Потерянный трон

Безымянная Алиса

— За все то время, что мы существуем, Анубис никогда не задумывался над тем, чтобы кому-то его отдать, — признался Осирис, задумчиво улыбнувшись. — До тех самых пор, пока ты не спустилась в загробный мир. Воплощение божественного дара у каждого бога-хранителя свое. У Анубиса им стало перо правды Маат и он отдал его с такой легкостью, что сперва я никак не мог понять его действий. Я верил в то,

что ты достойна величайшего дара за свою помощь богам, но никак не мог понять, мотивов Анубиса.

Осирис прервался. Он с любопытством смотрел на потрясенную девочку, взиравшую в глаза Анубиса с немым укором и непониманием.

— Разве в этом ес-с-сть что-то с-с-странное? — возмутился бог мертвых. Поднявшись с песка, он отряхнулся. — Перо Маат, открывает для человечес-с-ского с-с-существа темные миры, позволяя бес-с-спрепятственно по ним путеш-ш-шествовать. Разве это не лучш-ш-ший подарок для Хранительницы Антрацитовых врат? Кроме того, ты сможеш-ш-шь заглянуть и даже перенестис-с-сь в любой Темный мир, не ис-с-спользуя с-с-сами врата. Твое с-с-сознание будет путеш-ш-шествовать отдельно от тела. Никому больш-ш-ше я бы не доверил подобное с-с-сокровище, — отвернувшись от Даши, он сложил руки на груди. — К тому же, для тебя теперь и загробный мир открыт, и мне не придетс-с-ся ждать новой встречи с-с-слишком долго, — едва слышно прибавил Анубис.

Осирис не удержался от самодовольной улыбки, в то время, как Даша порывисто обняла бога, искренне поблагодарив.

Анубиса подобная реакция удивила, впрочем, отказываться от объятий он не стал.

— Тебя не было в загробном мире довольно долго, — строго заметил Осирис, взглянув на бога мертвых. — Однако я не стану тебя останавливать, если ты решишь покинуть меня на некоторое время. Тот, кто попытался избавиться от хранительницы врат, втолкнув ее сюда, непременно повторит свою попытку, как только поймет, что она не увенчалась успехом.

Анубис серьезно кивнул. Взяв Дашу за руку, он увлек ее за собой, в заполненный звездами коридор. Они шагнули сквозь стену, а в следующее мгновение их окутали подземные воды, увлекая в чернильную бездну. Даша вновь ощутила мягкую тягучесть вод, и отметила как странно то, что её одежда вновь оказалась сухой. Анубис едва ощутимо подтолкнул

ее вперед. Только сейчас девочка осознала, что все это время путешествовала по Тёмным мирам, будучи бесплотным призраком, бестелесным созданием. Она видела подвал, утопающий в песках, как видела и собственное тело, лежащее перед вратами. Склонившись перед ним, Даша ощутила, как ее затягивает внутрь, а в следующую секунду уже вздохнула полной грудью. Прислонившись спиной к каменной стене, выкрашенной облупившейся от сырости салатовой краской, стоял Холод, одетый в простую спортивную куртку и цветастую вязаную шапку с помпоном. Полным презрения взглядом он посмотрел на вышедшего из врат Анубиса.

— Твое счастье, что богам не нужно получать разрешение на миграцию в человеческий мир, — с ненавистью выдохнул Страж.

Он говорил вслух, и в небольшом помещении подвала, его голос вибрировал и звенел, отражаясь от стен, затянутых морозным инеем.

Анубис отрывисто хмыкнул. Его голос чем-то напомнил Даше лай шакала.

— О, я и не с-с-сомневался, что мы подружимс-с-ся, — прошипел в ответ бог мертвых.

Холод перевел на девочку вопросительный взгляд.

— Ну и зачем он здесь?

Приняв протянутую Анубисом руку, девочка поднялась, отряхнув одежду от песка.

— Для того, чтобы помочь нам отыскать убийцу дедушки и понять, кому и для чего необходимо избавить человеческий мир от Хранителей Антрацитовых врат, — голос Даши звучал как никогда уверенно и четко.

Поднявшись по ступеням, Даша вышла из подвала. Следом за ней заспешил Анубис. Неожиданно оказавшись прямо перед ней, Холод преградил девочке путь.

— И как, позволь поинтересоваться, ты собралась это сделать?

Хитро улыбнувшись, девочка прищурила желтые глаза, прочерченные вертикальным зрачком. Из-под волос показались рыжеватые кошачьи ушки.

— Пожалуй, начну с того, что соберу всех стражей, — лаконично заключила она.

Обратившись кошкой, Даша ловко проскользнула мимо застывшего в изумлении Стража. Самодовольно усмехнувшись, бог мертвых последовал за ней. Никто из них не сомневался, что этой ночью на город обрушится вся мощь и негодование ледяной стихии.