ПОТОК
Шрифт:
Шеф прекрасно понимал происходящее. Лучше быстрая смерть в вакууме, чем гибель от лап ковенантов.
Кейза он заметил возле главного тактического дисплея. Капитан напряженно изучал экран, в особенности выведенное крупным планом изображение странного кольца.
– Капитан Кейз, – постарался привлечь к себе внимание спартанец.
– Рад видеть тебя, Мастер-Шеф, – обернулся к нему капитан. – Плохи наши дела. Кортана старается изо всех сил, но у нас с самого начала не было никаких шансов.
Корабельный ИИ приподнял голографическую бровь.
–
Кортана перевела взгляд на Шефа:
– Хорошо спалось?
– Да, – отозвался он. – Только не благодаря твоему пилотированию.
– Значит, ты скучал по мне, – улыбнулась Кортана.
Не успел он ответить, как очередной взрыв сотряс
весь корабль. Спартанцу пришлось вцепиться в ближайший опорный столб, чтобы сохранить равновесие. Рядом на палубу повалились несколько операторов.
Кейз устоял, схватившись за пульт управления.
– Отчет!
По телу Кортаны побежала синяя рябь.
– Должно быть, это одна из их абордажных команд. Полагаю, они применили заряд антиматерии.
Офицер, сидящий за пультом управления огнем, повернулся в кресле:
– Мэм! Мы утратили контроль над главным орудием!
Кортана посмотрела на Кейза. Потеря основного вооружения корабля, орудия электромагнитной акселерации, нанесла сокрушительный урон их способности к сопротивлению.
– Капитан, мне больше нечем обороняться.
– Все в порядке, – раздраженно произнес Кейз. – Инициирую протокол Коула, вторую статью. Мы покидаем «Столп осени». Тебя, Кортана, это тоже касается.
– А ты что? Будешь падать вместе с кораблем? – столь же грубо ответил ИИ.
– Я бы предпочел сказать, – ответил Кейз, – что постараюсь… и приземлю «Столп осени» на обнаруженном нами объекте.
– При всем уважении… – покачала головой Кортана. – На этой войне и без того хватает мертвых героев.
Капитан встретился с ней глазами.
– Кортана, я ценю твою заботу, но дело не только во мне. Предписания протокола тут недвусмысленны. Уничтожение или захват корабельного ИИ абсолютно неприемлемы. Это означает, что ты обязана покинуть судно. Рассчитай районы, подходящие для приземления, и загрузи их в мою нейронную сеть.
Кортана подумала, а затем кивнула:
– Слушаюсь, сэр.
– Теперь о том, для чего мне понадобился ты, – продолжил Кейз, поворачиваясь к спартанцу. – Ты поможешь Кортане выбраться с корабля. Не позволь ей попасть в руки врага. Если они сумеют захватить ее, то узнают обо всем. О расположении войск, разработке вооружений…- Капитан помедлил и добавил: – О Земле.
– Я понимаю, – кивнул спартанец.
Кейз оглянулся на Кортану:
– Готова?
Последовала небольшая задержка. ИИ последний раз обвел взглядом капитанский мостик. Во многих смыслах этого слова корабль служил для него телом, и ему жаль
– Выдергивайте меня.
Кейз подошел к пульту управления, ввел несколько команд и вновь обернулся к спартанцу.
Голограмма затрепетала, и образ Кортаны ушел внутрь пьедестала, исчезая. Капитан, дождавшись, пока изображение не пропадет полностью, вытащил из установки чип с информацией и протянул его воину вместе с пистолетом.
– Желаю удачи, Мастер-Шеф.
Спартанец-117 принял чип и вставил его в нейрослот у основания своего черепа. Раздался отчетливый щелчок, и сознание Шефа наполнил поток новых ощущений, когда внутри нейронной сети доспехов к нему присоединилась Кортана. Вначале ему показалось, что кто-то плеснул ему в мозги холодной водой, затем голову пронзил краткий импульс боли, а потом он почувствовал знакомое присутствие. Им с Кортаной приходилось работать и раньше. Как раз незадолго до трагедии на Пределе.
С одной стороны, его раздражал интерфейс, связывающий человека с искусственным интеллектом, а с другой – приятно успокаивал, поскольку спартанец знал, на что способна Кортана. В ближайшие часы, а может, и дни ему предстояло полагаться на нее, точно так же, как и ей – на него. Казалось, они вновь стали одной командой.
Мастер-Шеф отсалютовал и покинул мостик. Звуки стрельбы стали громче, а значит, несмотря на все старания экипажа, войска ковенантов сумели захватить отсеки, прилегающие к воздушным шлюзам, и теперь прорывались к командной палубе.
Буквально в пятнадцати метрах от мостика на полу лежали распростертые тела. Людям, защищавшим коридор, удалось откинуть противника обратно, но Мастер-Шеф понимал, что последняя попытка штурма чуть не увенчалась успехом. Практически увенчалась.
Спартанец задержался, чтобы присесть возле погибшего энсина и закрыть ему глаза. Заодно он подобрал патроны погибшего бойца. Пистолет, полученный от капитана, был стандартного военного образца; он стрелял полубронебойными пулями 12,7 миллиметра, внутри которых находилось довольно мощное взрывчатое вещество. Обойма была рассчитана на двадцать патронов. Недостаточно хорошее оружие, чтобы остановить элиту, но вполне подходящее для того, чтобы справиться с ворчунами.
Первая обойма с металлическим щелчком встала на место, и на лицевом щитке тут же возник синий кружочек прицела – это электронные рецепторы доспеха зарегистрировали пистолет в руке Мастера-Шефа.
Затем, понимая, что должен как можно быстрее вынести Кортану с корабля, спартанец зашагал по коридору. Странные, высокие повизгивания и лающие звуки он услышал раньше, чем в поле зрения возникли издающие их ворчуны. Первый чужак, повернувший за угол, в соответствии со своим статусом боевого ветерана оказался облачен в броню с красной окантовкой. На лице его была метановая маска, на бедрах – прочный десантный пояс с кобурой. За собой существо волочило по палубе трофейное ружье производства «Панчо Вилья». Следом шли еще двое его товарищей.