Потомственная Баба-Яга

Чиркова Вера Андреевна

– Как же тебя называть?
– Даже не надеясь на ответ, риторически спросила я, с удовольствием разглядывая сонную мордочку.

Зря я решила, что он похож на обезьянку. При ближайшем рассмотрении оказалось, что сходство чисто ассоциативное. Он похож на мохнатого человечка, с маленькими заостренными ушками и личиком чебурашки.

Фейри открыл круглые желтые глаза, испытующе оглядел меня, и сказал:

– Шомо.

Потом повернулся на бок и сладко засопел.

Я захлопнула приоткрывшийся от потрясения рот и выдохнула. Ну, ничего себе! Оказывается,

он и говорить умеет. Стоп. Ну, конечно же, я должна была сообразить это раньше! Ведь он явно понимал мои слова, значит, нет ничего удивительного в том, что зверек умеет говорить.

И опять стоп! Если существо может говорить и понимать смысл сказанного, значит, зверьком его называть неправильно.

Нет, есть, конечно, и немало таких, что умеют говорить, ходить на двух ногах, водить машину и даже иногда вроде понимают смысл обращенных к ним слов, а называть их иначе как зверьми нельзя. Только сейчас у меня как раз противоположная ситуация.

Значит, буду считать Шомо маленьким человечком. Постановила я, выкладывая себе из подушек мягкое гнездышко. Легла, устроилась поудобнее, прикрыла ноги полотенцем... и отчетливо поняла, что сна нет ни в одном глазу.

Ну, вот только бессонницы мне и не хватало, промучившись некоторое время в безрезультатных попытках уснуть, расстроилась я. А говорили, что теперь долго буду молодой и красивой! Как бы не так! Бессонница - это первый признак старости!

– Ты уже отдохнула, сестра?
– Мягкий мелодичный голос заставил меня разлепить насильно сомкнутые ресницы.

– И на минуту еще не уснула, - недовольно бурчу, поднимаясь с подушки.

Ясно ведь, что в покое не оставит, раз пришла.

– Озеро бодрости забирает всю усталость и лечит все болезни.
– Ласково сообщила она.
– После купания в нем сон не нужен.

А предупредить... заранее, она не могла? Кстати, оглянулась я на фейри, а как же он?

– А это существо чуждо дивному лесу, вот на него и не до конца подействовала магия озера.
– Заметив мой взгляд, охотно пояснила зеленоволосая.
– но и оно станет здоровее после купания. У нас есть только одно правило, нельзя купаться здесь чаще чем раз в три дня. И еще, после купания в этой воде в волосах появляется немного зелени.

– Значит, вы и гномов сюда пускаете!
– Сообразила я.

– Нет.
– Звонкий смех разнесся над озером.
– Гномам сюда дороги нет. Но при рождении мы даем каждому малышу кувшин воды. Чтобы матери протирали ей слабых и приболевших деток. Вот и начинают у них волосы зеленеть к совершеннолетию. Зато потом все живут долго и никогда не болеют.

– Тогда я не пойму, кто здесь для кого. Лес для гномов или гномы для леса?

– А простое слово содружество тебе ничего не говорит? У нас именно содружество, как мы пропадем без гномов, так и им будет трудно прожить без леса. Но я не затем пришла. Летняя ночь недолга, а мне тебя многому научить нужно. Лысая гора находится в проклятых землях, а там водится столько всякой гадости, что выжить без наших знаний будет очень непросто.

– Стой, - поймала я мелькнувшую мысль, - ты же говорила, что не знаешь,

где Лысая гора?

– Когда мы решили, что ты достойна стать одной из нас, то разведали про гору всё, что смогли. Вот и знаю я теперь и направление и слухи, только никого, кто бы сам там побывал, найти не удалось. Так что не сможем мы тебе дать надежного проводника. Но просим... не отказывай тем, кто сам захочет идти с тобой. Всего объяснить пока не могу... просто так будет надежнее.

Я посмотрела на нее подозрительно... и не стала задавать бесполезных вопросов. И без них ясно, что партизаны - это изобретение не только нашего мира.

А ночь действительно показалась короткой, так много новых интересных заклинаний я узнала. Впрочем, и заклинаньями это умение назвать нельзя, скорее волшебством. Теперь я умела все то, что продемонстрировал в том бою маг и еще многое другое, доступное только хозяйкам.

День шестой, почти мирный.

Едва рассвело, вышла я с волшебной поляны уже известной тропкой и остановилась возле знакомого домика. Все было так же, как пару дней назад. Тепло светились окна, вкусно пахло завтраком. Вот только я была уже другой и неизвестно, во что это грозило вылиться в будущем.

Я поправила ручку спящего на плече Шомо и, вздохнув, шагнула на послушно подъехавшее ко мне крыльцо. Поживем, увидим.

– Вия!
– Вот что осталось неизменным, так это ритуальный вопль Талма.

– Я. А завтрак вы уже весь съели?
– интересуюсь, поглаживая встрепенувшегося малыша.

Спору нет, вчерашний ужин был очень обильным и вкусным. Вот только ни мяса, ни рыбы там не было. А здесь из кухни пахнет именно поджаренным окороком.

– Атаний, - счастливо сияя зеленью глазок, снова завопил Талм, - Вия спрашивает, завтрак еще не весь съели?

– Нет, не весь.
– довольный гном выступает из-за угла слишком быстро, словно он стоял там в ожидании... чего?

– Как раз свежий чай вскипел.
– Маг бросил на меня быстрый изучающий взгляд и успокоенно улыбнувшись, отвернулся к плите.

Ох, гномы! Видные вы парни... и не глупые, вот только шпионская деятельность вам всё-таки противопоказана. Даже дурак бы понял, что все вы из-за чего-то сильно переживаете. И мне теперь кажется, что я догадываюсь, из-за чего. Ну, а если мне понадобится... вытрясу из вас всю правду... только не думаю, что это случится слишком скоро.

Я не вникала в подробности сборов, а когда Атаний объявил, что все готово, первой вышла из дома и, подойдя к дереву, открыла тоннель.

Пропустила в него Дарвиля с хмурым герцогом, которого он вел на цепочке, как собачку, потом упорно отводящую взгляд Нилину, и вопросительно приподняла брови, когда к дереву шагнул Талм.

– Вия, - незамедлительно раздался из тоннеля бархатный голос вампира, - Я пригласил Талма с братом погостить в замке... если ты не против...

Партизаны. Все заранее продумали. Только не учли, что я уже получила инструкции насчет добровольцев. И наличие сопровождающих меня теперь не волнует, меня волнует состав и численность.