Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
— Не совсем вежливо, Азиз, переходить сразу к делам, — Амали едва заметно улыбалась, ей доставляло удовольствие наблюдать за тем, как я сгораю от любопытства.
— Меня вообще здесь не должно быть, в твоей комнате, — резко ответил я. — Микчо может обнаружить, что я ускользнул. Поэтому давай без этих твоих уловок. Просто скажи, что ты узнала.
Амали обиделась, но виду не подала, только улыбка исчезла с лица.
— Я узнала, что Раван действительно вернулся из нараки, — сказала Амали.
— И все? — я непонимающе и одновременно разочарованно
— Конечно не все, — хмыкнула она. — Я встречалась с сестрой-настоятельницей и кое-что выведала у нее.
Амали понизила голос и подалась вперёд:
— Император отправляет армию на Меру.
— Зачем? — я напрягся. Первая мысль была о проходе.
— Очевидно, готовят наступление. Ракшасов все больше. Если так пойдёт и дальше, вскоре они захватят ОРМ и пойдут в Империю.
— Стоит переживать?
— Нет, в ордене так не думают. Напротив — все считают, что у Хранителей всё под контролем. Недавно во дворец императора привезли девочку, очевидно очередное воплощение Каннон. Но я не затем тебя звала. Император перестраховывается, он отправил делегацию из сестер Накта Гулаад на остров Хладных.
Амали многозначительно посмотрела.
— И? — я старательно делал вид, что не понимаю ее намёков.
— И они должны будут просить помощи у хладных. Скорее всего, они приедут на материк. Это ведь твой шанс вспомнить и узнать, откуда ты!
Я едва подавил вздох. Как же они надоели мне с этими хладными. Но легенды необходимо придерживаться и не выходить их образа.
— Почему ты решила, что именно те хладные, которые приедут на материк, обязательно должны меня знать?
— Азиз, хладных не так уж и много осталось. В лучшие времена на острове их было не больше тысячи, а сейчас наверняка куда меньше, да и к тому же — они все долгожители. Хладные живут в два, а то и в три раза дольше людей. Шанс, что кто-нибудь из них узнает тебя, очень велик.
— Если они лишили меня памяти, значит, им это было зачем-то нужно. Не думаю, что по одной моей просьбе они мне ее возьмут и вернут обратно. Да и как ты себе это представляешь? Я поеду в ОРМ? Туда, где этот Раван со своими ракшасами, и буду искать там хладных?
— Нет, конечно, — тихо рассмеялась Амали. — Тебя, скорее всего и так туда отправят по велению императора.
А вот эта новость мне едва ли понравилась.
— С чего ты взяла?
На лице Амали появилась торжествующая, хитрая улыбка. Она что-то знала, то, о чем не мог догадаться я.
— Говори, — потребовал я.
Амали немного подалась вперёд, выставив свое соблазнительное декольте, практически мне под нос.
— Просто я так думаю. Я узнала, что Бодхи Гуру слаба. Император будет собирать сильных ракта для того, чтоб изгнать Равана. Им понадобятся такие ракта, как ты. Ты показал свой дар императору, и наверняка Амар Самрат заберёт тебя в команду.
Снова торжествующая улыбка, она ещё подалась вперед. Слишком близко. Ее губы почти касались моей щеки.
У меня сбилось дыхание, ее дыхание
Он улыбалась, нежно поглаживая пальцем мой стиснутый кулак.
— Ты напряжен. Не хочешь встречаться с Раваном? — Насмешка? Вызов?
Я отстранился. Пристально взглянул на нее, стараясь привести голову и чувства в порядок.
— Если придется — встречусь. Амали, — я подался вперёд, желая напомнить ей, что она принадлежит Зунару, но и она подалась вперед. Амали смотрела мне в глаза, пальчики, гуляющие по моей руке — это нельзя было расценивать как-то ещё. Она меня соблазняла. Я отпрянул.
— Я пойду, — сказал я, вставая. — Микчо может обнаружить, что я пропал.
Амали застыла, словно окаменела, уставившись в одну точку. Я даже посмотрел в ту сторону, куда она смотрела, не понимая, что происходит.
— Знаешь, — так же, остекленело глядя куда-то в угол комнаты, произнесла она. — Я испытываю к тебе странные чувства.
Как-то зловеще это прозвучало.
Она повернулась, во взгляде не было ничего: ни смущения, ни соблазна, она смотрела ровно и спокойно, и так же спокойно сказала:
— Я не хочу, чтоб ты уходил. Останься. Просто побудь здесь.
Пауза.
— Я не могу, — сказал я. Ничего не произошло, сейчас она говорила спокойно и где-то даже отстраненно, но у меня кровь прилила к вискам, сердце забилось сильнее, а дыхание участилось. Чертовы гормоны.
— Одна ночь, — она смотрела с тем же спокойствием, и только вцепившиеся пальцы в подлокотник, побелевшие костяшки на этих пальцах, говорили о том, что она нервничает не меньше моего.
Меня словно током прошибло. Я бы хотел остаться. Сейчас я не хотел ничего так сильно, как остаться с Амали. Касаться ее, ощущать нежную кожу под пальцами, чувствовать запах и тепло ее тела, стянуть с нее это платье и…
У меня голова шла кругом от одной только мысли. И я бы остался, наверняка остался, если бы она не была женщиной Зунара Хала.
— Нет, — сказал я.
Может быть, совсем и не по-мужски, но я развернулся и резко рванул к окну. Я сбежал. В моём понимании это был единственный правильный выход из сложившейся ситуации.
Утро для меня началось рано на рассвете. Потому что пора было собираться. Решили с Санджеем остаться в Акшаядезе на всю неделю до экзаменов. И скорее всего в Сорахашер нам не вернуться уже до самых каникул.
Сегодня не было привычных тренировок, не было наставлений и философских поучений. Даже как-то непривычно я ощущал себя без Сэдэо и его утренних нотаций. Я сделал зарядку, не выходя из комнаты, позавтракал и начал собираться. И собирался я основательно, особо не понимая, что именно мне понадобится в академии, поэтому в чемоданы летело все, что попадалось под руку. Но ситуацию спасла подоспевшая Сати.
— Свамен, Азиз, — неуверенно произнесла она, глядя на то, как я пакую в чемодан оружие. — В Сафф-Сурадж ученикам запрещают носить оружие.