Потому что ты - единственный

Galit

Учебный год наконец закончился, через неделю студенты отправились по домам, но и тут не обошлось без приключений. Вскоре Северус получил сову с возмущенным письмом от Нарциссы Малфой: по дороге из Хогвартса, в поезде, Драко подбил своих верных миньонов, Винсента с Грегом, напасть на Поттера и отомстить за арест отцов, но тому, как всегда, повезло: нападение происходило рядом с купе, полным членов АД. Золотой Мальчик даже не достал палочку из кармана, а трое слизеринцев стали похожи на гигантских флобберчервей, втиснутых в школьную форму и истекающих коричневой слизью. По прибытии Хогвартс-экспресса на вокзал Кингс Кросс леди Малфой долго и напрасно высматривала своего сына среди толпы расходящихся

студентов. Лишь когда прибывшие и встречавшие их покинули платформу 9[small]3/4[/small], она нашла Драко и его приятелей в одном из купе: на багажной полке и в невообразимом виде. С помощью служителей волшебной платформы и подоспевших миссис Крэбб и Гойл она транспортировала три бесформенные туши в Малфой-мэнор, где спешно вызванный из Святого Мунго целитель с большим трудом (и за большую сумму) вернул им первоначальную внешность. Но злоключения Малфоев только начинались.

Пока Люциус, навлекший на себя гнев Лорда потерей хоркрукса и позорным провалом в Министерстве, тихо как мышка, сидел, в Азкабане, вся тяжесть его обязанностей легла на плечи Драко: его «великая миссия» при успешном исполнении должна была смыть пятно позора с семьи Малфой. И пока он метался по роскошным комнатам фамильного поместья в тщетных попытках унять боль в свежей Черной Метке (и таких же тщетных раздумьях - как исполнить приказ и убить Дамблдора?), Нарцисса явилась к Северусу домой, истерично всхлипывая и отбиваясь от сопровождающей ее Беллатрикс Лестрейндж. Та всеми силами старалась отговорить сестру от вредной и опасной, с ее точки зрения, затеи.

Северус знал, о чем пойдет разговор. Он был готов к нему с того дня, как Драко получил свое невыполнимое «ответственное задание», уже обговорил все с Альбусом и ждал этого визита. Решение, найденное директором, стояло у него поперек горла, несмотря на уверения, что «ему лично ничего не грозит» и «о его оправдании позаботятся», но старый волшебник непреклонно стоял на своем: он был тяжело болен после нейтрализации найденного хоркрукса и думал, что не переживет следующего, а Драко еще можно было спасти. И Дамблдор уговорил Северуса пообещать Нарциссе выполнить задание, с которым молодой Малфой не справится.

– Боюсь, что Драко Малфой не особенно искусен и тренирован, чтобы с первого раза взять и убить своего старого директора. Впрочем, что это я? Не «боюсь», конечно, а надеюсь на это.

– На что?
– голос Снейпа прозвучал глухо.

– На то, что окажусь в положении Почти Безголового Ника, который умер только с сорок пятой попытки, - улыбнулся Дамблдор, и тут же отбросил шутливый тон.
– Я имел в виду свои надежды на то, что юный Драко не успел натренироваться убивать. Если я буду в своем обычном состоянии, когда придет время, то смогу вытащить вас обоих (ты же не думал, что Ненарушимую Клятву нельзя обойти?). Если... нет, то это будет означать, что еще один из хоркруксов Тома уничтожен, а у тебя появится возможность упрочить свое положение рядом с ним, снизить степень риска и подозрений с его стороны. Жаль, что я так и не смогу поговорить с мистером Малфоем до самого момента Икс: Том может постоянно контролировать его либо проверять время от времени...

– Ну да, то, что у меня на хвосте будет висеть весь аврорат и Орден Феникса в придачу, очень сильно снизит мне уровень риска!
– выкрикнул Северус.

– Я им все объясню, - лучезарно улыбнулся ему директор.

...Сидя у камина в ненавистном отчем доме, мужчина вспоминал эту сцену, предаваясь мрачным размышлениям: едва отослав школьников из Хогвартса и обновив защиту замка, Дамблдор отправился и сумел обезвредить один из хоркруксов, кольцо Слизерина,

вернулся страшно израненный, полумертвый. Правая рука, которой он прикоснулся к жуткому сокровищу, омертвела и словно обуглилась; лишь искусство Северуса, заранее сварившего и державшего наготове напиток Жизнь После Смерти, позволило остановить распространение проклятия. То самое зелье, которым он хвастался перед первокурсниками, знаменитое «заткнуть пробкой смерть»... Но, не успев прийти в сознание, беспокойный старик потребовал перо и чернила, поспешив отправить письмо своему любимцу: «Ни в коем случае нельзя сейчас оставлять Гарри одного, наедине с горем и дурными мыслями».

Северус считал, что ничего с Поттером за лишнюю неделю-две (за которые они с мадам Помфри могли бы помочь директору хоть чуть-чуть поправить здоровье) не случится, но Альбус настаивал на том, чтобы отправиться «уладить кое-какие дела и перевести мальчика туда, где он будет любим и присмотрен». Спорить было бесполезно, тем более, что Черная Метка на руке запылала жгучей болью, и Снейпу пришлось прибыть к Темному Лорду, чтобы получить приказ (сварить кое-какие эликсиры) и Хвоста (в нагрузку, видимо, чтобы жизнь медом не казалась). Вместе с навязанным ассистентом он отправился в старый дом своих родителей (где и смотрел сейчас в камин невидящим взглядом), мотивировав это тем, что выполнять поручение Лорда в Хогвартсе - да еще и на каникулах - ему было бы затруднительно.

Уже на месте он вдоволь отвел душу, вспомнив, что его нежеланный гость - тоже Мародер. Баллы с бывшего гриффиндорца уже не снимешь, а вот штаны - запросто, и Северус забавлялся этой нехитрой шуткой по нескольку раз в день: когда Петтигрю имел наглость вламываться в его комнату без разрешения. Самое смешное заключалось в том, что плешивый урод всерьез заподозрил слизеринского декана в поползновениях на свой счет и многократно улепетывал, неся штаны в руках и по-крысиному визжа, что пожалуется Лорду на грязного извращенца Снейпа.

– Иди, жалуйся, - удовольствие от того, что он повторял эту фразу уже в сотый раз, меньше не становилось.
– То-то Лорд посмеется!

Так они и развлекались несколько дней до прибытия сестер Блэк. Подлая крыса попыталась подслушать их беседу, стоя за потайной дверью, но тут уж все собеседники были едины: Хвоста заставили принести угощение, а потом Снейп избавился от него простеньким заклинанием Смазки, которое вместе с повторно снятыми штанами привело Петтигрю в такой ужас, будто его уже начали насиловать. С писком и топотом он удрал вверх по лестнице, а Северус непринужденно вернулся к беседе:

 - ...Так что ты хотела, Нарцисса?

Дальше события покатились, как и предсказывал Альбус: Нарцисса рыдала и умоляла, Беллатрикс обвиняла и требовала, Хвост наверху метался, видимо, собирая вещички - старые половицы жалобно скрипели под ногами толстяка. «Благодарение Мерлину, Нарцисса догадалась не вякнуть при Белле, что я как крестный Драко просто обязан выручить его из таких неприятностей». Та была не в курсе, и давать ей лишнюю информацию не следовало. Она уже и так откровенно издевалась над сестрой:

– Ты должна гордиться! Будь у меня сыновья...
– "...я должен был бы учить этих психопатов, - с содроганием закончил за нее Снейп мысленно, вознося хвалу всем богам за то, что не дают чете Лестрейндж размножаться.
– Меж тем, сцену пора заканчивать: миссис Малфой вот-вот сорвется и наговорит лишнего».

Ненарушимая Клятва была потребована, дана и скреплена свидетелем, сестры покинули дом Снейпа, а когда он запил тончайшим эльфийским вином горечь всегдашней правоты Дамблдора, закрыл камин экраном и поднялся наверх, то обнаружил побег своего «надсмотрщика».