Потолок одного героя
Шрифт:
Гратц чуть посапывал и посвистывал в свой выдающийся нос. Проныра, он уже где-то раздобыл подушку и теперь дремал, уткнувшись в неё лицом. Я снова перевернулся. А после опять оказался на спине. Должно быть, слишком жарко было. Какая-то жужжащая мелочь беспрестанно лезла к щекам, вот мне и не спалось.
Я снова открыл глаза. Шурша соломой, перевернулся набок. «… Хорошие ворота. Толстые». Солидные стены и балки… И потолок. Сквозь доски свободно просматривалось поле богов. Белые точки и луна.
Вчера, под вечер,
А после он полюбил свою жену.
Стол поскрипывал и бряцал.
Что-то тяжёлое упало, и мужчина расплевался.
В ту ночь наёмница снова заняла своё место у входа. И вновь по глаза закуталась в накидку. Опять я мог увидеть только уши и подошвы сапогов.
Наверное, я всё же задремал… так как на какое-то мгновенье… я снова оказался в коридоре «заведенья». Я сидел в камышах.
Эль рыла вместе с великаном. В плотном плаще заниматься этим было невозможно, а потому девушка осталась в одних простёганных штанах и грубой, со вставками, рубашке. «…Как контрабас».
Этот инструмент… я его не помнил. Не мог представить, или сказать, где видел… Но зато я знал: Эль выглядела точно так.
«Квадрат» повыше бёдер… чуть широковатая спина… а между — ямочки на пояснице.
Я проснулся с криком петуха.
Было ещё совсем темно. Мысли искали.
В «вечер вздохов» Гратц похрапывал чуть ли не громче меня. Наёмница лежала молча, а великан — он спал. Точно так же как и сейчас, из сена торчали его большие ступни, с посеревшей подошвой. Слышался храп. И гулкий монотонный присвист.
Неожиданно Век хрипло кашлянул. Он зарычал, повёл плечом и принялся скрипеть своими большими, истёршимися зубами. Щурясь, Гратц приподнял взъерошенную голову. Сонно поозирался.
— Что б вас всех… к ястребу — выплюнул он, ещё толком не проснувшись, и тощим костистым кулаком ударил подушку. Утонул щекою в очень цветастой, расшитой красной нитью материи.
Кажется, он пожелал всем золотящимся щелям, всем нам «доброго утра». Эль по-прежнему не было.
Я чувствовал, как пот струится по лицу.
Закрыл глаза и пролежал так несколько минут.
Я поднялся. Тихо прошёл к дверям. Умылся. И снова начал привычное сраженье с желанием побриться. Мундир… Со вчерашнего дня он пребывал в относительно приличном виде, так что не нужно было особенно стараться.
Проходя, я зачем-то вновь остановился у большого, позеленевшего с годами камня. Плечо чуть дёрнулось. Ещё от цветников слышны были удары лопаты. После стал различим звук отбрасываемой земли, а уже потом — ругань Эль. Наёмница копала. Совершенно одна. Почему-то ещё никто не явился и девушка длинной палкой пыталась свернуть большой, отдающий рыжиною камень. Со стороны это смотрело, будто она избивает породу.
Удары и движенья: резкие и почти что ломанные. Наёмница лупила.
Я
Я подметил рукоять меча. Прикинул расстояние.
— Доброе утро.
Подцепив длинный и плоский, словно рубленный, край, наёмница налегла всем весом. У неё опять ничего не получилось.
— Чего надо?
Интересный вопрос.
Медленно выдохнув, я постарался собраться. Говоря откровенно, я и сам не был до конца уверен, что мне нужно.
— Идея с ямой — это глупость…Возможно, мы сможем с её помощью расправиться с одним кабаном, но Див утверждает, что они умны. Они обходят знакомые ловушки, а значит, повторить этот трюк уже не удастся. Итог: мы не можем использовать ловушки и не можем заставить Века сражаться одного, это было бы по-настоящему не гуманно… Проведя опрос, я узнал, что в болоте обитают драконы. С кабанами они не конфликтуют, но если приложить определённые усилия, я полагаю эти хищники столкнуться… Результат очевиден.
Эль молчала довольно долго.
— Ты всё сказал?
— Да.
— Тогда подай вон ту жердину.
Я подал.
— Нет… я по-прежнему считаю, что это наилучшее решенье! Подумай, у нас с этой «ловушкой» может приключиться, что угодно. Это просто может не сработать, и тогда…
— Ты издеваешься?!
Спружинив, обрубленная берёза толкнула Эль в плечо, чуть отбросила. По щекам и скулам её загуляли красные пятна.
Камень встал на место.
Наёмница взглянула на него. И на меня.
— Нет, но…
— И как они встретятся?.. Кабаны будут ждать драконов или драконы кабанов?.. Обоих заманишь на приманку?
— Занятная… точка зрения.
— Я тут… копаю неделю, а!.. А у тебя и не пошевелиться нигде!.. Даже мыслей никаких не возникло! — Резкое движенье. — Утешить, объяснить! Всех накормить, и всё за пару монет? Это нормально по-твоему?!
— Да.
Глупость я сказал.
Краснота расползалась, окрасив шею и уши.
— Я, как святая, всё на свете на себя взвалила… А у тебя… А ну, отдай жердину!.. Будто все должны тебе вокруг. Будто всё нормально! Я — копаю, а ты лежишь там и страдаешь: почему это меня не признают?! Почести мне за спасибо к ногам не возлагают!
Голос Эль сорвался.
Цвет лица её определённо не был нормальным. Лоб становился всё более и более синюшным, проступали вены. С некоторым сомненьем я покосился на камень: тот выглядел абсолютно нормальным.
«Мик подвёл?»
Пауза тянулась.
Не знаю, как я мог не заметить раньше, но… в чёрных прядях Эль заметны были серебристые линии.
— Понятно, — выдохнула наёмница. — Мне просто интересно: ты в курсе, как погиб последний Тран? Тот, чьё имя здесь высечено на камне.