Потерянный рай

Видар Гарм

— Ну так кончайте трёп и приступайте к делу.

— А что делать с Брайаном, док?

— Да плюньте вы на него. Он и сам выкрутится. Я же вам говорил, что у него иммунитет.

Глава 6

— Здесь не хватает Анны Вирт, Харви. — Берт перевёл мрачный взгляд с разношёрстного, разбавленного сотрудниками СПК, строя, выстроившегося вдоль стены — на лейтенанта и неожиданно подмигнул. — Ну и конечно же — нашего неугомонного Брайана.

Два экземпляра, представляющие полное собрание сочинений, именуемое в

быту Клиф Клифски, стояли рядом, поддерживаемые под локти сотрудниками СПК, и сам чёрт не мог бы сказать который из них был подлинником, а который информационным гомункулусом.

Бывший ординатор Берта был в наручниках и блаженно улыбался при этом. А невзрачный чиновник из магистрата, носивший роскошный галстук и не менее шикарное имя — Клавдий Орст, испуганно жался к сотрудникам СПК, затравленно косясь на бывшего ординатора. Физиономия Клавдия являла собой единый багровый кровоподтёк.

Берт, вальяжно расположившийся в кресле, невозмутимо курил.

Харви неприязненно глянул на него и раздражённо подумал:

«Подумаешь, всеведущий…»

Один из Клифски судорожно вздохнул, а второй метнул на него злобный взгляд так и сочащийся ядом.

— Который из двоих подлинник, а который копия? — нарушил затянувшееся молчание Харви, кивнув в сторону странной парочки, но адресуя вопрос «всеведущему» Берту.

— Я думаю… — неторопливо начал Берт, но один из Клифски злобно тявкнул:

— Это ещё надо доказать!

— …тот, который более жизнеспособный, — невозмутимо завершил фразу Берт. — Ну и, конечно, являясь моделью исходной особи, более упрощённый и, как следствие, более агрессивный. Или, если хотите, целенаправленный. Избавленный от «излишней» рефлексии.

Клифски, уже подававший реплику, вновь открыл рот (в то время как другой экземпляр лишь испуганно хлопал глазами и… икал), но Берт всё так же невозмутимо, едва повысив голос, объявил:

— Я думаю, этот — копия!

Тот Клифски, которому Берт оставил роль оригинала, так шумно сглотнул, что расторможенный бывший ординатор откровенно заржал, а Клифски-копия, повернувшись к своему подлиннику, презрительно буркнул:

— Ну что, доволен?.. Недоделанный.

— Я не виноват!!! Это получилось случайно… — невнятно забормотал Клифски-оригинал. — Если бы Клавдий не наткнулся на ту дверь… А предшественник Любека не помог отыскать в архиве документы… А потом ЭТО проснулось… И всё вышло из-под контроля!

— Что «ЭТО»?! — резко спросил Харви, с трудом разрывая паутину невнятного бормотания, исподволь обволакивающего разум.

Секунду Клифски непонимающе глядел на лейтенанта, а потом испуганно произнёс:

— Я не знаю…

— А кто знает?! — рявкнул Харви.

— Знал Любек… Но… он… погиб. Да и деградация у него зашла слишком далеко…

— Может, ты?! — Харви стремительно повернулся к Клифски-копии.

Тот в ответ лишь злобно ухмыльнулся.

— Или ты?! — Харви раненным хищником рванулся к безумному бывшему ординатору.

— Ну-ну, пёс! Поаккуратней — наступишь. Я сканировал сознание Любека, но кроме голых баб там уже ничего не было…

— Тогда ты?! — Харви поймал бесцветного Клавдия за многострадальный

галстук.

— Я вообще не понимаю о чём речь! — забубнил Клавдий, стараясь не смотреть в глаза разъярённому лейтенанту. — Оставьте меня в покое! Я никогда ничего не хотел, кроме покоя… Это у них вон — амбиция!!! — Клавдий попытался кивнуть в сторону Клифских.

— Кто убил Генри? — взревел Харви. — Кто устранял архивариусов? Как, входя в одно здание, человек оказывался в совершенно другом, удалённом от первого бог знает на сколько?

На мгновение в комнате повисла тишина, а потом раздался спокойный голос Берта:

— Я думаю, что в данный момент только один человек может ответить на все эти вопросы.

— Кто? — хрипло спросил Харви.

— Естественно, наш неугомонный Брайан. — Берт хмыкнул и лениво добавил: — ну, а на некоторые — Анна Вирт.

Глава 7

— Кто я? — эхом откликнулся Брайан. — Ещё одна несостоятельная модель человеческих отношений?..

— Кажется, ты начинаешь постигать всю глубину парадокса. Модель, заложенная в основе твоего функционирования, явно неадекватна средствам, затрачиваемым на его реализацию. Стоило чуть упростить критерии и…

— Вся система стала несостоятельной!

— Да! Как не удивительно. Хотя, казалось, что упрощение приведёт к стабилизации… Тогда, пришлось провести глубинное сканирование и анализ. Но это привело к ещё более катастрофическим последствиям.

— Повышенная смертность старших архивариусов?! Естественно, кому приятно заглянуть в тёмные пучины собственного подсознания…

— Не только. Именно тогда возникли первые случаи странной болезни, принявшие в дальнейшем устрашающие формы эпидемии.

— Идиосинкразия к печатному тексту, вначале служившая простой защитной реакцией, обернулась предвестником грозного недуга — Информационного Имунодефицита.

— Скорее, первым его проявлением.

— Но ответь мне: верно ли то, что ИИД имеет вирусную природу.

— Да! В некий момент информационные поля со специфическим набором дефектов породили информационный вирус, основной характеристикой которого является отрицательный объём.

— Как это отрицательный объём?

— Другими словами — это квант информационного поля не несущего информацию, а поглощающего. Вирус информофаг. Лёгкие симптомы заболевания отмечались у вас и ранее — отвращение к чтению, например. Но тогда вирус был ещё слаб, а условия для его мутации недостаточно благоприятные.

— Значит, косвенным виновником мутации…

— Да! Нарушив более-менее устоявшееся равновесие, я явился катализатором процесса мутации вируса ИИД… Хотя, возможно, немаловажным, если не определяющим, фактором здесь был новый аспект социального развития вашего общества. Так или иначе — в итоге — зыбкое равновесие рухнуло — коммулятивный эффект жизнедеятельности информофага стремительно разрушал связи в информационном пространстве. Ваша реальность стала распадаться на взаимонесвязанные обломки — на колапсирующие участки, внешне проявляющиеся как Приступ, а следующим этапом будет…