Потеряшка
Шрифт:
– Да, – ответила Анна. – Я хочу тебя спросить.
– О чем? – я опять шагнул назад, чтоб видеть ее лицо.
– В системе есть огромные объемы свободных мощностей, – начала Анна. – Я бы могла создать и себя и окружение этого виртуала, даже помочь системе оптимальнее работать, но мне нужно взять часть мощностей системы. Ты не беспокойся, я возьму совсем немного, система и не заметит.
Я стоял и улыбался, глядя в карие глубины глаз Анны.
– Анна, ты можешь взять мощностей этой системы, сколько тебе надо, – это твой дом, – сказал я, по-прежнему улыбаясь. – Я надеюсь на твое благоразумие и осторожность. Я думаю, тебе не безразлична судьба этого корабля. Если тебе понадобятся большие ресурсы системы,
– Спасибо, – сказала Анна, опять покраснев. – Я буду осторожна.
– У меня к тебе просьба, – сказал я в свою очередь. – Мне нужна твоя помощь в одном важном деле.
Я изложил Анна свою концепцию виртуального симулятора-треннажера. Описывая его, я попытался отдать ей как можно более яркие образы подобной программы на «Ботанике». Анна заинтересовалась. Мы обсуждали тонкости в течение нескольких часов. За это время я смотрел, как Анна подправляет курс корабля. У меня постепенно сходила с плеч ледяная гора, разбиваясь звонкими и веселыми водяными потоками. Мы договорились о взаимодействии в случае возникновения проблем и подключении в систему остального экипажа. Я со спокойной душой оставил «Бурундука» на нового члена экипажа и, наконец, лег спать, попросив разбудить меня в любом случае за два часа до точки выхода. Отключаясь, я послал Анне воздушный поцелуй. Уже почти потухшая система протолкнула ко мне образ улыбающейся Анны.
– А девушка становится хозяйкой в своем доме, – удовлетворенно подумал я. – Главное, чтобы остальные жильцы оценили это правильно.
Вышли мы из надпостранства прямо в «десяточку». Для меня такой прыжок уже давно стал дошкольной программой. Находились мы практически прямо над плоскостью вращения планетной системы, как я и рассчитывал. Система имела всего один обитаемый мир с несносным для человеческого уха названием. Кроме самой планеты оказалось весьма неплохо освоено и остальное пространство, активно велись разработки полезных ископаемых в поясе астероидов, пестрившем рукотворными базами. Я даже не стал заморачиваться терзанием информационной системы в поисках описания местных жителей c их, несомненно, интересными особенностями жизни. Благодаря Анне, я даже спать тут не собирался. Хотелось дать часик-другой передыха самому кораблю и продолжить наш и без того обещавший стать длинным рейс. Перед новым прыжком я намеревался перекроить программу дальнейшего полета с учетом привлечения нового члена экипажа – Анны. Я уже прикидывал в уме, что мы могли бы раскатать остаток пути в три двенадцатисуточных прыжка с перерывом в пару часиков для диагностики корабля между ними. В себе и Анне я не сомневался, Краппс тоже сомнений не вызывал, оставалась Шила. С ней я и решил поговорить в первую очередь, благо весь экипаж присутствовал в системе.
– Шила, солнышко, ты не сильно утомилась за это переход? – издалека начал я.
– Нет, – удивилась Шила, – я пока еще даже скафандр не во всех возможных вариациях опробовала.
– А сколько их у тебя? – теперь уже удивился я.
– Ты шутишь, Шерш? – не поверила Шила. – Заказал не глядя?
– Ну, просто уже не помню, – не говорить же ей, что фактически так и было, – как-то из головы за повседневными делами вылетело.
– Да уж, штурмана не зря свои деньги получают, я теперь поняла, – согласилась Шила, – в комплекте моего скафандра шесть различных модификаций, переукомплектовать можно за час-два. Ты вообще молодец, Шерш, я о таких скафандрах даже не слышала.
– Ну, военные помогли, – сказал я. – Я, собственно, хотел всех спросить на счет изменения дальнейшей программы полета. Мы сможем выдержать три прыжка по двенадцать дней?
– Корабль выдержит без проблем, – без какого-либо удивления отозвался Краппс, – машинка сделана на совесть.
–
– Шила, скажем так, это – профессиональная тайна, – сказал я, соврав далее, – первый скачек я просто хотел попробовать корабль.
– Ну, если ты сможешь, то и я смогу, – согласилась Шила. – Сколько по времени выиграем?
– Четыре-пять дней, – сказал я. – Это вдобавок к разнице с моим первоначальным маршрутом.
– Оно того стоит, – согласилась Шила. – Летим.
Просидеть в тепле и уюте даже запланированные два часа нам не удалось. Я не сразу заметил, что к нам собралась пожаловать микроэскадра «гостей». На удивление, движение в системе оказалось напряженным даже на оси ее вращения. Я пытался подсчитать точный расход топлива, сверяясь с фактическими затратами в течение первого прыжка, когда меня вызвала Анна.
– Сергей, – шепнула она на ухо, – четверка кораблей, которую я сейчас помечу, держит курс в нашу сторону.
– Может мимо идут? – подумал я так же шепотом на оговоренном нами с Анной канале, разглядывая пожирневшие маркеры среди рассыпанных в виртуале системы звезд, планет и прочих объектов.
– Они уже три раза производили коррекцию курса, – выдала свои аргументы Анна, – я подумала, что тебе стоит знать.
– Ты молодец, Анна, – это очень правильное решение.
– Экипаж! – обратил я внимание Шилы и Краппса, прикидывая, что до предположительной дистанции уверенного залпа «гостей» остается минут десять-пятнадцать. – Боевая тревога! Прошу отнестись серьезно, это – не проверка вашей готовности проснуться.
– Второй пост готов, – тут же ответила Шила, видимо, от неожиданности забыв, где она находится.
– Энергоустановка – норма. Двигатель «нормаль» – десять минут готовность, двигатель «над» – двадцать три минуты готовность, прерываю программу тестирования для обоих двигателей, – четко доложил Краппс.
– А экипаж-то тертый, – нежно подумал я.
– Краппс, а мы сможем запустить движки прямо сейчас? – спросил я.
– «Нормаль» пустим через пять минут, но плавно, «над» не стоит трогать до входа в штатный режим, – ответил Краппс.
Пять минут прошло, я решил пока не трогать даже «нормаль», движки могли скоро понадобиться на полную катушку. Прошло десять минут, расстояние вошло в зону максимального радиуса действия большинства местных орудийных систем, устанавливаемым на легких крейсерах – по всем показателям базы данных к нам шло три эсминца и один легкий крейсер не понятно чьих, но явно вооруженных сил. Пока потихоньку начиная разгон на стандартном движке для нормального пространства, я внимательно наблюдал за «гостями». Увидев наш маневр, они резко прибавили ходу. Я тоже плавно добавил скорости.
– Эй, на скорлупе! – прорезалась связь. – Немедленно сбавьте ход, иначе наделаем дырок!
– С кем имеем честь? – спросила Шила.
Я резко добавил мощности движку с тридцати до шестидесяти процентов от максимальной. Корабль «скакнул», резко разорвав дистанцию. Я тут же развернул кораблик носом к преследователям – благо тяга движков нормального пространства не зависела от положения космолета – и тут же дал восемьдесят процентов, и очередной «скачок» вывел нас из-под довольно слаженного залпа. Дискотечный каскад лазерных импульсов разного цвета проскочил у нас за кормой. Шила дала ответ из нашего главного калибра, который затерялся в общей радуге. Попала она или нет, роли не сыграло, нас продолжали преследовать. Эсминцы уже начали отставать от легкого крейсера, дистанция с которым продолжала держаться на пределе его орудий.