Потерянный рай
Шрифт:
С великой радостью вернулись мы
В Обитель Света, как приказ гласил,
До вечера Субботнего. Но жду
Твоих речей, дабы внимать с отрадой
Не меньшею, чем ты моим внимал!"
Богоподобной Силе Пращур наш
Ответил: "— Человеку мудрено
Поведать о начале бытия
Людского. Кто же помнит о своём
Возникновенье? Но желая длить
С тобой беседу, я рассказ начну.
Сперва, как бы очнувшись ото сна
Глубокого,
И на цветах себя я осознал,
В душистой, бальзамической росе,
Что под влияньем солнечных лучей,
Впивающих летучий, влажный пар,
Просохла вскоре. Удивлённый взор
Возвёл я, созерцая небосвод
Обширный, а затем, как бы стремясь
К нему, наитьем внутренним влеком,
Встал на ноги и увидал вокруг
Холмы, долины, сень тенистых рощ,
Поляны солнечные и ручьёв
Рокочущих теченье; и везде
Живые твари двигались, брели,
Порхали; птицы пели средь ветвей.
Природа улыбалась. Благовоньем
И счастьем сердце полнилось моё.
Потом себя исследовать я стал,
За членом — член; то я бежал, то шёл,
И гибкие повиновались мне
Все части тела. Кто же я таков,
Откуда взялся? — этого не знал.
Пытаюсь молвить — и заговорил;
Всему, что пред глазами, мой язык
Послушный нарекает имена.
"— Ты, Солнце! — я вскричал.-
Прекрасный свет!
Ты, ярко освещённая Земля,
Цветущая и радостная! Вы,
Холмы и долы, реки и леса!
Вы, дивные, живые существа,
Движеньем одарённые! Молю,
Скажите, если видеть довелось,
Как я возник и очутился здесь?
Не сам собою — значит, сотворён
Создателем великим, всемогущим
И благостным. Скажите — как Творца
Познать и благодарно восхвалить
Того, кто дал мне жизнь, движенья дар
И счастье, ощущаемое мной,
Безмерно большее, чем я могу
Уразуметь и выразить в словах!"
Взывая так, от места, где вдохнул
Впервые воздух, где впервые блеск
Пленительный в мои глаза проник,
Я уходил неведомо куда.
Ответа не было. В тени присел
Я на бугор дерновый, весь в цветах,
И призадумался, и сладкий сон
Сморил меня впервые. Нежный гнёт
Мои все чувства дремные сковал,
Их не тревожа. Мнилось, что опять
Я в состоянье прежнее вернусь,
В небытие, что обращусь в ничто.
Вдруг сонное Виденье подступило
Ко мне, остановившись в головах,
Своим присутствием едва внушив,
Что я ещё живу и существую.
И дивноликий Некто возгласил,
Приблизившись: "—
Адам, тебя. Встань, первый Человек,
Встань, Праотец бесчисленных людей!
Меня ты звал — Я здесь, дабы ввести
Тебя в жильё твоё, в блаженный сад!"
Сказал, и, за руку меня подняв,
Над водами и долами, стопой
Не прикасаясь к почве, заскользил
По воздуху, и наконец, возвёл
На верх горы лесистой, что была
Обширным плоскогорием округлым
Увенчана, со множеством дерев
Роскошных, меж которыми вились
Тропинки и манили тенью кущи.
Все виденное мною до сих пор
Уже не столь прекрасным я почёл,
С чудесной этой местностью сравнив.
Деревья были все отягчены
Плодами дивными; они мой взор
Прельщали и желание вкусить
Внушали алчное. Но в этот миг
Проснулся я, увидев наяву
Мой воплощённый сон. Скитаться вновь
Я стал бы наугад, но меж стволов
Явился Тот, кто ввёл меня сюда:
Воистину явилось Божество!
В благоговейной радости и страхе
Покорно я припал к Его стопам.
Подняв меня, Он кротко произнёс:
"— Я Тот, кого ты ищешь; Я — Творец
Всего, что видишь ты вверху, внизу
И вкруг себя. Прекрасный этот Рай
Дарю тебе, своим его считай,
Храни, возделывай, и от плодов
Любого древа, что растёт в саду,
Ты невозбранно, с лёгкою душой,
Вкушай, неурожая не боясь.
Но Древа, чьё воздействие даёт
Познание Добра и Зла, — не тронь!
Как послушанья твоего залог
И верности велениям Моим,
Я посредине сада поместил
Его, близ Древа Жизни. Берегись
Плода Познанья! Берегись дурных
Последствий горьких! Помни: если ты
Вкусишь, единый преступив запрет
И согрешив, то с этого же дня
Неумолимо должен умереть.
Ты смертным будешь, навсегда лишась
Блаженства, и отсюда в мир забот
И скорби изгнан!" Грозно Он изрёк
Запрет, что до сих пор звучит в ушах
Так страшно, хоть его не преступать
Иль преступить — зависит от меня.
Но вскоре прояснился дивный лик,
И Некто милостиво продолжал:
"— Не только сад — всю Землю я тебе
Дарую и потомству твоему.
Владейте, как хозяева, Землёй
И всякой тварью, что живёт на ней,
В морях и в небе: зверем, рыбой, птицей.
Во знаменье сего, гляди, Адам!
Вот птица всякая и всякий зверь
По их породам, созванные Мной,