время меня эта чуйка редко подводила. Кого же ты прикрываешь, Джамир?
— Что за девушка? Опиши её! — в разговор влез разгорячённый происходящим Роэн.
Джамир снова замотал головой и опустил глаза, словно собственные слова ему причиняли боль.
— Не знаю, не помню точно. Красивая, молодая, возможно кто-то из Накта.
Зунар резко схватил Джамира за плечо и сердито поволок в другой конец комнаты. Конечно, Зунар тоже почувствовал, что он лжёт.
— Говори правду, — зашипел Зунар. Несмотря на то, что ушли они достаточно далеко, слышимость была хорошая.
Джамир, поступив взгляд, молчал.
— Ты разве не понимаешь? — Зунар встряхнул его за плечи. — Ты должен сказать правду, иначе я могу счесть тебя предателем, Джамир. Решить, что ты и вправду замешан в убийстве Ашанти. И тогда мне придётся тебя казнить. Подумай хорошо, Джамир. О своей судьбе, о родителях. Говори, у кого ты видел этот пузырёк и зачем его взял?
— У девушки из Накта Гулаад, — пробормотал Джамир, так и не посмев посмотреть на Зунара.
— Если ты к этому непричастен, тебе нечего опасаться. Просто скажи, кто эта девушка. Она судшанта?
— Нет, она из борделя. Из борделя Сорахашер.
Джамир поднял глаза, опасливо взглянул на отца, а Михан сразу понял, потому что тут же его лицо перекосило от гнева.
— Скажи её имя, — Зунар произнёс это очень тихо, но я смог прочитать по губам.
Джамир ответил, казалось, ещё тише:
— Лейла.
Михан шумно гаркнул, то ли пытаясь откашляться, то ли гнев настолько овладел им, что он начал задыхаться.
Я же тоже все понял. Теперь все встало на свои места. Орден допустил ошибку. Они не пытались подставить Джамира, они надеялись убить Ашанти, сорвать обряд, заставить оба клана в ярости натворить глупостей, подозревать всех вокруг, но главная цель — это заставить боятся. И скорее всего убийства бы продолжились. Вот только мы слишком быстро нашли убийц. Но теперь я опасался предполагать, что еще могут предпринять Накта Гулаад.
— Хотите сказать, что шлюха из Сорахашер зачем-то убила Ашанти? — громко спросил Роэн. — Зачем ей это?!
Все молчали, недоумённо переглядываясь. Зунар поджал недовольно рот, взглянул на меня. Теперь и ты понял, что я не выдумывал по поводу ордена. Что ж, всё равно мы не могли это предугадать и изменить.
Все молчали, потому ответил я:
— Это не Лейла. Точнее, ни она сама. Ашанти убил орден Накта Гулаад.
Яран Рам был в ярости. Как
Мы вернулись во дворец Рамов вместе с остальными гостями. Было решено перенести свадьбу на завтра. Хотя бы на завтра. Я не представлял, как бы Зар-Зана сегодня в таком состоянии шла к алтарю. Впрочем, одной ночи было также слишком мало, для того чтоб смириться с внезапной свадьбой и оплакать сестру.
Дана, убитая горем, даже не осталась. Когда она услышала, что завтра её вторую и теперь единственную дочь поведут к алтарю, едва не лишилась сознания. А после её накрыло яростной истерикой. Я даже и представить не мог, что вдова Симара знает столько бранных слов. И все они были адресованы Зунару и Ярану. Разъярённая она бросалась на них, несколько преданных едва ли могли её удержать. И столько было там ненависти и горя, столько обиды, что в разгар истерики я не выдержал и покинул зал. Сложно представить, что она испытывала. Совсем недавно потеряла мужа, теперь дочь и вдобавок ко всему вторую собрались выдать замуж, даже не подготовив, даже не спросив, а просто поставив перед фактом.
Как только Дане вкололи успокоительное, она в сопровождении наших преданных и Мэй, улетела в Сорахашер, забрав тело Ашанти.
А нас же Рамы собрали в большом зале для совещаний. Компания всё та же. С нашей стороны Зунар, Михан, Санджей, Гасан, Джамир и я. А вот со стороны Гиргит людей стало больше. Видимо, главы родов Гиргит.
Но когда мы вошли в зал, первым делом я не на это обратил внимание. В ряд у стены стояли девушки и женщины с отрешёнными, потухшими взглядами. Много девушек, больше двадцати. И я уже догадался, что именно за женщины перед нами. Яран Рам собрал всех Накта, которые только были во дворце.
— Проходите, присаживайтесь, — плотоядно улыбнулся Яран, приглашая нас за длинный овальный стол.
В небольшом замешательстве, поглядывая на женщин у стены, мы присоединились к остальным.
— Как видите, я собрал здесь всех Накта Гулаад. Как наших, так и Накта из Сорахашер. Но ни всех удалось найти. Видишь, кого нет среди них, Зунар?
Зунар мрачно кивнул. Яран довольно улыбнулся, потом взял пульт, включил экран большого телевизора на стене, в конце зала.
— Эту Лейлу засняли наши камеры. Вот она заходит, и ей помогает войти Либия, судшанта моего сына, — Яран окинул злым взглядом одну из девушек в толпе. — А вот, эта Лейла покидает дворец, сегодня утром. Думаю, у неё было достаточно времени, чтоб проникнуть в храм, затаиться и в нужное время подсыпать яд в ритуальный бокал Ашанти. А вот ещё кое-что любопытное.
Яран нажал кнопку на пульте, картинка сменилась, на экране появилась блондинка с короткой стрижкой, но, несмотря на блондинистый парик, фигуру и лицо Амали сложно не узнать.
— Твоя судшанта, Зунар?
Он устало кивнул.
— Она, зачем-то надев парик, рано утром бежала из дворца с чёрного входа, через который обычно ходят рабы. Не знаешь, почему она в таком виде покинула дворец?
Зунар отрицательно закачал головой.
— Не переживай, я поднял всех наёмников на уши. Все выходы из Гиргит уже перекрыты. Мы поймаем этих сучек, а после повесим на площади за измену.