Потерявшие крылья
Шрифт:
— Надо попробовать, — поддержал девушку Тэйхирт. — Мирослава права.
— Я даже не знаю, как, — пробормотала Лу.
— Она — твоя мама. Ты поймешь, как ее позвать, — ответил Темный. — Я постараюсь помочь.
— Прямо сейчас? — испугалась фирхаши.
— Тянуть особо некуда. Да и зачем?
Лу зажмурилась и спрятала лицо у жреца на груди. К ней неслышно подошла Тамила и присела рядом. Легко погладила по плечу.
— Боишься узнать, что Самая Древняя сказала правду? — тихо спросила женщина. — Девочка моя, я понимаю, как
Девушка вскинула голову и посмотрела на Тамилу. Против ожиданий всех, глаза фирхаши были сухими.
— Мне страшно это представлять. И я боюсь, что это все из-за меня. Ведь если бы я не появилась в моей семье, ни с папой, ни с мамой этого бы не случилось.
— С чего ты взяла?
— Если у Нура были планы на меня, мои родители только помешали бы ему. Поэтому, скорее всего, он и убрал их с дороги.
Лу перевела дыхание и совсем тихо добавила:
— А еще я боюсь, что после стольких лет полной изоляции… из-за меня… мама не захочет меня видеть.
— Она — твоя мама, — мягко возразила Тамила. — Мне рассказывали, что она все делала ради твоей защиты, к тебе даже старейшины не решались приближаться. Ты думаешь, что-то могло измениться? Если Ри права, Ниэ защищает тебя до сих пор.
Лу, закусив губу, не сводила глаз с Тамилы.
— Если хочешь, давай поищем ее вместе, а Тэйхирт нас поддержит.
— Хочу, — она протянула руку Тамиле, и та с улыбкой сжала ее ладонь.
— Нам уйти? — спросила Милена.
— Нет, вы не помешаете.
Тамила и Лу устроились поудобнее и закрыли глаза. Тэйхирт с отрешенным видом взял Лу за руку.
— Чего нам нельзя делать? — шепотом спросила у него Мирослава.
— Задавать дурацкие вопросы, — чуть усмехнулся жрец.
Лу ощущала себя совершенно растерянной. Она не знала, что и как ей делать, куда идти и где искать маму. Девушка чувствовала плечом плечо Тамилы и постоянный приток энергии от руки Тэйхирта. Но собраться удалось далеко не сразу.
Отстраниться от всех ненужных мыслей, настроиться, решиться…
Девушка вздохнула и мысленно открыла глаза. Комната оказалась наполнена странным тусклым светом, в котором то и дело вспыхивали маленькие разряды и яркие искры. Больше всего колючих молний собралось вокруг сестер, совсем не было их возле Антона, а Виталия окружали светящиеся точки — там, где под одеждой был спрятан амулет Рамисы. Лу обвела мысленным взором всю комнату. Здесь присутствовали только те, кого было видно и обычным зрением. Но тут фирхаши почувствовала легкое прикосновение магии Тамилы и повернулась к женщине.
«Мысленно нарисуй маму перед собой. Вспомни, что чувствовала, когда она была рядом. Попроси ее помочь».
Представить маму оказалось совсем непросто. Лу прожила без нее
«Это то, что нужно!»
Лу улыбнулась, вспоминая, как забиралась на колени матери, как та ласково поглаживала ее волосы, а потом заплетала в затейливые прически, как они вместе придумывали перед сном сказочные истории, как удивлялась и радовалась Ниэ ее крыльям, как они пытались бегать наперегонки с ветром, как бескрылая мама учила ее летать…
«Это ты учила меня летать…» — услышала Лу и не сразу поняла, что говорит уже не Тамила.
«Мама…» — сердце замерло, а потом понеслось вскачь, когда сквозь туманный свет начала проявляться Ниэ.
Ниэ с улыбкой смотрела на дочь. Сначала Лу показалось, что она плохо видит маму из-за потока хлынувших слез. Но женщина действительно словно не проявилась до конца и даже слабо мерцала.
— Обнять тебя я не смогу, солнышко мое, — грустно улыбнулась Ниэ на порыв дочери броситься к ней навстречу. — Меня давно нет в физическом мире. Но ты не представляешь, как я счастлива, что ты можешь видеть и слышать меня!
— Первое время после твоего исчезновения мне часто казалось, что ты сидишь рядом, когда я ложилась спать. Ты и правда была рядом?
— Всегда.
Она не сказала, но Лу вдруг словно услышала невыносимую боль матери. Как страшно той было все это время находиться возле дочери и понимать, что никогда больше не получится коснуться ее, почувствовать запах волос, поймать взгляд любимых глаз. Слышать плач собственного ребенка, ощущать его горе, но не иметь возможности утешить. Из года в год, неизменно и невыносимо.
— Как тебя вернуть? — Лу решительно вытерла слезы, но Ниэ, глядя ей в глаза, медленно покачала головой.
— Никак, мой Лучик… Меня можно только освободить и отпустить.
— Мы что-нибудь придумаем, мамочка! — замотала головой девушка. — Я обращусь за помощью к жрецам, к Рамисе, да к кому угодно! Почему ты уверена, что не сможешь вернуться?
— Моя физическая оболочка давно уничтожена. Я вообще не понимаю, кто я.
— Ты моя мама! И я найду способ тебя возвратить! — упрямо сказала Лу.
Ниэ не ответила, глядя на дочь с печалью и нежностью. Потом посмотрела на Тэйхирта. Он не видел Ниэ, но ощущал ее присутствие.
— Ведь ты больше не одна. У тебя появилась семья.
— Ты тоже моя семья, — снова расплакалась Лу. Как же хотелось обнять маму, почувствовать тепло ее рук, прижаться к груди и забыть обо всех сложностях!
— Тебе нужно найти в себе силы отпустить меня, — вздохнула Ниэ.
— Я не могу! — крикнула девушка и вздрогнула от легкого прикосновения руки Тамилы.