Потомки Карнаиров
Шрифт:
– Да, моя госпожа, его имя Артмир Нар, – произнесла спокойным тоном целительница.
– Для меня это что-то новое, у трофея или раба есть имя? – серьезно спросила хозяйка, наблюдая и одновременно похаживая вокруг пришедших людей.
– Так он себя называет, моя госпожа, – ответила со смирением в голосе Лиарна.
– Это что, гордец? Имя у него есть? А ты не сказала, чтобы иметь здесь имя, его еще надо заслужить? Или может он живет по правилам или законам Империи Ра-Шат здесь, в моем клане? Ты объяснила этому оборванцу, где он оказался? – спокойным голосом спросила госпожа прислугу, не обращая внимания на меня, словно я здесь – обычная вещь.
– Ваше Высочество, я все ему рассказала, и то, что он находится
– А что думает этот оборванец, я хочу услышать слова этого простолюдина? – громко произнесла хозяйка тронного зала.
Целительница, не поднимая головы, обернулась ко мне и тихо прошептала.
– Сейчас можешь говорить.
– Ваша Светлость, да, я оборванец, мои одежды в запекшейся крови, но по причине тех, кто меня оплел нитями, которые изрезали все тело. Поэтому себя трофеем или рабом не признаю. Я не участвовал в битве, а пытался скрыться от наемников, преследовавших меня, чтобы защитится от благородного из гильдии оружейников. У меня есть свиток-договор, который подтверждает мою свободу, пусть даже и оборванца, но зато свободного человека. С одной стороны – свободный человек, оплативший обучение наперед в гильдии оружейников, с другой стороны печати гильдии Сампросов, – и достал из сумки свиток.
– Какие надменные речи голодранца. Покажи свиток, – произнесла спокойно хозяйка клана.
Стражник, не поднимая головы, взял свиток, вымазанный запекшейся кровью, и подал госпоже. Женщина спокойно развернула и просмотрела, а после отшвырнула в сторону.
– Семейство оборванцев из одного поселения на окраине города Дар-Ош. Из такой ты семьи? Раб и старое имя твоё Артмир Нар? Но этот свиток здесь не имеет никакого значения. Немного забавно: оборванец, который является нищим, но не признает себя рабом, освоил навыки оружейника в гильдии Сампросов. С другой стороны мне пришли весточки, неправда ли Лиарна? Не так давно произошел набег на восточную окраину города, где почти вырезала всех простолюдинов одна из небольших групп бандитов пустыни. Что-то охрана города как-то медленно сработала, защищая Дар-Ош, убито много людей. И по сегодняшний день сжигают их тела, предавая их прах ветру? – спокойно ответила и одновременно спросила глава клана.
– Да, моя госпожа, наши шпионы дали эту информацию четыре дня назад, мне это известно, – спокойным тоном произнесла целительница.
– Что скажешь, оборванец? – остановилась хозяйка клана, всматриваясь сверху на стоящего на коленях раба.
Наступила тишина. У меня нет выбора сказать то, что я решил и обдумывал так долго. Мое сердце колотилось в груди, ожидая самого наихудшего.
– Чего молчишь, раб? – громко и с угрозой произнесла женщина в серебряном платье, эхо прокатилось по залу.
– Ваша Светлость, благодарю вас за вести о городе и об участи моей семьи, поэтому у меня нет выбора. Мне лучше принять смерть, чем оставаться рабом у кого-то. С этим я не смирюсь никогда. Сейчас у меня нет причин бояться за свою семью. Потому что до вас от этого страха меня уже избавили. Мне жаль, что отомстить мне не удастся. Но это мое решение и пусть даже последний выбор. Мне до сих пор не понятно, зачем сохранять жизнь; могли бы оставить меня висеть под кроной деревьев, истекающим кровью; зачем тратить на какого-то раба или трофея несколько дней для лечения? Или здесь есть другие причины, которые связаны с моими навыками и освоенным мастерством? Пусть это мои последние слова, но я не потерплю лжи и обмана, пустых игр. Я человек прямолинейный и свободный, – проговорил тогда спокойным тоном, понимая какие последствия могут возникнуть. Тишина наступила в зале.
– Раз так, то иного выбора, как только лишить тебя жизни, у меня нет. Мне не нужен строптивый раб. Лиарна, дай ему зелье, – ответила спокойно хозяйка клана. Стражи и целительница поднялись с колена.
– Сам выпьешь или мы тебе поможем? – спросил один из стражей с ухмылкой на лице.
– Выпью, – ответил я тогда и поднялся с колен. Целительница протянула флягу, которую, не задумываясь, осушил до дна. Голова закружилась, мне стало тяжело дышать – воздух перестал поступать, настало удушье. Перед глазами сгустилась тьма и возник тихий звон в ушах, а после наступила долгожданная тишина. Всплывающие картины прошлого стремительно проносились передо мной: отец, мама, сестры, мой дом, время учебы, мои первые поделки и минуты радости. Я словно летел сквозь тьму к свету. Неожиданное видение странного существа озадачило меня. Оно состояло из света – яркое и теплое сияние исходило от его тела, обволакивая меня и согревая душу. Назвался он Вещим и рассказал многое: и о том, что я нашел, и о том, как это можно использовать, и о том, что нынешние культы – это лишь испытание для многих простых людей. Вымыслы и пороки отягощают многих, будь-то человек или знатный, – это одна и та же суть, но разница в возможностях души, заключенной в теле. Истинно только знание и способность его использовать. Это и есть причина жизни многих существ, но не всех. Но и важен итог в том, что могут со знанием совершать люди, что определяет и их путь по всей жизни и далеко за ее пределами… Мы вели продолжительный диалог о многом. Остальное предназначалось мне, благородный Харим Ре-Шат, поэтому я не стану продолжать…
Спустя какое-то время я пришел в себя, открыв глаза, долго ничего не мог увидеть, пока зрачки не приспособились к темноте. На мне сидела старая изодранная одежда, попробовал подняться и ощупать рядом находившиеся предметы. Постель похожа на ту, на которой я лежал ранее. Рядом стояли два вмурованных в пол жезла. Мышцы ныли, кости скрипели, постепенно окоченевшие части начали отходить. Я приподнялся и дотянулся до верха жезла, а после нащупал камень, который, при нажатие пальцем, вошел во внутрь сферы. Несколько мгновений и слабые искры промелькнули внутри кристалла, еще немного – и свет стал ярче, а перед глазами возникла незнакомая комната.
Постель у самой стенки, рядом находился небольшой шкаф, меньше меня ростом, каменный пол и блоки переливались матовым цветом. Я провел рукой. Какая работа: словно отполирован и цвет его серо-бурый, не такой, как раньше, в той комнате. Эта комната больше: на противоположной стороне огромные сундуки и еще один шкаф с эмблемами. Подобных знаков ранее я никогда не видел. Прощупав все блоки рукой около постели, ничего не усмотрел интересного для себя. Тяжелая металлическая дверь закрыта снаружи. Моих сил не хватало даже стронуть ее с места. Немного повредил плечо после глупой попытки. Один вход и выход – ответ очевиден. Их интерес к тому, что я наблюдал, оказался выше моей жизни, поэтому и жив. Но зачем меня так испытывать, проверять? Зачем и для чего? Посмотрим, что будет дальше.…
Спустя приблизительно час я услышал шум у самой двери, как и звук открывающегося затвора снаружи. Я быстро погасил свет и улегся на постель. Через минуту дверь отъехала тихо в сторону. Мои глаза закрыты, лежу на постели в том же положении как и раньше. Тихий шум, издаваемый мягкой обувью, запах благоухающих масел разнесся по комнате. Тонкие нежные теплые пальцы взяли меня за кисть, а после женская рука потянулась к шее и что-то начала нащупывать.
– Вставай, хватит притворяться, ты не спишь, – приказал холодный знакомый женский голос. Я открыл глаза и схватил за нежную кисть женщину в балахоне, мгновенно почувствовал холодный клинок у своей шеи.