Поток
Шрифт:
– Вот и ладно. Я пошла, приму душ, а потом отправлюсь домой к Киану Не знаю, вернусь ли сегодня ночью.
– Спасибо, что позволила мне жить в твоем доме, - прокричал мне вслед Эрик.
– Без проблем.
________________________
Я поднялась по ступенькам к входной двери дома Киана с ощущением, что я по собственному желанию иду на свою же собственную казнь. Я знала, что Киан никогда не обвинит меня ни в одном из дурацких поступков своей дочери, но мне так не хотелось, чтобы наша первая ночь после возвращения в Филадельфию
Киан крикнул мне входить, когда я постучала в дверь, и я протиснулась внутрь. Я так углубилась в свой внутренний идиотский диалог, что прошагала почти полгостиной, прежде чем поняла, что что-то изменилось.
Нет, не что-то, а ВСЕ.
Там, где раньше в окружении темно-красных стен стояла серая мебель, теперь находились очень комфортно-выглядящие голубые кресла и диван, а стены были выкрашены в нежно-кремовый цвет. Лампы остались те же, а вот картины выглядели совершенно иначе. Дружелюбнее, что ли, привлекательнее.
Киан стоял, прислонившись к дверному пролету, ведущему в кухню, скрестив руки на груди. Его глаза сияли. И он смотрел на меня с самодовольной улыбкой на лице.
– Что здесь произошло? – опасливо поинтересовалась я.
– Нравится?
– Да, здорово… Но с чего вдруг? И когда?
Он сделал шаг мне навстречу и протянул руки, я переплела наши пальцы, и он притянул меня к себе и вдохнул полной грудью запах моих волос, отчего я хихикнула и порадовалась тому, что мне удалось принять душ. Он молча провел меня в кухню. Там все осталось, как прежде, за исключением того, что стены, которые до этого были нейтрального цвета, приобрели веселый желтый оттенок.
– Я пригласил на эти выходные дизайнера, и она с командой немного обновили дом.
Я приподняла брови. Он все еще улыбался, так сладко, и я увидела нежность в его глазах. Мне захотелось наброситься на него, свалить на пол свежеокрашенной кухни и зацеловать так, чтобы мы оба задыхались. Но сжигающее мою грудь любопытство победило.
Прежде чем я успела хоть что-то сказать, он сжал мою руку и сказал:
– Мне очень хочется, чтобы ты чувствовала себя здесь комфортно, чтобы у тебя не возникало ощущения, что ты приходишь в дом Хизер.
Мое сердце остановилось, а рот, скорее всего, неприлично открылся, но я этого не заметила, да меня это и не беспокоило вовсе. Я была изумлена и тронута тем, что он сделал это для…меня.
– Киан, ты…
– Да, - перебил он меня.
Он потер ногой пол, опустив глаза, а затем поднял их на меня, и весь мир исчез. Я не могла отвести взгляда, да и не хотела. За последнюю пару месяцев Киан смотрел на меня огромное количество раз… тысячей способов. Но этот взгляд? Он опалил меня до костей. Я почувствовала всю глубину его любви ко мне, всю искренность его слов.
Я бросилась к нему, практически сбивая его с ног в желании добраться до его рта. Он рассмеялся, когда наши лица столкнулись, и мне показалось, что один из моих зубов скололся. Он мог выбить все
– Я люблю тебя! Я люблю тебя! – бормотала я между поцелуями.
Скорее всего, он подумал, что я сошла с ума, совсем сбрендила, и возможно, так оно и было. Я точно сошла по нему с ума.
– Покажи мне весь дом, - потребовала я, выпуская его из своей хватки.
– Вот дела, если у тебя каждый раз будет такая реакция на небольшой косметический ремонт, я буду делать его каждую неделю, - беззаботно рассмеялся он, но было видно, как он доволен, ведя меня назад в гостиную и вверх по ступенькам.
Фотографии Миранды и Хизер исчезли. Я остановилась как раз напротив того места, где они висели раньше, уставившись на заменившие их разноцветные абстрактные картинки.
– Фотографии Миранды теперь стоят на стойке камина, - тихо сказал Киан. – На некоторых из них есть Хизер. Остальные я убрал на случай, если их захочет забрать Миранда.
– Тебе не нужно было этого делать.
Он помотал головой, пробегая пальцами по моим волосам.
– Нет, нужно.
И больше не сказав не слова, он повел меня вверх. Мы прошли мимо комнаты Миранды, которую, по его словам, не тронули, к ступенькам, ведущим на третий этаж, в его спальню. Я ахнула, зайдя туда. Она выглядела великолепно. Все стены были выкрашены светло-зеленый цвет, а постель застелена бельем в полоску всех оттенков зеленого и коричневого. Обстановка была совершенно обновлена. Кровать и шкафы из темного дерева, большое коричневое мягкое кресло, заваленное зелеными подушками.
– Новая кровать. Новый матрац. Все новое.
Моя рука сама по себе закрыла мой рот. И мне показалось, что я сейчас просто расплачусь. Я никогда не сомневалась в любви Киана и в том, что он абсолютно серьезно говорил о браке, но почему-то именно это заставило меня понять, насколько он был серьезным … насколько искренним. И я почувствовала такую сильную любовь к нему, что даже не думала, что подобная существует. Все сомнения по поводу нашей свадьбы мгновенно испарились, и я тихонько себя отругала. Какой придурок соглашается выйти замуж за своего парня потому, что тот сделал ремонт? Может быть, Миранда была права, и я всего лишь охочая до денег шлюха? Или я просто позволяла ей пробираться в свои мысли, когда чувствовала себя такой уязвимой. Я хотела выйти замуж за Киана. Я хотела стать Элизабет Адамс.
– Это самое милое, самое невероятное, самое обдуманное из того, что когда-либо для меня делали, - улыбнулась я Киану, вставая на цыпочки, чтобы его поцеловать, стараясь через свои губы передать всю ту ошеломляющую любовь, что чувствовала к нему. – Я не знаю, смогу ли когда-то стать достойной тебя.
– Ага, ведь я ж такой ценный приз, - с усмешкой сказал Киан. – Моя дочь оскорбляет тебя при любой возможности и звонит твоему отцу. Мой лучший друг считает меня бесхребетным. Я на двадцать лет старше тебя и…