Потерянный "Зльф"
Шрифт:
Придя в себя, девушка повернулась к Алексею, улыбнулась своей милой улыбкой, на сей раз получившейся несколько вымученной, и произнесла неуверенным, чуть хрипловатым от напряжения голосом:
— Очень… трудность… забрать… знание… прямо… от… чужой… разум… немного… боль… когда… принимать… его… внутрь… мне… я… раньше… это… не сделала… еще… никогда. — Незнакомые слова давались ей с большим трудом, однако паузы между ними с каждой секундой становились все короче и короче: — Я… мне… имя Яллаттан, а имя для ты — какой?
Ответил Алексей не сразу. В первый момент он даже не понял, что незнакомка заговорила с ним по-русски —
— Леха… то есть… Алексей.
Девушка засмеялась — устало, но вполне искренне:
— Тебе нет бояться от я! Я буду помощь для ты — надо ходить за меня в лесу. Ты правильно понимал — я не есть человек, я есть эльф. А твой… ты — человек, но не из этот мир, другой. Я брать знание про ты от Старший…
Алексей, понимая, что он тоже должен что-то ответить, выдавил:
— Как называется этот… мир? — Первоначально он хотел сказать «планета» — фантастику он любил не меньше, нежели фэнтези, — но отчего-то решил, что так ей будет понятнее.
— Дальир. Имя для мой мир — Дальир. Здесь, — видимо, не будучи уверенной, что он ее понял правильно, девушка широко развела руки, словно пытаясь охватить все окружающее, — все здесь есть. А как твой мир имя?
— Земля, — чувствуя себя полноправным участником какого-то дурацкого шоу с названием не то «пойми меня», не то «кто крайний к психиатру», ответил он. — Мой мир называется «Земля». Другой мир…
Эльфийка (необходимость в подтверждении истинности этого понятия, кажется, отпала раз и навсегда) кивнула и продолжила:
— «Любой эльф должен пойти повстречать тебя, когда чувствовать сильная магию», — так говорить мне, всем нам, Старший. Нам с ты необходимость быстро пойти дальше.
Будем еще говорить после, мой очень интерес много узнать про твой другой мир, но сейчас уже необходимость идти. Сильная магию могли чувствование… чувствовать другие, плохо здесь оставаться. Опасность быть еще здесь! Пошли! — Последнее слово прозвучало на удивление четко, даже ударение было проставлено правильно.
Алексей молча поднялся, помог встать девушке и даже выдавил нечто, смутно похожее на улыбку:
— Ну, пошли. Показывай дорогу, лесная красавица!
Получилось неискренне и как-то до тошноты наигранно — аж самому противно стало. Но девушка этого не заметила, двинувшись сквозь послушные ее воле заросли. Капитан вздохнул и потопал следом, даже не пытаясь привести в порядок спутанные мысли и чувства — проще было вообще ни о чем не думать. Впрочем, хватило его ровно на десять минут молчаливого похода.
— Яллаттан!
Девушка с готовностью обернулась.
— Да, Аллексей? — именно так, с двумя «л», переспросила она. — Твой иметь задать вопрос для мне… для я?
— Угу, иметь… — капитан мрачно засопел, раздумывая, как бы получше выразить свою мысль. Ничего путного в голову не приходило, и он брякнул прямо: — Слушай, ты что, вправду эльфийка? — и, словно боясь, что она его все-таки не так поймет, поспешно добавил: — Ну, понимаешь, в моем мире эльфы, гномы, орки, маги там всякие — это просто сказки, выдумки. Жанр такой — «фэнтези» называется. А на самом деле ничего этого не существует;
Остановившись, девушка медленно обернулась, грустно покачав головой:
— Я не быть выдумкой. Я есть живой эльфийска. Я можно потрогать, я мочь чувствовать радость, грусть, боль. Когда грустно — я плакать, когда весело — смеяться. Раньше я чаще смеяться; не люблю, когда грустно, — словно в подтверждение своих слов она улыбнулась. — Понимаешь? Я тоже есть живой! Такой, как есть ты. Совсем такой…
Она подошла совсем близко и снизу вверх заглянула в его глаза:
— Я еще могу делать вот так, — поднявшись на цыпочки, девушка легко, едва-едва коснувшись, поцеловала его в губы. — Вот так!
В зеленых, таких же переливчатых, как и ее сарафан, глазах сверкнул озорной огонек.
— Старший говорить, так нельзя делать для незнакомый! Но ты уже теперь есть знакомый, правда? Мне было очень сильное везение увидеть ты первым, потому что ты будешь важность для наш мир, я знаю. Но теперь надо снова уходить, тебе повезло, что я найти тебя первым. Есть опасность для ты, для я, для весь мир. Пойдем. Надо успевать до темнота.
Девушка встряхнула гривой волос и неожиданно протянула Алексею руку:
— Пошли рядом, ты и я. Я уметь чувствовать этот лес, все деревья, каждый травинка и лист. Смотри, это очень простое, потому я не понимать твой удивление, — она слегка повела рукой в сторону, открывая скрытую в зарослях тропинку. — Видишь, лес слушаться меня, это нет трудно. Попробуй сам…
Скептически улыбнувшись, капитан покачал головой:
— В моем мире нет магии. Мы не умеем управлять деревьями или делать нечто… подобное.
Эльфийка безапелляционно качнула головой:
— Нет может быть! Деревья одинаковые живые везде. Просто ты, все люди в твой мир, не умеют это почувствовать. Гномы тоже не умеют, и другие люди не умеют, только мы, эльфийски. Но ты будешь суметь, я знаю… — едва заметно изменившись в лице, она испуганно прикрыла рот ладошкой: — Ой, я нет должна это для ты говорить, ты еще не знать многие вещи. Просто я чувствовать твоя сила, она не такая, как у нас, она очень другая, такая, как была много-много раньше-давно… — слегка смутившись, девушка виновато пояснила: — Ну, я, конечно, не знать это сама, так говорить Старший… Уже давай пойдем, ладно? — закончила она чуть виноватым голосом.
Алексей кивнул, соглашаясь, и, не отпуская ее руки, первым шагнул вперед. Яллаттан с готовностью пошла рядом, незаметно для Алексея заставив тропинку стать чуть-чуть шире. Ее узенькая ладошка, почти полностью скрывшаяся в потемневшей от въевшегося оружейного масла, грязи и пороховой гари ладони капитана, непонятным образом успокаивала его. И хотя ни о каком «восстановлении душевного равновесия» речь пока не шла, немного спокойнее ему все-таки стало.
Несмотря на все эльфийское волшебство — а с тем, что это именно волшебство, Алексей в конце концов смирился, просто приняв, как должное, добраться до сородичей Яллаттан до наступления темноты они не успели. Эльфийский город был, по словам девушки, уже совсем недалеко, когда она, глядя на изрядно вымотанного капитана, решила заночевать в лесу. Алексей, и на самом деле чувствовавший себя не лучшим образом, не спорил и — дабы сохранить лицо — даже выразил готовность «подежурить», пока девушка будет отдыхать.