Потерять Кайлера

Дэвис Шивон

Сдавленный звук вырвался из груди Кая.

– Я больше не могу все это слушать! – Он закрыл лицо ладонями.

Стараясь сдержать отвращение, – а настолько омерзительного чувства я в жизни не испытывала, – я все же решила докопаться до истины.

– Я должна знать правду. Продолжай, – подтолкнула я Джеймса.

– Я знал, что это неправильно, – шепотом произнес он, – но со дня смерти наших родителей мы становились все ближе и ближе. Друзей у меня было немного, поэтому весь мой мир сосредоточился вокруг Сирши. Я готов был бросить школу

и найти работу, лишь бы поддерживать ее. Твоя мать стала самой важной частью моей жизни.

Он сделал паузу и опустил глаза в пол.

– Не знаю, когда именно мои чувства к ней поменялись, но неожиданно я стал смотреть на нее, думать о ней так, как не должен был. Я пытался бороться с этим. Честное слово, пытался, – он поднял на меня глаза, и я увидела искренность в его взгляде. – Я не хотел испытывать всех этих чувств к своей сестре, но не мог перестать думать о ней. Она была так красива! Этот свет внутри нее, сияние, исходившее из самой ее души… Оно казалось таким чистым, теплым и добрым… я не мог ему противостоять.

Краем глаза я заметила, как Кайлер покачивает головой в знак непреодолимого отвращения.

Джеймс тяжко вздохнул.

– Каждый мой день превратился в мучительную борьбу с самим собой, но я не прикоснулся к Сирше и пальцем. Я научился справляться со своей агонией, принял эту боль как наказание за свои грехи и просто надеялся, что со временем чувства исчезнут. – Воздух со свистом вырвался из груди Джеймса. – Не я сделал первый шаг, а она. Сирша поцеловала меня, и я окончательно потерял контроль над собой.

Кай вскочил на ноги.

– Я больше не выдержу.

– Не уходи! – Мой обезумевший взгляд встретился с его. Слезы вновь подступили к глазам, я готова была умолять. – Я не справлюсь одна. Прошу тебя, Кай, не уходи!

Я видела, что он хочет утешить меня так же сильно, как и я его.

Но теперь это запрещено.

Все, о чем я могла просить его, – остаться здесь, рядом со мной. Кайлер медленно кивнул и вновь опустился на пол.

Я снова вернулась к Джеймсу.

– Мне не нужны подробности, все это слишком. Я просто хочу знать, когда тебе стало известно, что я твоя дочь, и почему ты не рассказал обо всем мне.

Он с обреченным вздохом прижал ладонь ко лбу.

– У меня возникли подозрения, но мне нужны были доказательства, поэтому я нанял частного сыщика, чтобы проверить подноготную твоего отца. В тот момент, когда он вернулся со своими находками, я все понял. – Сидя на краю кровати, Джеймс стал нервно заламывать руки. – Фэй, этот человек не мог быть твоим биологическим отцом. – Он умолк, подыскивая нужные слова, и его взгляд вызвал дрожь по всему телу. – Ты знала о том, что у него синдром Картагенера?

– Ты имеешь в виду то редкое заболевание, которое передалось ему по наследству? – шепотом переспросила я. От жуткой паники и страха у меня перехватило дыхание.

– Да. Но все гораздо сложнее, чем ты думаешь, – сказал Джеймс, почесывая подбородок. От волнения внутри все сжалось. – Твой

отец был бесплоден, Фэй. Он не мог иметь детей. – Слова дяди безмолвно повисли в воздухе. Я обхватила себя руками, пытаясь хоть как-то сохранить остатки самообладания.

– Мама всегда говорила, что дело в ней, – невнятно ответила я, чувствуя, как мозг постепенно отказывается работать. – Я была единственным ребенком в семье, потому что она больше не могла иметь детей. Значит, это очередная ложь.

В тот момент я испытала дикую ненависть к своей матери. Я страшно злилась на нее за то, что она не рядом, за то, что не могу накричать на нее и потребовать чертовой правды. Как она могла превратить всю мою жизнь в сплошную ложь? Ладони сжались в кулаки, мне с трудом удавалось держать себя в руках.

– Кроме того, я выяснил, что в момент их мнимого знакомства твой отец работал в Белфасте. Его здесь даже не было, Фэй. То, что она тебе рассказала, никак не может быть правдой.

Лгунья! Как она могла так поступить?

Я больше не знаю, кто я такая. Все воспоминания о родителях потускнели, ведь вся моя жизнь – фальшивка. Каждый день своего никчемного существования я провела во лжи.

За что? Они вообще собирались рассказать мне правду?

Раздираемая яростью, обидой и миллионом всевозможных эмоций, я вскочила с кровати и смела все со своего туалетного столика. Схватив стул, я яростно швырнула его через всю комнату, наблюдая, как он разбивается о стену, и наслаждаясь звуками трескающегося дерева под шокированный вздох Джеймса. Слезы потоком заструились из глаз, крик бессилия заполнил все вокруг, и я упала на пол, сотрясаясь в неконтролируемых рыданиях.

Кай присел на колени рядом со мной, нежно обняв сзади. Его руки были напряжены, но я почувствовала манящее тепло, зов его тела и эту внутреннюю борьбу, которая заставила нас отдалиться друг от друга.

– Кайлер, – в голосе Джеймса отчетливо слышалось предупреждение.

– Заткнись, пап. Она нуждается во мне, я должен ее поддержать. Ты – единственный из нас, кто облажался. И как же чертовски лицемерно с твоей стороны критиковать нас после всего, что ты сделал.

«Облажался». Слова Кайлера прозвучали так странно, ведь реальность гораздо сложнее.

Кто же из нас действительно лицемер – Джеймс или мы?

Изо всех сил впиваясь пальцами в кожу головы, я принялась массировать виски, пытаясь избавиться от головной боли. Что правильно, а что – нет? Я больше не знала ответа на этот вопрос, а мой воспаленный мозг был не в состоянии рассуждать здраво.

– Хотя бы надень футболку. – Джеймс швырнул ее через всю комнату, и я попыталась заставить себя не смотреть на обнаженный торс Кайлера.

Вытирая рукавом халата мокрые щеки, я повернула лицо к Джеймсу. Кай натянул на себя футболку и снова обнял меня. Я прижалась к его груди, пытаясь набраться сил.