Потерявшие крылья
Шрифт:
— Насколько? — сейчас я смотрю на Дэсмиша, как только что Мира — на меня.
— Пара дней, — в его глазах светится печаль.
— А что потом? — Виталий невольно касается оберега Рамисы.
— Нам надо сделать все, чтобы этого «потом» не случилось, — отзываюсь я. — Пора уже собрать воедино всю нашу информацию. За эти два дня нужно успеть понять, что происходит, и все исправить.
Мирослава не сводит глаз с сестры, потом растерянно оглядывается на меня, и я вижу, как дрожат ее губы:
— Ее можно
— Можно, — отвечает Дэсмиш.
Тогда она ложится рядом с сестрой, обнимает и прижимается к ее щеке щекой.
— Это я виновата в том, что случилось, — Мирослава закрывает глаза. — Она никогда не повышала на меня голос, это я довела ее до срыва.
— Славка, при чем тут ты? — Антон несмело касается ее щеки, но девушка отбрасывает его руку.
— При том, что она не хотела знать правду! Но этого хотелось мне, и я не стала обращать внимания на ее чувства.
Она еще сильнее зажмуривается.
— Тамила, простите меня, но Миленка была против, чтобы я обращалась к вам, как к маме. Пусть уже поздно, но я послушаюсь ее.
А я только сейчас понимаю, что готова полностью стереть себя из их жизни, лишь бы с ними обеими было все в порядке. Но какой смысл сейчас подсчитывать, кто больше виноват?
— Мира, своими страданиями ты Милене точно не поможешь.
Я не сразу узнаю голос Лу. Она одновременно мягко и строго смотрит на Мирославу.
— Ей нужна наша помощь, а не слезы. Сейчас ты жалеешь себя, но на это нет времени.
Фирхаши подходит к кровати и протягивает Мирославе руку.
— Пойдем. Нам нужно поговорить с одной из наших. Возможно, у нее есть полезная информация для нас.
— Я не уйду от сестры! — упрямо возражает моя дочь.
— Милена тебя не слышит и не чувствует. Она слишком далеко. Вставай, или я заставлю тебя подняться магией!
Мирослава сердито сверкает глазами, но понимает, что Лу наверняка выполнит угрозу, и нехотя поднимается.
— Зачем тебе я?
— Нам двоим она скорее расскажет то, что знает. Мне так кажется.
Лу оглядывается на Тэйхирта:
— Поможешь?
Тот молча кивает.
В голове вдруг возникает мысль, что Лу больше похожа на меня, чем Милена или Мирослава. Мои девочки настолько были окружены безусловной любовью своих родителей, что оказались просто не готовы к экстремальным обстоятельствам. Они совсем еще дети. Лу же с самого детства была лишена любви, ей пришлось слишком рано повзрослеть. Как и мне когда-то. Милене и Мирославе нужно назад, в тот мир, где они появились на свет, где для них все просто и понятно. Они не должны бороться за мир, который с рождения был готов принести их в жертву, который разлучил их с матерью. Девочки и не считают мой мир своим. Он наш с Лу, он чужой для них.
Мимолетно успеваю пожалеть о том же, что и Мирослава — не нужно было им ничего рассказывать, но теперь
Тэйхирт открыл портал на окраине Мечтограда. За ним следом вышли Лу и Мирослава.
— Моя помощь нужна?
Лу улыбнулась и покачала головой:
— Мы справимся. Я позову тебя, когда будет пора возвращаться.
— Может, мне пойти с вами?
— Не уверена, что она будет говорить при тебе, — с сомнением ответила Лу.
— Хорошо, но я буду на связи. Зови сразу, если что-то пойдет не так. Дэсмиш навел на вас морок, только Самая Древняя сможет увидеть вас. И не снимайте кольца!
Темный кивнул им и растворился в воздухе. Лу повернулась к Мирославе. Девушка равнодушно оглядывала окружающий пейзаж и виднеющиеся в отдалении домики фирхаши — такие же яркие, как и их волосы.
— Пойдем, — Лу взяла Мирославу за руку.
— Здесь твой дом?
— Был когда-то.
— Куда мы идем?
— К Самой Древней.
— Это ее имя? — удивилась Мирослава и тут же с подозрением взглянула на фирхаши. — Подожди! Почему я совсем по-другому себя чувствую? Твоя работа?
— Ты слишком погрузилась в страхи, я немного вытащила тебя оттуда.
Мирослава остановилась и высвободила свою руку.
— Тебе нельзя тратить энергию. Я же не смогу тебе помочь, когда она кончится.
— Не переживай, — безмятежно улыбнулась Лу. — За этим следит Тэйхирт.
— Да ладно, — приподняла бровь Мирослава. — Вы теперь вместе?
— Да.
— Быстро вы.
— Я и сама не ожидала, — смущенно призналась Лу и кивнула на небольшой домик впереди. — Нам сюда.
— Так кто такая эта Самая Древняя?
— Она не называет своего имени. Говорит, что давно забыла. Я не уверена, что это правда. Хотя она застала взрыв артефакта Экспериментаторов.
— Ничего себе! — присвистнула Мирослава. — Тогда не только имя можно забыть. Разве фирхаши могут столько жить?
— Я сама ничего про нее не знаю. Обычно фирхаши живут лет двести.
— Круто! В нашем мире и до ста добредают единицы.
— В тебе и Милене кровь двух миров. Так что, скорее всего, вы будете жить дольше людей вашего мира, но меньше, чем люди в нашем.
— Сколько живут у вас люди?
— Примерно столько же, сколько и фирхаши.
— А жрецы?
— Точно не знаю, но кто-то говорил, что они и тысячу лет могут прожить.
— Сколько же лет Дэсмишу и Тэйхирту?
— Не спрашивала. Мама говорила, что в ее детстве Дэсмиш уже был жрецом, а Тэйхирт пришел чуть позже.