Потерянный рай
Шрифт:
– Хардер! – закричал он почти в отчаянии, словно тот мог услышать его через стену. – Ты где?! Как ты?..
Эйвен осёкся и замолчал, не закончив вопроса. Его вдруг осенило, что названный брат – маг, обладающий невиданным могуществом. Прежде он немало слышал о магии вообще и о волшебниках, способных творить настоящие чудеса, но никогда не сталкивался наяву с проявлениями подобных сверхъестественных сил. Впрочем, внутренний голос сразу же напомнил ему о собственной неординарности. Этот факт несколько успокоил возмущённое сознание, но порождал новые вопросы, нагромождавшиеся один на другой, ответы на которые
Хардер появился также неожиданно, как и исчез, пройдя сквозь стену в нескольких шагах правее от того места, где стоял Эйвен.
– Ты?! – воскликнул он изумлённо.
– Я. Кто же ещё, ведь нас здесь двое? – ответил Хардер и снисходительно улыбнулся. – Понимаю: ты удивлён.
– Ещё бы!.. Такое увидеть… Никогда бы не поверил, что возможно проходить сквозь стены!
– Не лукавь. Ты не мог не слышать о подобных… «чудесах».
– Ну, да… – немного стушевался Эйвен. – Учителя нам рассказывали… Значит, ты – "Волшебник"?
– "Волшебник"? – переспросил Хардер с нотками иронии в голосе. – Нет, брат, я – не "Волшебник". Вернее, не тот, кого вы называете «Волшебниками».
– Кто же ты? Разве это не магия?
– В каком-то смысле…
– Я не понимаю. Объясни, что всё это значит?.. Кто ты, кто я?.. Кто эти легендарные "Волшебники"?.. Ведь ты знаешь, я уверен.
– Здесь, – Хардер указал рукой на стену, имея в виду то, что за ней скрывается, – ты найдёшь ответы на многие свои вопросы. Но не обольщайся познать все тайны мира в одночасье. Ты сможешь только чуточку
– Почему? – настойчиво выпытывал Эйвен.
– Не время, – сурово ответил Хардер. Он заметил разочарование на лице юноши и уже мягче добавил: – Неужели ты столь самонадеян, что рассчитываешь сразу же узнать самое сокровенное знание, доступное очень немногим?.. Даже мне известна лишь малая его крупица. Но и этого я не могу передать тебе сейчас.
– Я думал, что между нами больше нет тайн, – с нотками обиды сказал Эйвен. – Зачем ты дразнишь меня?
– Наберись терпения. Тайн в мире слишком много, чтобы вместиться в твоей голове. Именно это я пытаюсь тебе объяснить, а ты ведёшь себя как ребёнок.
– Понимаю… Извини, я был несдержан.
– Извинения принимаю, но впредь контролируй свои эмоции. Ведь это самое простое, на что ты способен… – Хардер взглянул на юношу таким пронзительным взглядом, словно видел всю его внутреннюю сущность. Помедлив, словно колеблясь в сомнениях, он сказал: – Ты сможешь сделать то же самое, если полностью доверишься мне.
– Ты должен верить! Ты видел это собственными глазами. Твой дух способен управлять не только твоим собственным телом, но и творить чудеса, – продолжил Хардер тем же завораживающим необычными обертонами голосом, легко проникающим в сознание юноши. – Всё вокруг тебя – иллюзия, материя, Майя – всего лишь одна из форм проявленной первичной энергии Творца, оплодотворённая его мыслью. Твой дух, твоя сущность – крошечная частичка Его Самого. Тот, кто способен осознать это, способен управлять материей подобно своему создателю. Понимаешь?
– Не совсем… Я – не бог.
– Глупец! Разве твои Учителя не рассказывали тебе, что есть Человек, и как он появился на Земле?
– Человек – потомок Создателей.
– Верно. Развитие Вселенной
– Так написано в Книге.
– Тебе известна Книга Мира? – удивился Хардер. – Ты прочёл и понял всё, что в ней написано?
– Нет, конечно. Книга… необъятна. Так говорят. Учителя рассказывали и объясняли нам только самые общие и избранные главы.
– Ещё бы! Человеческой жизни не хватит, чтобы только прочесть всё написанное в Книге. А уж понять… Ну, раз тебе кое-что известно, тем лучше. Мне не придётся долго и нудно объяснять тебе всё с самого начала.
– Да, этого не требуется. Просто мне трудно поверить в реальность…
– Хорошо, я помогу тебе сделать первый шаг. Не задавай вопроса «как?». Понимание механизма «чуда» придёт гораздо позднее. Всё, что от тебя сейчас потребуется – желание совершить это. Мысленно представь, что перед тобой не стена из камня, а оптический обман наподобие того, что ты видел у моей обители. Ну же, это так просто! Включи своё воображение! – подстегнул юношу Хардер.
Эйвен зажмурился, сконцентрировавшись на поставленной задаче, и ответил:
– Да, я готов.
– Хорошо. Теперь мы осуществим синтез и вместе пройдём сквозь стену. Сосредоточься! И доверься мне!
– Я тебе доверяю.
– Тогда закрой глаза, и начнём.
Эйвен подчинился. Едва его веки сомкнулись, и визуальный образ преграды исчез, он почувствовал проникновение в своё сознание чужих мыслей, эмоций, образов и ассоциаций. Через мгновение он уже не мог отделить собственное мироощущение и собственное «Я» от сознания своего названного брата.
«Идём со мной», – позвал его Хардер, и они шагнули вперёд…
3.
Повозка неспешно катила по едва заметной колее, всё дальше и дальше увозя их от школы Миссии. Мелла по-прежнему была неразговорчивой, но уже не выказывала столь явно своей ненависти ко всему мужскому полу. Грайбер тоже больше не пытался расположить её к себе, а лишь изредка пояснял особенности дороги и обращал внимание девушки на ориентиры с тем, чтобы она могла самостоятельно найти путь в школу. Такой жест старика убеждал в его добрых намерениях лучше долгих разговоров и споров на морально-этические темы. Постепенно Мелла сама стала проявлять к нему интерес.
– Скажи, Грайбер, ты раньше был жрецом?
– Какое это сейчас имеет значение. Я – немолодой и не богатый фермер. И что?…
– И всё же?.. Ты не похож на фермера.
– Ты тоже не похожа на будущую наложницу. Достаточно взглянуть на твоё телосложение, чтобы понять это.
– Меня обучали и готовили не к этой роли.
– Ты – телохранитель? Воительница?
– Что-то вроде того. Ты ведь знаешь, что заведения Миссии находятся под покровительством Императора. Никто не может, открыто покушаться на школы. Но существуют хаши-работорговцы и прочий сброд, которые иногда пытаются поживиться у нас. Поэтому в каждой школе есть девушки, обученные боевым искусствам и всему тому, что требуется для обеспечения безопасности Миссии.