Потомство для зверя
Шрифт:
Мы врываемся в дверь, где у стойки администратора собралась троица женщин, включая Брианну. Она бросается к нам с расширенными глазами.
— Лу, что случилось? — спрашивает она.
— Где доктор? — Конмак рычит.
Более высокая из женщин выпрямляется.
— Я здесь, господин Конмак. Пожалуйста, проходите в кабинет.
Она вводит нас в комнату справа. Брианна ковыляет за нами, ее дыхание почти такое же тяжелое, как у Конмака.
Помогая Конмаку сесть в кресло, я сажусь рядом и беру его за руку. Доктор надевает перчатки и берет марлю.
— Расскажите мне, что случилось.
— Это был нож, — пролепетала я. —Танатос ударил его по лицу.
Черты лица доктора напрягаются. Даже если она не связана с преступным миром, все должны были слышать об убийце, которого недавно признали невиновным в преступлении, которое он явно совершил.
После того как я закончила свой рассказ, доктор отводит руку Конмака от поврежденной стороны лица и осматривает рану. Крови так много, что мне приходится опустить взгляд на наши соединенные руки.
Брианна приносит бумажные полотенца для другой руки Конмака и шепчет слова поддержки. Я не могу расслышать ее слов, потому что в ушах не перестает звенеть.
Это все моя вина. Я бы не столкнулась с Танатосом, если бы не попыталась сбежать, и Конмаку не пришлось бы приходить мне на помощь и травмировать свой единственный сохранившийся глаз.
Поправка: Танатос — бешеная собака, которую нужно избавить от страданий. Так же, как и моего мужа. Никто из нас не оказался бы в этой перепалке, если бы Сайлас не решил вонзить мне нож в спину. Я склонила голову, внутри меня все клокотало от чувства вины.
Что будет, если Конмак потеряет зрение?
— Вам понадобится офтальмохирург, — говорит доктор.
— Никаких больниц, — рычит Конмак.
Взгляд доктора переходит на Брианну, которая со вздохом занимает место по другую сторону от Конмака.
— Лу, мы больше ничем не можем помочь тебе здесь. Если ты позволишь нам отвести тебя к специалисту...
— Нет, — прорычал он. — Эти ублюдки уже расставили людей по всем местным больницам. И не факт, что врачей не подговорили.
У меня сжалось горло. Я не специалист по мафии, но то, что он говорит, похоже на правду. Мой офис находится рядом со стоянкой скотобойни, и некоторые из подслушанных мною историй могли бы подкинуть целую стопку дел для полиции.
От мафии никто не застрахован, кроме людей из враждующих семей. Я представляю, как Танатос заставляет кого-то заменить анестезию быстродействующим ядом.
Конмак продолжает отказываться от любого лечения, пока я не спрашиваю:
— Может, вызвать специалиста на дом?
Брианна и врач обмениваются взглядами, но отвечает Брианна.
— Попробую что-нибудь придумать.
Когда
Конмак молчит, пока врач зашивает порез на его брови и накладывает повязку. Я не могу заставить себя смотреть на это и поэтому сосредоточиваюсь на Брианне, которая отходит назад и берет телефон.
Ей не больше двадцати шести или двадцати семи. Мне двадцать четыре, а она выглядит ненамного старше. Конмаку, наверное, где-то за тридцать, но у него нет и следа седых волос. Трудно сказать, поскольку он все время хмурится, а большую часть его лица скрывают повязка и борода.
Перевожу взгляд на врача, которая сейчас собирает свои принадлежности.
— В каком состоянии его глаз?
Врач вздыхает.
— Трудно сказать без соответствующего оборудования. Но, судя по тому, что я вижу, повреждения серьезные.
Дыхание Конмака становится глубже, но его лицо остается стоической маской. Мое сердце замирает. Это просто ужасно.
— Может ли он вернуть зрение? — спрашиваю я.
Врач вздыхает и качает головой.
— Пока рано говорить об этом. Возможно, если бы мистер Конмак посетил больницу...
— Нет, — рычит он.
Я не могу его винить. Из всего, что мне удалось выяснить, следует, что у Танатоса и Конмака неприятная история. Я надеюсь только на то, что Брианне удастся убедить специалиста нанести визит на дом.
— Могу ли я чем-нибудь помочь? — спрашиваю я врача.
Она улыбается.
— Я выпишу несколько обезболивающих...
— Нет, — рычит Конмак.
— И антибиотики, — продолжает она, как будто он не говорил. — В течение следующих нескольких дней избегайте душа, горячей воды и намокания раны.
Он фыркает.
Я поджимаю губы.
— Я прослежу, чтобы он принимал антибиотики, и помогу ему с купанием.
Конмак напрягается, но молчит.
Брианна заканчивает разговор с улыбкой.
— Я нашла человека, который может приехать на дом, но это будет не раньше завтрашнего дня. Не слишком долго?
Он ворчит.
Я облокотилась на его руку и вздохнула. Следующие несколько дней будут интересными.
Глава 13
Конмак отказывается от помощи Брианны и доктора, отвезти его домой, и возвращается к машине с повязками на обоих глазах.