Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
Гости начали замолкать, на лице Роэна вместо замешательства возникла паника:
— Что с ней?! Что, ракшас подери, с ней случилось?
По залу пронеслись испуганные шепотки, кто-то из женщин, кажется Дана, тихо завыл. Зунар решительно направился к Роэну и чуть ли не с силой оторвал его пальцы, забирая у него Ашанти. Какое-то время Зунар стоял, рассматривая её, а затем аккуратно уложил на пол, и повернувшись к нам потерянно взгляну и отрицательно закачал головой.
По залу пронёсся хаотичный хор визгов, истеричного плача и криков.
Я увидел
Глава 5 или "Свадьба" Часть 2
Зар-Зана бросилась к Зунару, стоявший неподалёку Санджей рухнул на колени, в ужасе уставившись на Ашанти. Дана и Латифа, бабушка Лита, Мэй — все они, окружив невесту, горестно зарыдали.
— Что это значит, ракшас подери?! Кто это сделал? — обезумев от ярости, орал Роэн.
— Её отравили! — яростно заорал Зунар, заставив всех присутствующих притихнуть.
Всех, кроме Даны. Она, обнимая мёртвую дочь, раскачивалась из стороны в сторону и отчаянно выла, не замечая ничего вокруг.
— Кто имел доступ к этому кубку, кто наливал, кто подходил? Всех сюда! Немедленно! — Зунар орал, совсем потеряв самообладание, безумное, перекошенное от гнева лицо, наливалось кровью.
Ужас и паника заполонили всё вокруг. В моей же голове мысли носились со скоростью света. Кому нужна смерть Ашанти? Нага попытались помешать скрепить наш союз? Или просто хотели насолить? Убита Ашанти, не Роэн. Конечно же, у Роэна родовой медальон, у Ашанти ничего.
— Это всё Нага! — в бешенстве заорал Роэн Рам, кажется, думая о том же, о чём и я. Вот только я был очень неуверен в том, что это действительно дело рук Нага или Капи.
Я взглянул на главу клана Гиргит, мне нужно было видеть его лицо, чтоб исключить версию их причастности. Хотя подходящего мотива для убийства невесты я не смог найти. Да и Роэн, несмотря на его паршивую репутацию, едва ли играл, он был потрясён не меньше остальных. Яран Рам был бледен словно мел, он тихо отдавал приказы слугам, те суетились, и я понял, что нас запирают внутри храма. Яран решил, что убийца здесь, среди нас.
Я медленно направился к нему, желая услышать, что он говорит. В этот же миг и Зунар направился к Ярану.
— Нара Яран, — кто-то из монахов подошёл к главе Гиргит, — мы нашли вот эту колбу у жертвенника, где готовили ритуальные снадобья, внутри остатки порошка, возможно, это яд.
— Так, не лапай! — Яран скривился, резким движением вытянул шелковый платок из кармана и аккуратно забрал колбу у монаха. — Здесь могут остаться отпечатки убийцы.
Пальцем Яран подманил кого-то из своих преданных. Смуглый здоровяк устрашающего вида, лысый с курчавой чёрной бородой, быстро, легко и бесшумно заскользил к главе клана.
— Джабир, это проверить быстро, — протянул ему пузырёк в платке Яран, — узнайте, что за вещество внутри, отпечатки снять и пробить по базе.
Преданный коротко кивнул, забрал пузырёк и зашагал прочь.
— Не думаю,
Тем временем монахи уносили тело Ашанти из церемониального зала, а за ними шли убитые горем женщины.
Яран мотнул головой, скривился, окинул встревоженных перепуганных гостей мрачным взглядом, подманил слугу.
— Обеспечьте гостей едой и вином, — приказал он ему, затем повернулся к одному из преданных: — но никого не выпускать, пока не убедимся, что всё в безопасности. А мы, — Яран повернулся к Зунару, — нужно выяснить, кто убил Ашанти и решить, что делать дальше. Можешь взять своих людей, которым доверяешь, и которые знают, — последнюю фразу Яран произнёс таинственным голосом и многозначительно посмотрел на Зунара.
Зунар издал тяжёлый вздох, повернулся к нам:
— Санджей, Гасан, Михан и Азиз, — отчеканил он и кивнул в сторону выхода.
Я сначала удивился, но потом понял, что Зунар позвал только тех, кто знал о родовом проклятии, и вероятнее всего, о смерти Амара Самрата.
Мы в сопровождении преданных зашагали прочь из церемониального зала. Кроме Ярана с нами пошли ещё и его люди. Роэн, сутулый старик с таким уставшим лицом, с таким безразличием во взгляде, будто всё вокруг ему в край осточертело; и высокий, нервный молчаливый мужчина.
Из коридора эхом доносился многоголосый женский плач, я поёжился, снова испытал злость. Кому могло понадобиться убивать Ашанти? Нага? Капи? Но зачем? Чтобы не дать Халам и Рамам совершить обряд? Но какая им выгода от этого? Возможно, только если они пытаются внести раздор между ними, в надежде, что разругавшись, Гиргит перестанет помогать Сорахашер. Или ещё что-то? Меня настораживало, что убийца оставил пузырек у жертвенника. Ни Нага, ни Капи бы не оставили следов. А здесь — кажется, те, кто это сделал, хотели, чтоб мы его нашли.
Я чувствовал, что всё не так. Слова Амали о том, что орден пойдёт на всё, чтоб не дать рухнуть устоявшемуся порядку, не выходили из головы. А что если Накта Гулаад всё же узнали? Но от кого? Амали? Нет, она не могла. К тому же она бежала из дворца рано утром. А если не бежала? Что если она прямиком отправилась к своим сёстрам и выложила, всё что узнала? Или отправилась прямиком в храм, чтоб подсыпать яд в кубок невесты? Нет, мне не хотелось в это верить. Иначе выходило, что я абсолютный болван и не увидел ложь, решив, что Амали со мной искренняя.
Мы шли всё дальше и дальше, звуки горестного плача становились всё тише. Мы свернули к тёмной каменной лестнице, поднялись в одну из храмовых башен и вошли в небольшую комнатку, где только и помещался что стол, заваленный какими-то книгами и большими толстыми, исписанными тетрадями, да стулья, которых на всех нас не хватило. Яран и Зунар сели за стол, остальные же остались стоять.
— Это Нага устроили, здесь нет сомнений! — застучав по столу пальцем, сказал Яран.
Зунар отрешённо смотрел перед собой и молчал. Остальные не решались заговорить.