Потомство для зверя

Шейд Сигги

Его ухмылка расширяется.

— И за столом на завтраке.

— Видишь? Я уже могу быть беременна.

— Тогда давай я сделаю тебе близнецов.

Он сгибает пальцы внутри, заставляя мою спину выгибаться.

— Это не... ох... так не бывает.

Не обращая внимания, он продолжает раздвигать меня, как делает, когда готовится взять меня жестко и грубо. Я быстро дышу через приоткрытые

губы, пытаясь переварить все ощущения. Когда он тянется вверх, чтобы сжать сосок, мои глаза закатываются к затылку.

— Почему так долго? — спрашиваю я, произнося слова невнятно.

— Я наслаждаюсь тем, как ты выглядишь, потому что если начну, то уже не смогу остановиться.

Одним движением пальцев Лу переводит меня за грань. Я падаю в ад расплавленного экстаза. Разрываюсь на части, разлетаюсь искрами ощущений, мое тело горит от жара этого мощного оргазма.

— Лу, — кричу я, двигая бедрами в конвульсиях.

Он удерживает меня на месте, его пальцы замедляют, но все еще разжигают бушующую огненную бурю.

Когда мое дыхание успокаивается, а пламя сходит на нет, он убирает свои пальцы.

— Готова сделать ребенка?

— Блять, — говорю я сквозь неровные вздохи. — Да.

— Хорошая девочка, — он ставит меня на четвереньки и поднимает мои бедра вверх. — А теперь давай займемся размножением.

Я настолько обессилена от оргазма, что моя голова опускается на кожаное сиденье.

Лу входит в меня с силой, отчего мое тело трется об искусственную кожу. После того как он побывал во мне во всех возможных позах, я уже привыкла к его толщине. Но каждый раз, когда он входит, у меня все равно перехватывает дыхание.

Никто и никогда не заставлял меня чувствовать себя такой полной.

— О, боже, — задыхаюсь я.

Лу хихикает.

— Если ты настаиваешь.

Он ускоряет темп, вбиваясь в меня снова и снова, пока все мое тело не становится похожим на оголенный нерв. Я цепляюсь за край сиденья, моя голова скользит с каждым жестким толчком.

Мое тело еще не оправилось от последнего оргазма, но его толстая головка снова и снова трется об это место, а потом и в шейку матки. Я сжимаю кулаки, и это движение повторяет то, как мои мышцы сжимаются вокруг его ствола.

Удовольствие нарастает всплесками. Оно удушающее, бесконечное и подавляющее. Я не могу дышать. Я на грани взрыва. Мои внутренности дрожат и трепещут, словно что-то внутри меня хочет вырваться наружу.

— Лу, — шепчу я, и слова получаются прерывистыми.

Не знаю, хочу ли я сказать ему, чтобы он прекратил или продолжал. Черт, не знаю, хочу ли я поддаться этому наслаждению или бороться с ним — я слишком

потеряна в этом моменте, чтобы решить.

Его ответный стон — это все, что мне нужно, и он немного замедляется. Я хочу еще. Я хочу обратно. Даже не задумываясь об этом, насаживаюсь на него и страдаю от интенсивности.

Крики заполняют лимузин. Грубые, гортанные звуки вырываются из моего горла. Где-то на задворках сознания я понимаю, почему его называют зверем. Потому что он трахает меня как животное.

Не успеваю опомниться, как долгая, медленная дрожь поднимается глубоко из моего живота и проникает в самое сердце. Я так сильно кончаю, мои стенки крепко сжимаются, что Лу не может пошевелиться.

Он лежит, прижавшись к моей спине, и ласкает рукой мои ягодицы. Другой рукой ласкает одну из моих грудей.

— Какая ты хорошая девочка, так крепко сжимаешь мой член, — говорит он с низким хрипом. — Сейчас кончу.

С глубоким стоном, заглушающим мои крики, он бьется в конвульсиях, наполняя меня струей горячей жидкости. Его дыхание согревает мое лицо, пока он опустошает себя. Я наслаждаюсь нашей близостью, не желая, чтобы этот момент заканчивался.

— Я люблю тебя, Хелен, — шепчет он мне на ухо.

— Я люблю тебя, Лу.

Мы замираем в таком положении на несколько ударов сердца, пока лимузин едет дальше по дороге. То, что Лу сказал мне ранее, всплывает в памяти, и я хихикаю.

— Что смешного? — спрашивает он.

— Ты скажешь нашим сыновьям, что они были зачаты на заднем сиденье лимузина?

— Это лучше, чем спринцовка, — отвечает он легким тоном.

Через несколько ударов сердца его вес исчезает с моей спины. Я пытаюсь подняться, но он кладет большую руку мне на лопатки.

— Лежи, — говорит он. — Не проливай ни капли.

Мои мышцы сжимаются, и тут я понимаю, что у него член ни на дюйм не ослаб. Застонав, я еще раз сжимаю его, отчего его дыхание учащается.

— Почему ты все еще твердый? — спрашиваю я.

— Я буду наполнять тебя до тех пор, пока у тебя не останется другого выбора, кроме как забеременеть, — рычит он. — И ты примешь это.

Еще один стон срывается с моих губ, и я снова опускаюсь. Может быть, Лу бросит вызов природе и будет трахать меня так сильно, что у меня правда родятся близнецы.

Все возможно.

В прошлом месяце я думала, что закончу жизнь под лезвием серийного убийцы. А теперь мужчина, которого я люблю, разбивает меня вдребезги. Жизнь не может быть лучше.

Глава 43

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ