Потом
Шрифт:
Был ли это знак особого доверия со стороны дворецкого Золотинка не поняла.
— Вы покажите мне все, что я попрошу? — спросила она, пытливо всматриваясь.
— Все, — подтвердил Дракула, не дрогнув лицом.
— Так распорядился конюший?
— Да.
— Вы знаете, кого я ищу?
— Знаю.
— Как вы думаете, Дракула, смогу я найти Поплеву в этом замке?
— Нет, — отвечал он без колебаний, — ни в коем случае.
— Но я упорная, я очень вредная. Если понадобится, я буду искать годами.
Они стояли на крутой каменной лестнице, Золотинка выше, а дворецкий
— Должно быть, хозяин имел это в виду.
— Дракула, вы плохой слуга, — сказала она.
Дракула вздохнул. Потом, подумав, он вздохнул во второй раз и после третьего вздоха показал рукой вверх:
— Прошу вас, царевна-принцесса, поднимайтесь.
Они взошли на стену, укрытую на всем протяжении навесом под черепичной крышей. Через проем между зубцами Золотинка увидела нижний двор, нижние стены и растревоженную стаю воронья в небе. Черные птицы кружились взбаламученным вихрем.
— У меня умерла жена, — сообщил дворецкий, присматриваясь к воронью. Золотинка испуганно оглянулась. — Две недели назад, — добавил он.
— Она звала вас Дракулой? — тихо спросила Золотинка.
Дракула промолчал.
— Видите стервятников, — сказал он. — Не всех, значит, убрали — разве усмотришь? Когда мне с трупами возиться — столько народу кормить надо. Всех, кажется, закопали, а поди ж ты… Разве эти спохватятся. — Он показал в низину за деревней, где вдоль русла пересохших потоков белел палаточный город курников. Множество работных людей копали там ров и сооружали грубую каменную стену для защиты от вылазок из крепости.
— С чего вы советуете мне начать? — вернулась к своему Золотинка.
Дракула вздохнул:
— Ваш родственник жив? Или вы полагаете мертв? Где вы хотите его искать, среди живых или среди мертвых?
Вопрос был такого рода, однако, что дворецкий не стал дожидаться ответа.
— Тогда начните с мертвых. Есть тут у нас одно нехорошее местечко.
Золотинка молча кивнула. Она не стала спрашивать, кто посоветовал Дракуле, чтобы он посоветовал Жулиете это нехорошее местечко, потому что заранее решила не зарываться и не начинать поисков слишком прытко.
Снова они прошли двор и где-то между двумя высокими зданиями на западной стороне, отомкнув окованную железом дверь, спустились в темный подвал, где сразу же понадобился факел.
Рваный метущийся огонь разогнал крыс. Вдоль прохода валялись ломаные, засыпанные трухой корзины, бочарная клепка и доски. Освещая путь по протоптанной среди окаменевшего хлама тропинке, Дракула вел за собой Золотинку, а последним, боязливо озираясь, тащился малый с ключами. Боковые проходы возвращали эхо, на неизвестно куда ведущих дверях висели запыленные, давно никем не тревожимые замки. Отомкнув один из них, Дракула начал спускаться по стертым каменным ступенькам.
Подвалы кончились, теперь дворецкий вступил в прорубленный в скале ход, настолько низкий, что одна только Золотинка могла идти, не сгибаясь. Малый с ключами жался все ближе, слышалось его стесненное дыхание. Золотинка ничего не спрашивала, никто не произносил ни слова, и от этого напрягался слух. Тишина
И кажется, это не был еще конец пробитых в горе проходов, когда Дракула свернул налево и за поворотом обозначились в темноте просветы, потянуло свежестью. Ход упирался в проржавленную дверь с засовами. Дракула нашел ключ, заскрипели петли, и открылся сверкающий в пустоту проем.
С подлинным потрясением Золотинка обнаружила себя на краю пропасти. На расстоянии сотни саженей перед ней сверкали залитые солнцем белые скалы, крутой обрыв, в неровностях которого цеплялась раскиданная охапками растительность. Между дальней кручей и порогом двери не было ничего, кроме пронизанной светом пустоты, которая и сама излучала синеватое сияние. А рядом, за притолокой, так что можно было дотянуться, свисали глянцевитые листья корявого кустарника.
Золотинка ступила шаг, ближе к порогу, и тогда поняла, что ход окончился в диком горном ущелье. Уцепившись за косяк, она глянула вниз: на дне пропасти струился ручей. Желтоватый между камней, бледно-зеленый в спутанных зарослях кустарника, он еще раз менял цвет там, где ложилась размашистая, переброшенная через провал тень. Поток искрился и пенился, но шум бурлящей внизу воды почти не достигал ушей.
— На камнях, — сказал за спиной Золотинки Дракула. — Туда у нас с незапамятных времен сбрасывают тех, от кого нужно тайно избавиться, и все такое. А вот лестница.
У самых ног Золотинка разглядела уступ, который был ступенькой, такие же неравномерно выбитые полки-уступы имелись и ниже, они уходили наискось под нависшую в пустоте глыбу и пропадали из виду.
— Вы советуете мне спуститься? — промолвила Золотинка слабым голосом.
— Нет, царевна-принцесса, — отвечал честный Дракула, — я не советую вам спускаться.
— Вы будете меня сопровождать?
— Ни в коем случае. Я ничего не ищу.
Установилось молчание.
— И туда вообще кто-нибудь лазил? — сказала, наконец, Золотинка.
Дракула ответил невнятной гримасой. В темных недрах скалы, куда уводил ход, в руках слуги теплился огонь. Детина с ключами не был любопытен и не выказывал желания глянуть хоть раз в пропасть.
— Хорошо, я спущусь, — сказала Золотинка, будто они ее уговаривали.
— Ваша воля, — отозвался Дракула.
— Прямо сюда? — зачем-то спросила девушка, указывая на первую ступеньку.
— Возьмите оружие. Туда волки наведываются, на падаль.
На это Золотинка не нашла что сказать. Дракула подозвал детину и тот снял кожаный пояс, на котором висел тесак. Золотинка скинула плащ, разулась, потом неловкими руками принялась застегивать пояс с оружием. Подходящей дырочки не нашлось, слишком широкий ремень проскальзывал на бедрах.