Потеряшка с Пожарной, 19

Баскакова Нина

— Кони.

— Как породу собак?

— Порода собак Колли.

— Мне не нравится. Констанция. Костя? Станция? Стани?

— У меня есть имя…

— Стани. Мягче всего на язык ложится.

— Ты меня не слышишь, — она вздохнула.

— Слышу. Но не значит, что соглашусь.

— Почему? — искренне удивилась она.

— Потому что у меня есть своё мнение. Чайник вскипел. Сейчас чай заварю и лапшу.

— Ты не будешь ведь пить?

— После такой лекции всё желание отпало. В гости тебя приглашать не будут.

— Почему?

— Такие

лекции портят настроение.

Он помыл тарелки и закинул в них лапшу быстрого приготовления. После этого залил лапшу кипятком.

— Бабушка говорит, что от этого желудок в дырочку станет.

— У меня пока цел. Да и другой еды нет. А сейчас чего ревёшь?

— Мне тебя жалко. Я на Новый год обязательно попрошу у Дед Мороза вместо подарков, чтоб у тебя всё было хорошо.

— Спасибо за заботу, — усмехнулся Антон.

Минуту назад читала лекцию о вреде алкоголя, а сейчас оказывается, что она ещё в Дед Мороза верит. Он протёр ладонями лицо.

— Антон, ты зря не веришь. Чудеса случаются, — серьёзно сказала она.

Он не стал спорить, слушая какую-то историю про ангелов и Рождество. Она говорила не замолкая, лишь прерываясь, чтоб съесть лапшу и запить её чаем. Он узнал, что она учится в гимназии и изучает три иностранных языка, а мама постоянно ездит по командировкам и дома её почти нет, но когда она появляется, то вместо разговоров, мама устраивает ей экзамен.

— Где у тебя туалет?

— На улице.

— Дикарь, — бросила она, надевая ботинки и стаскивая шубку с шапкой. Антон вышел вместе с ней.

Дали свет. Фонари освещали гаражный комплекс. Снежинки танцевали под фонарями.

— Красиво, — прошептала Констанция.

— Ага, а чистить тут всё мне.

— Сейчас начнём? — спросила она. — Чтоб завтра было не так много снега.

— Можно и сейчас, — усмехнулся Антон. Он зашёл в гараж. Достал две лопаты.

Она была странной. Старательно сгребала снег. Не жаловалась. Он отвлёкся. Когда вновь посмотрел в её сторону, то увидел, как она катается на льду, что получился после замёрзшей лужи, при этом ещё и смеялась. В следующий раз он увидел её лежащей в сугробе.

— Ты чего? Ударилась? — наклонясь над ней спросил Антон.

— Нет. Ты посмотри как красиво, — тихо сказала она.

— И чего красивого валяться в грязном снегу?

— Он чистый. Только выпал. Иди сюда, — она похлопала на место рядом с собой. Антон пожал плечами. Плюхнулся в сугроб. Фонари освещали крупные снежинки, что напоминали перья птиц. Они падали на лицо и тут же таяли. Кружили, танцевали и падали на землю, чтоб укрыть её белым покрывалом.

— Снег как снег, — сказал Антон.

— А мне кажется, что мы сейчас в какой-то волшебной стране. В той, где Щелкунчик жил.

— Почему именно Щелкунчик?

— Не знаю. Он мне нравится. И его показывают именно на Новый год, когда зима. Поэтому и кажется, что он живёт среди снега. Всегда хотела попасть туда. И похоже мечта сбылась. Мама

и бабушка сейчас переживают, а я здесь играю и не чувствую угрызения совести. Мне сегодня было весело.

— Мало тебе надо для счастья. Снег почистила и на грязной лужи покаталась, так сразу в волшебную страну попала.

— А тебе надо много для счастья? — спросила Констанция.

— Деньги нужны. Тогда и счастье будет.

— Глупый ты, а вроде взрослый. У меня мама такая же глупая. Всё думает, что если будет много зарабатывать, то счастье придёт. А в её глазах грусти всё больше, а счастья меньше, — она чихнула.

— Пойдём греться.

— Пойдём, — согласилась она. — Который час?

— Одиннадцать.

— Первый раз так долго не сплю, — сказала она и рассмеялась.

Они пили чай до полуночи. Она ему пересказывала Щелкунчика. Сразу несколько версий, которые смотрела по телевизору. Проводила какие-то сравнительные анализы с оригиналом книги и вольной трактовкой режиссёра. Откуда только таких слов понахваталась! Антон поймал себя на мысли, что со смерти бабушки и дедушки это был первый вечер, когда на душе было тепло. Она с собой принесла ощущение чуда и света.

— Давай спать, — предложил он, когда она стала сонно тереть глаза.

— Давай.

Старый диван был разложен. Антон кинул на него две подушки. Одеяло. Спали в свитере и штанах. Печка хоть и грела, но было прохладно.

— Мы не угорим?

— Здесь вентиляция есть. Спи.

— Ты похож на принца из сказки.

— С чего это?

— А их не бояться и за них мечтают замуж выйти.

— Вот вырастишь и поговорим на эту тему.

— Я вырасту, а тебя другая принцесса уведёт к тому времени. Ты уже станешь королём. Жаль, что ты такой старый, — она уснула. Антон рассмеялся. В двенадцать лет он был для неё взрослым, в шестнадцать уже в старика превратился. Чудной ребёнок.

Утром Антон поднялся в пять утра. Дочистил подъезды к гаражам. Потом пришёл Ванька и притащил аккумулятор для машины. После этого убежал. Антон помучился часа два и в итоге поставил машину на колёса. Как раз к тому времени проснулась Стани.

— Чего ты расшумелся? — недовольно спросила она.

— Карету тебе чиню. Домой собираешься?

— Уже можно ехать?

— Чай попьём и поедем, — вытирая руки и садясь рядом с ней, сказал он.

— А ты бороду состриг, — заметила она.

— Сбрил. И не борода это была, а щетина.

— А в чём разница?

— Борода длиннее. Как у Карабаса-барабаса.

— Он выдуманный. Таких длинных бород не бывает, — рассмеялась Констанция.

— Бывают.

— Обманываешь!

— Зуб даю! — ответил он. Она рассмеялась, падая на диван. — Давай, поднимайся, умывайся и поедем, пока твои не поседели.

— Ты прав, — она стала серьёзной. — Любая сказка должна подойти к концу.

Они пили чай с дешевыми карамельками. Она старательно дул, остужая чай и о чём-то сосредоточенно думала.