Потому что нас много
Шрифт:
Поэтому я выбрал для себя роль пассивного наблюдателя. Наша техника была значительно лучше, чем у «викторианских» павов, но даже при этом далеко не все шло гладко: пару раз павы заметили мои беспилотники, и теперь у них появились собственные теории заговоров и психи, которые верили в летающие тарелки.
Может, и в истории людей тоже произошло что-то подобное? Я попытался представить себе инопланетных репликантов, которые тусуются на земле и похищают людей. М-м, нет. Особенно если вспомнить те рассказы про анальное зондирование. Просто нет.
* * *
Поскольку
Мне хотелось задокументировать и понять общество павов на базовом уровне, но при этом я не хотел пойти путем Боба-1 и привязаться к кому-то из них. Правда, у меня возникло дурное предчувствие: мне вдруг пришла в голову мысль о том, что у всех нас, Бобов, есть общая слабость — нам всем нужны теплые, доверительные отношения. Так что действовать придется очень осторожно.
Я выбрал один дом в Мейркве и установил за ним наблюдение. «Бродяги» размером с комара установили в доме камеры и микрофоны. Я чувствовал себя отвратительно; мне хотелось помыться. Мне казалось, что я какой-то вуайерист. Но я напомнил себе, что создаю хронику культуры, которая через десять лет, скорее всего, перестанет существовать.
* * *
По меркам павов, семья Лосов была вполне обычной — шестеро взрослых, трое мужчин и три женщины, а также девять детей разного возраста. Павы не очень нуждались в уединении, поэтому спали в основном там, где было свободное место. Мебель переставляли приблизительно раз в день, в зависимости от настроения.
В определенное время семья в полном составе собиралась за столом — просто из-за того, что так было проще раздать пищу такому количеству едоков. Но никакой особой организации я не видел. Лучшая метафора, которая пришла мне в голову, — это день рождения для двухлетних детей, полная неразбериха.
Взрослые работали на самых разных должностях: сильного классового расслоения у павов, похоже, не было. Главная женщина в доме, Да Хазьяр Лос, заседала в городском совете Мейрквы. Она выглядела умной и — по меркам павов — очень уравновешенной. Я сделал пометку: если и когда настанет время, к ней нужно применить особый подход.
* * *
Я приготовился к тому, что буду долго наблюдать за чужой жизнью.
69
Говард. Январь 2211 г. Вулкан
Ну, понеслась. Я уже в третий раз сказал эту фразу, но так и не открыл дверь грузового отсека. Боязнь сцены, ясное дело.
Мэнни никто и никогда не примет за человека. На самом деле по сравнению с Дейтой он был большим шагом назад, но я обещал Бриджет, что приеду, и собирался сдержать слово.
Я сделал глубокий вдох — Мэнни выполнил это действие, хотя и не нуждался в кислороде. Затем я приказал двери открыться, вышел наружу и осмотрелся.
Грузовой беспилотник я посадил на парковке рядом с похоронным бюро. У входа собралась небольшая толпа. Похоже, они ждали меня. На мгновение я включил зум и узнал нескольких людей, в том числе Баттеруорта.
Я пошел в сторону собравшихся, прилагая все усилия для того, чтобы не упасть. Да, я немного тренировался, но все равно: это было мое первое появление на публике почти за двести лет. Сказать, что я нервничал — значит, ничего не сказать.
Баттеруорт кивнул мне.
— Неплохо, Говард. Наверняка этот товар вы еще улучшите.
Я кивнул в ответ. Мышцы лица я еще не контролировал настолько, чтобы улыбнуться, а голосу я сейчас не доверял.
Мы зашли в здание; там нас ждала Бриджет. Она улыбнулась, и мое сердце едва не выскочило из груди от печали. Она восемнадцать лет была со Стефаном. Она подошла ко мне:
— Я рада, что ты пришел, Говард, — сказала Бриджет. — Можно тебя обнять?
— Да, конечно. У Мэнни полный комплект датчиков. Это будут первые настоящие объятия с тех пор, как я… э-э… — Умер. Ух ты, я был близок к тому, чтобы сморозить чудовищную глупость. — …с тех пор, как я стал репликантом.
Она обняла меня, и я чувствовал каждое ее прикосновение — ее головы к моей щеке, ее груди к моей, ее руки к моей спине. Этот миг длился целую вечность и долю секунды. Бриджет сделала шаг назад и посмотрела мне в глаза, а я попытался снова включить свой мозг.
— Рад тебя видеть, — наконец выдавил из себя я.
В панике я вдруг подумал о том, похож ли сейчас Мэнни на рыбу, которая пытается дышать. Я надеялся, что нет.
— То есть репликацию в качестве варианта вы не рассматривали? — спросил я, посмотрев на гроб.
— Он же был католиком, помнишь? — Бриджет слабо улыбнулась. — Не думаю, что архиепископ это одобрил бы.
Я хотел спросить, не думает ли она сама о том, чтобы стать репликантом, но сейчас явно был не самый подходящий момент для этого.
Начались поминки. На самом деле я помнил о том, что Стефан — католик; именно поэтому я не пришел на заупокойную мессу — там я, мягко говоря, отвлекал бы всех от службы. Бриджет очень тщательно выбрала людей, приглашенных на это мероприятие, чтобы избежать неловких ситуаций, связанных с вашим покорным слугой.