Потолок одного героя

Поляков Иван

— ААР-Р… А-ар!.. Шш-ш-ш-ш-ш-щ-щ!

Наёмница быстро вдыхала. И медленно, очень медленно выдыхала. Лицо её было ярко-красным, а глаза остекленели.

Выставив обломанное древко, она всё ещё готова была нанести удар. На очерченных, обтекающих чистой водою скулах вздулись мышцы.

Лицо её было сосредоточено, но оно не было живо.

— Отступаем, — проговорил я тихо.

Выражение Эль застыло.

Она словно не слышала.

— Се-й-час, — подчеркнул я чуть громче, как можно более внятно. — Нужно медленно отойти

на несколько шагов… Не поворачиваясь спиной.

Девушка… выпрямилась.

* * *

Проваливаясь и подволакивая отяжелевшие ноги, бредя обратно, мы обнаружили, что дорожки, остававшиеся позади, совершенно сгладились.

Лишь минут десять-пятнадцать мы шли точно по старым следам. После пришлось присматриваться. А потом уже гадать.

Наёмница изучала стволы тощих сосенок, на которых она вроде как оставляла зарубки. Но ничего не находила.

О произошедшем мы не говорили.

Эль смолчала.

Да и я не спросил. У нас вообще уже давно закрепилась традиция — ни о чём друг друга не спрашивать.

Подойдя к большому, с ровным краем, валуну, наёмница чуть задержалась. А после заглянула за него.

«И почему я так спокоен? — посетила неожиданная мысль. — А впрочем, разве это важно».

Мы вышли на твёрдую почву.

И остановились. Ноги гудели, и в сапогах перекатывалась влага.

Валежника, который поставила девушка, нигде не было видно. Только деревья. Озеро с ряскою и несколькими камнями по берегу. Белёсой осокой на небольших островках.

Всё сглажено. Так что ни одного острого угла не было видно.

Светло здесь было.

Тяжело дыша, я зацепился взглядом за движенье — цапля. Большая и серая, она гуляла вдоль противоположного берега. Дятел бил где-то рядом, и… я предпочёл принять это за добрые знаки.

Ноги гудели.

Сглотнув, я поглядел на край большого камня. Я сел. И Эль облокотилась на ближайший к ней край.

Девушка ещё не оправилась и даже такая (во время былое незначительная) прогулка далась ей нелегко.

Мы дышали.

Хрустнула ветка и ветер прошёлся по верхушкам.

— Спасибо.

Неожиданная фраза заставила вздрогнуть.

— Я не знаю… как бы мы справились… с псами. Без тебя.

— Да… не за что.

Больше полутора часов прошло, прежде чем мы снова сумели отыскать заброшенную дорогу. И поле, зарастающее молодыми берёзками.

Сапоги меня убивали.

Высохнув, голенища совершенно «околели», так что идти было больно. При каждом шаге заломы шли по коже.

Эль бросила древко, но подобрала довольно длинную палку, которую теперь использовала вместо посоха. Я же просто шёл, понуря голову. И мучился с сапогами.

Когда впереди показалось засеянное поле, облака на горизонте уже совсем посерели. Они продвигались в насыщенно-розовой полоске.

Не сговариваясь,

не говоря ни слова, мы ускорились.

Я не стеснялся хромать, а наёмница мерно отсчитывала вдохи и выдохи. Происходящее больше походило на одну из её «тренировок».

Медленно, но неуклонно сгущался сумрак. Налетело комарьё.

Цвета стирались, а насекомые, что во множестве скрывались в высокой траве, наполнили воздух стрекотом.

Становилось прохладно.

Нас заметили издали и начали растаскивать сучья. Это происходило на удивление слажено и без обычных препирательств. Но нам не до того было.

Скользя и идя друг за другом (я первый) мы прошлись по погрызенным доскам. По шатким брёвнам. Один за другим нырнули в не особенно широкую дыру.

Я пригнулся, чтобы не ободрать макушку. Вышел и… встретил тролла. С его большим и рыхлым животом. С мясистым скошенным носом и совершенно чёрными, как это обычно бывает у коров, глазами. Большие кисти духа вольно лежали на земле, а челюсть с парой больших и тупых клыков «гуляла», что-то перемалывая.

Сильный запах животного.

— Да что ты… стал! — толкнула меня наёмница в плечо.

Её реакция не многим отличалась от моей.

— А вот и Вы, — с сильным акцентом.

Заметно прихрамывая, но не отбросив свои замашки, барон… Эксплист Январь чуть поклонился в приветствии.

И повернулся к девушке:

— Я Вас приветствую.

Глава 5

Дорога змей

XXIII

Пос. Трува.

Восемнадцатый день седьмого месяца двадцать третьего года.

Somewhere off Jazz Street — Maybe Tomorrow

Тролл шёл, помахивая руками.

И при каждом шаге объёмный живот его как будто вздрагивал. Большая кисть гуляла туда-сюда на уровне моего плеча… Один из роговых ногтей почернел и стал под углом. Ещё два треснули. Духа это как будто ничуть не заботило.

Низкий и раскатистый перекат его дыханья оглашал узкую улочку. Стараясь не обращать вниманья, я всё больше смотрел по сторонам. Незнакомых лиц… было много. Даже слишком много.

Люди, одетые «по-дорожному», и те, кто был в помятой форме. Селяне почти не показывались. Лишь двое. Один, завидев нас, поторопился скрыться, а другой — отвернулся, продолжая собирать кирпичи у подножия церкви. Под присмотром вооружённой пары.

Мельком и искоса я взглянул на Эль.

Её так же заинтересовали нашивки.

Армейские знаки.

Резкий лай. Натянув поводок, большая лохматая собака потянула за собой мужчину. Тот дёрнул. Тролл неспешно повернул в их сторону голову. Открыл огромный рот, и трубно дохнул — то ли носом, а то ли горлом.