Потусторонним вход воспрещен!
Шрифт:
– Да ну? – поразился первый парень, с синяком. – Не врешь, Васята?
– Вот те крест! – побожился водитель. – Даже пива нельзя!
Надежда сообразила, что сейчас автобус уедет, а потом можно сумки недосчитаться. Водитель – тот еще прохиндей, глазки так и бегают, скажет, что потерял. А что? Вещи все ценные, платье немереных денег стоит, хоть и из позапрошлогодней коллекции, подарки мужу вообще запакованные, а еще особый сувенир коту Бейсику – две запаянные в полиэтилен игрушечные мыши, одна белая, а вторая серая. Племянник Димка, который помогал выбирать подарки,
Этого подарка тоже жалко, к тому же кот обидится на нее навеки.
Надежда попыталась сдвинуть комод с места. Виктор глядел на нее нелюбезно, но потом усовестился и подключился к трудовому процессу. Вдвоем они легко сдвинули предмет мебели к окну. Надежда с помощью приятеля взгромоздилась на самый верх и успела заметить, как выезжает со двора синий микроавтобус с надписью на боку «Доставка цветов» за номером У 7840, ГУ».
– Постой-ка! – Надежда уселась на комоде, расстегнула две пуговки на кофточке и вытащила на свет божий кошелек на веревочке, именуемый в народе «ксивник». Там у нее лежали паспорт, использованный билет из Москвы в Петербург и немного денег.
– У тебя не отобрали? – удивился Виктор.
– Не доперли, – усмехнулась Надежда, – эх, если бы я еще сюда и ключи от квартиры положила!
Она записала номер машины карандашом для бровей, который случайно завалялся в кармане.
– Опаньки! – воскликнул Виктор, уставившись себе под ноги.
На том месте, где только что стоял комод, в полу оказался квадратный люк.
– Вот видишь, – оживилась Надежда. – А ты не хотел мне помогать! Главное, не опускать руки…
– Ага, только не надо рассказывать мне притчу про двух лягушек в кувшине со сметаной! И вообще, неизвестно, куда ведет этот люк и ведет ли он куда-нибудь…
– А вот это мы сейчас и выясним! – И Надежда ухватилась за кольцо.
– Ну, Надя, ты только не надрывайся! – Виктор оттеснил ее и сам потянул кольцо вверх.
Люк не открывали, должно быть, много лет, он разбух и не поддавался. Виктор побагровел от напряжения, на лбу у него выступили капли пота.
– Какой ты сильный! – проговорила Надежда. – Ты его непременно откроешь!
Виктор крякнул, охнул, поднатужился… и едва устоял на ногах, когда люк со скрипом распахнулся.
Из открывшегося проема потянуло холодом и сыростью.
– Ну, вот видишь… я в тебе нисколько не сомневалась! – Надежда покосилась на дверь. – Теперь быстро удираем, пока эти не спохватились… и знаешь что, давай-ка забаррикадируем дверь, это даст нам дополнительное время!
Вдвоем они передвинули комод к входной двери, и Надежда устремилась к открытому люку.
– Пусти меня вперед! – Виктор отодвинул ее в сторону. – Мало ли что там…
Он спустился по скрипучей лестнице, и снизу донесся приглушенный голос:
– Ну, погреб как погреб… что мы тут будем делать…
Надежда торопливо спустилась следом за ним.
Это действительно был погреб – темный, сырой и холодный. По углам прятались густые тени.
– Ну вот, я поддался на твои уговоры, и что
– Ага, и в тепле мы должны были покорно ждать, когда с нами расправятся? Чем ворчать и ныть, лучше осмотрись – нет ли здесь другого выхода…
Виктор, продолжая ворчать, достал зажигалку, высек из нее язычок теплого живого огня. Тени расступились, но выхода из подвала не было видно, только в самом дальнем углу стоял прислоненный к стене мешок, из-под которого доносился подозрительный писк. Надежда попятилась: мышей она не слишком опасалась благодаря коту Бейсику, который на даче приучал ее к виду дохлых мышей, мелких птичек и ящериц, но с крысами совершенно другое дело, крыс Надежда Николаевна, как всякая женщина, боялась панически.
Виктор в несколько шагов обошел подвал, светя перед собой огоньком зажигалки.
– Нет ничего, ты же видишь…
– Постой-ка, – остановила его Надежда. – Посвети снова там, в углу…
Виктор послушно поднес огонек к мешку. Писк под ним усилился.
– Тебя что – интересует здешняя живность? Знаешь, ты уникальная женщина…
– Да нет, – Надежда шагнула к нему, боязливо поглядывая на мешок. – Ты посмотри на пламя…
Действительно, огонек зажигалки тянулся в сторону мешка, как будто хотел получше его разглядеть.
– Пожалуйста, отодвинь мешок! Оттуда тянет сквозняком!
Виктор недоуменно пожал плечами, брезгливо ухватился за грязный мешок, оттащил его в сторону. Из-под мешка во все стороны прыснули крошечные розовые крысята. Надежда охнула и схватилась за сердце. В первый момент она хотела оглушительно завизжать, но немыслимым напряжением воли сумела удержать себя: на визг непременно явились бы тюремщики.
Однако нет худа без добра: когда Виктор оттащил мешок, в стене за ним обнаружился темный лаз.
– Что и требовалось доказать! – проговорил Виктор и с уважением взглянул на Надежду.
До этого момента Надежда проявляла чудеса решительности и смекалки, но теперь, когда они нашли выход из, казалось бы, безвыходного положения – она испуганно отшатнулась от этого выхода.
– Ну что – полезли? – проговорил Виктор, оглянувшись на нее.
– Туда?! – Надежда побледнела. – Да я в такую узкую нору ни за что не пролезу!
– Ну, ты зря! Ты и не толстая совсем! – поспешил уверить ее Бегунов. – По-моему, ты легко пройдешь… Ты сколько весишь?
– Да ты что! – возмутилась Надежда. – Как ты смеешь даме такие неприличные вопросы задавать? Да эта информация засекречена почище, чем твои акции! Да я под пыткой не признаюсь! А самое главное… – Надежда испуганно понизила голос. – Самое главное… вдруг там… вдруг там крысы?!
– Не знаю, как там, а здесь крысы точно есть, так что в твоих же интересах скорее сбежать отсюда! – Виктор поднял зажигалку над головой, и Надежда увидела наглую здоровенную крысу, которая сидела прямо посреди погреба и недовольно поводила кончиком носа. Видимо, она хотела выяснить, кто разорил ее гнездо и лишил крова ее многочисленное потомство.