Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
— Не совсем, — ответила она. — Я не использую дар круглосуточно, это невозможно. Меня легко убить во сне, если ты об этом. А в повседневной жизни? Могу по неосторожности порезаться, оступиться и разбить коленку. Я, так же как и все чувствую боль, когда в меня стреляют. Да, пуля меня не берёт, но боль от удара никуда не деть. А еще дар требует сил. Без подпитки от источника он слабеет. Поэтому я всю жизнь и прожила вблизи источника Игал.
Мы неспешно шли по широкой людной улице. Вдалеке виднелись аттракционы, над которыми возвышалось колесо обозрения. А за торговыми
— Ну и, Ник, куда бы вы хотели отправиться? — улыбнулась задорно Айриса.
Я приобнял ее за талию. Она была чертовски хороша, продолжала улыбаться и нисколько не сопротивлялась моим объятиям.
— Не вы, ты, надо говорить, Кира…
— Меня зовут Кара, — напомнила она.
— Ну, да, Кара, — засмеялся я. — Нам нужно туда, где много пьют и много разговаривают.
— Будем подслушивать?
— Да!
— Ну, тогда нам в бар!
Бар выбирала Айриса. Но нам нужен был не любой. Дорогие модные бары сразу отпадали, там мы могли наткнуться на аристократов или переданных, но и слишком дешевые не подходили, где мы могли нарваться на отморозков.
Наконец прошагав через длинные ряды вывесок поражающих своим разнообразием, мы остановились.
— Вот! "Огненная линия". Горожане любят это место. Здесь самая большая барная стойка в столице, она занимает все пространство, поэтому все посетители сидят вместе и болтают. Идем?
Айриса решительно открыла дверь и вошла, а я последовал за ней. Мы оказались в узком светящемся розовым неоном коридоре, который больше подходил для ночного клуба, чем для бара. Хотя, сверху приглушенно ухали басы, вряд ли в баре так громко слушают музыку. Пройдя коридор, мы оказались у лестницы.
— Бар в подвале, — сказала Айриса, — а наверху можно потанцевать.
Я кивнул и направился вниз, потянул на себя дверь и мне тут же в лицо пахнул прохладный кондиционируемый воздух с легким запахом спиртного и чего-то вкусного и копченого.
Первое, что бросалось в глаза, это, конечно же, барная стойка. Громадный прямоугольник с закругленными краями, сияющий голубым неоном. Пять барменов носились в этом прямоугольнике от одного посетителя к другому: звеня стаканами, шипя открывающимися бутылками.
Здесь было людно, звучала веселая негромкая музыка, но ее заглушали голоса посетителей.
Мы шли с Айрисой вдоль стойки, выискивая место. На самом деле мест было предостаточно, но я искал такое, где бы нашими соседями оказалась компания повеселее и пословоохотливее. Такая нашлась в другом конце зала. Уже подпившие четыре парня и две девушки, мое внимание они привлекли своими жаркими спорами о предстоящей войне. Я кивнул Айрисе, предлагая присесть.
— Да в заднице у ракшаса я видел эту войну! — в сердцах воскликнул весь покрасневший от возмущения белобрысый парень и стукнул кулаком по стойке. Я сел как раз возле него.
К нам тут же подоспел толстощекий бармен с острой бородкой и бегающими внимательными глазами.
— Что будете заказывать? — спросил он, закинув белое полотенце на плечо.
Айриса взглянула на меня, поджала губы и, не дав мне ответить, сказала:
— Сделайте
Ашру-гер я перевел как "Слезы врага", видимо коктейль какой-то. Бармен, явно сомневался, что стоит исполнять безалкогольный заказ девушки, поэтому вопросительно смотрел на меня, мол, уверен ли я, что хочу именно то, что она заказала. Я кивнул в подтверждение. Напиваться я не собирался, к тому же понимал Айрису. Мне, точнее Азизу шестнадцать, она и так подставлялась, согласившись на мою авантюру, поэтому алкоголь и впрямь здесь был бы лишним. Но в другом бы случае, если бы я заявился сюда как Азиз Игал, она бы и слова против не посмела сказать, если бы я решил пить.
Тем временем спор в соседской компании разгорался все сильнее.
— Ты не понимаешь, Див! — зычно воскликнул его друг, лица которого я не видел. — Сорахашер должен поставить Нага на место. Если мы выиграем эту войну, у нас будут новые территории, возможно даже новый источник.
— А нам простым тамас какой толк от этих источников? Это ракта они нужны, вот пусть бы сами и воевали: аристократы, знать и ракта. Но ведь нет! Когда Нага перебьют всех наших бойцов, клан будет вынужден тянуть на эту войну всех. И нас тоже! А мне это зачем? Я умирать не хочу, я вообще думаю на время переехать в Империю.
— Трус! — захохотав, выкрикнула одна из девушек.
Мой сосед так покраснел, что стал похож на помидор, но при этом не ответил ей, а опустил глаза и уставился в стакан.
— А знаете, а я считаю, Див прав, — поддержал его другой парень, подавшись вперед. — Аристократы решают свои проблемы, у них там своя вражда с Нага, а страдать должны мы. Взять вот, к примеру, бойню в Форхаде. Капи приехал убить не горожан, ему нужны были только Зунар и малой Игал. И что получилось? И малой, и Зунар живы, а сколько людей погибло ни за что?!
Я немного наклонился, вытянув шею, чтоб посмотреть на говорившего, Айриса ухватила меня за руку.
— Я слышала, — тихо сказала одна из девушек, — что и война у нас будет из-за мальчишки Игал. Что Нага до сих пор хотят уничтожить этот род.
— Не проще ли отдать им ко всем ракшасам этого пацана?! — воскликнул еще кто-то.
Айриса напряженно глядела на меня, крепко сжимая руку:
— Они идиоты, — шепнула она, — не обращай внимания.
Тем временем бармен поставил перед нами два высоких бокала с красным напитком. Кроваво-красным, видимо именно так, по мнению местных, должны выглядеть вражьи слезы.
Я кивнул Айрисе, показав, что все в порядке. На самом деле слова этих ребят меня ни сколько не задевали. Ясно же, что это всего лишь пустая болтовня, возможно неприятная, но все же я понимал, что такое болтают и в моем мире о власти. И их слова скорее настораживали, навевали на определенные мысли, но не задевали.
— Вообще-то, — вклинился в разговор бармен, облокотившись о барную стойку, — Азиз Игал вместе с Амаром Самратом убил пожирателя. А не будь его, клан бы остался без основного источника. И тогда Сорахашер бы плохо пришлось, — развел он руками и снова принялся за работу, готовя очередной коктейль.