Потерянный рай

Мильтон Джон

Но удержался, опершись на дрот

Огромный. Так, подземная вода

И ветер, сквозь глубинные пласты

Порой себе прокладывая путь,

Сдвигают с места гору, и она

Со всеми елями и сосняком

Полупроваливается. Престолы

Мятежные, завидев, что сражён

Из них сильнейший, в бешенство пришли

И в изумленье. Наши в торжестве

Издали клич победный, возвестив

Желанье скорой битвы. Михаил

Архангельской фанфаре повелел

Трубить;

все Небо этот звук объял;

Тогда вскричали верные войска:

«Всевышнему осанна!»; вражья рать,

Не медля, столь же грозная, пошла

В атаку; битва завязалась вмиг,

Подобно буре бешеной, и вопль,

Неслыханный доселе, огласил

Все Небо; ударяя о броню,

Оружье издавало звон и лязг,

Нестройный, оглушающий раскат;

Скрипели оси медных колесниц

Неистово, и в трепет приводил

Побоища невыносимый гул.

Пронзительно свистя над головой,

Летели тучи раскалённых стрел,

Над полем битвы свод образовав

Горящий, и под куполом огня,

С напором разрушительным, войска

Сражались, друг на друга устремясь,

Неистощимой злобою кипя.

От грома содрогались Небеса;

Была б Земля уже сотворена,

Она б до центра сотряслась! Не диво!
–

Сшибались миллионные когорты

Свирепых Ангелов, из коих мог

Слабейший все стихии подчинить

И обратить в оружие своё;

Насколько ж совокупная грозней

Неисчислимых сонмов этих мощь,

Способная, стократ раздув пожар

Войны губительной, хоть не совсем

Разрушить Небо — их блаженный край

Родной, но разорить его вконец.

Однако Вечный Всемогущий Царь

Вселенной, властвующий с вышины,

Им силы поубавил. Все ж число

Сражающихся было таково,

Что армии равнялся легион,

А легиону — воин. Каждый вождь

Был воином, а воин был вождём,

И каждый знал — когда идти вперёд,

Когда остановиться и когда

Сомкнуть иль разомкнуть подвижный строй

По ходу битвы яростной. Никто

Не помышлял бежать иль отступать;

Не обличало страха ни одно

Деянье; полагался на себя

Любой, как будто лишь в его руках

Ключи победы. Славные навечно

Свершались подвиги — им счета нет,

Столь широко разбушевался бой

Многообразный: то на твёрдой почве

Рубились пешими; то на крылах

Взвивались мощных, воздух расплескав,

И весь уподоблялся он огням

Сражающимся. Битва долгий срок

Без перевеса длилась, до тех пор,

Пока, невиданное оказав

Геройство и подобного по силам

Соперника

не встретив, Сатана

Пробился сквозь побоище, как вихрь,

Меж Серафимов, что свои ряды

Смешали в лютой сече, и узрел,

Как Михаил разит мечом огромным,

Единым взмахом целые полки,

И смертоносный, обоюдоострый,

Двумя руками поднятый клинок

Обрушивается и все вокруг

Опустошает. Сатана, спеша

Погибель отвратить, подставил щит -

Неразрушимый, исполинский диск,

Покрытый адамантовой броней

Десятислойной. Ратный труд прервал

Архангел, заприметивший Врага;

Он радостно надеялся войну

Междоусобную Сынов Небес

Немедленно покончить, одолев

Зачинщика, и протащить в цепях

Пленённого. С пылающим лицом,

Сурово брови сдвинув, он вскричал:

"— Виновник Зла, безвестного досель

На Небе и до бунта твоего

Неведомого даже по названью,

А ныне изобильного! Взгляни

На беды ненавистной всем борьбы,

Которые по праву на тебя

И на твоих сообщников падут

Безмерно тяжело! Как ты возмог

Нарушить благодатный мир Небес,

Злосчастие в Природу привнести,

Не бытовавшее до мятежа

Преступного! Как заразить дерзнул

Своею злобой тысячи других,

Когда-то верных, чистых, а теперь

Запятнанных изменой! Не мечтай

Расстроить бунтом наш святой покой.

Тебя изгонят Небеса; приют

Блаженный не потерпит мрачных дел

Насилья и войны. Изыди в Ад,

И да изыдет заодно с тобой,

В обитель Зла, твоё исчадье — Зло,

И вся твоя бесчестная орда!

Там смуту сей, покуда этот меч

Карающий твою не начал казнь

Иль месть, которой дал Господь крыла,

Внезапная, иная ниспадет,

Тебя низвергнув, для горчайших мук!"

Так молвил Князь Небесных сил; ему

Противник прекословил: "— Ты не тщись

Угроз воздушных ветром испугать

Того, кому деяния твои

Не страшны: разве в бегство обратил

Ты из моих бойцов хоть одного,

Слабейшего? И разве тот, кто пал,

Непобеждённым не вставал опять?

Неужли проще справиться со мной,

Властолюбивый, с помощью угроз

И повелений? Зря не уповай!

Не этим завершится ратный спор,

Который бедоносным ты честишь,

А мы считаем славным. Наша цель

Достичь победы, или Небо в Ад,

Измышленный тобой, мы превратим;

Коль нам не царствовать, мы будем здесь,

По крайней мере, вольными. Напружь