Потерянный рай

Сергей Мартин

– По какому делу? – настаивала невидимая собеседница. – Протектор лично принимает только очень важных посетителей.

– Я буду говорить только с ней, – ответил Грайбер довольно резко. Он начал раздражаться от учинённого допроса и с трудом сдерживал себя от грубости. – У меня есть очень вески причины, чтобы проделать неблизкий путь ради этого. Если не обеспечите встречу с вашей протекторшей, то пожалеете об этом…

– Ждите, я доложу, – последовал сухой ответ, и переговоры закончились.

– Вот же ведьмы проклятые… – тихо пробормотал он с досадой, но тут же опомнился. – О чём это я? Разве сам я не таюсь

ото всех? Разве страх не заставляет меня в каждом подозревать врага? – и совсем тихо прошептал: – Будь, проклят Император и все прокаштры.

Ждать пришлось довольно долго. Наконец, снова раздался строгий женский голос:

– Грайбер, протектор примет тебя.

Створки ворот медленно и бесшумно отворились. Грайбер взял ланни под уздцы и вошёл во внутренний двор школы. Кажется, за тридцать лет здесь ничего не изменилось, разве что деревья в парке стали мощнее и выше. Несколько красивых зданий в три-четыре этажа, стоящие в глубине парка, создавали прекрасный архитектурный ансамбль. От ворот с небольшой площадью к главному зданию вела дорога, вымощенная плитами, а слева и справа от неё раскинулся живописный пруд. Здесь всегда, даже в полуденный зной, было свежо и прохладно.

– Следуй за мной, Грайбер, – снова раздался за спиной женский голос.

Грайбер обернулся и увидел высокую молодую женщину крепкого телосложения в необычном костюме, скорее подходящем для мужчин. Короткие штаны плотно облегали её бёдра, а куртка-безрукавка не скрывала сильных и ловких рук. Её руки покоились на широком ремне, на котором висел футляр для ношения портативного оружия и клинок в ножнах, и Грайбер был уверен, что она применит оружие, не колеблясь, если почувствует в его поведении угрозу. Окинув его холодным оценивающим взглядом, воительница решительно зашагала по дороге, а он торопливо последовал за ней. Видимо, девица сочла его довольно безобидным, раз так демонстративно пренебрегла элементарными мерами предосторожности. Это пренебрежение к своей персоне немного огорчило Грайбера, но он привык, что все окружающие относились к нему, как к добродушному и несколько чудаковатому старику с большими странностями. Кое-кто даже считал, что он душевно болен, правда болезнь его не представляла опасности для соседей, потому они и не гнушались общаться с Чудаком. Это его вполне устраивало, и он никогда не стремился изменить существующий порядок вещей.

С трудом, поспевая за девицей, Грайбер волей-неволей разглядывал её статную фигуру. Он даже подумал, что хорошо бы иметь на ферме такую помощницу, ведь ему уже нелегко управляться даже с небольшим хозяйством. Глядя на стройные ноги и крепкие бёдра женщины, он вдруг вспомнил о давно забытом ощущении феерического наслаждения от физической близости с противоположным полом. Как давно никто не согревал его теплом своего тела, не дарил ласки, не услаждал взор грациозными танцами, а слух – нежными песнями…

Он так погрузился в свои воспоминания, что не заметил, как они подошли к главному зданию школы. На широкой лестнице, возле колоннады, их уже ожидала протектор, облачённая в просторный чёрный балахон до пят. Она спустилась и величаво подошла к ним. Грайбер и сопровождающая его молодая воительница остановились.

– Ты – Грайбер? – спросила протектор мягким приятным голосом.

– Да, – ответил он, слегка поклонившись.

– Ты хотел о чём-то

поговорить со мной. Я готова выслушать тебя.

Грайбер бросил красноречивый взгляд на девушку и не спешил, разглядывая протектора. Перед ним стояла незнакомая женщина лет семидесяти с приятными тонкими чертами лица, не испорченными морщинами. Ведьмы владели секретами продления молодости, поэтому определить их истинный возраст было практически невозможно. Прежней наставнице школы было лет двести, а то и больше, но и тогда это была подвижная и бодрая старушка.

– Мелла, оставь нас, – распорядилась протектор, и девушка повиновалась.
– Ну, что привело тебя ко мне?

– Несколько дней назад мне пришло послание из столицы от одного человека, которому я доверяю. Он сообщил мне очень важную и интересную информацию. Лично для меня она бесполезна. Я не смогу ею воспользоваться, поскольку это касается… государственной политики.

– Простой фермер имеет источник информации о секретах государственной политики? Занятно, – иронично заметила протектор. – Ты думаешь, что сможешь одурачить меня?

– Я не настолько глуп, чтобы даже пытаться играть с вами.

– Тогда на что ты надеешься?

– Я думаю, что эта информация может быть очень полезна для Миссии. На это мне намекнул и мой информатор. Вот почему я здесь.

– Почему ты решил, что нас интересуют политические интриги в столице? Миссия стоит в стороне от всего, что происходит в Империи. Наше предназначение не имеет ничего общего с делами вашего общества.

– И, тем не менее, вы являетесь его частью, хотите этого или нет, – возразил Грайбер. – Ни для кого не секрет, что Миссия пытается влиять на внутреннюю политику Империи через своих воспитанниц, хотя и без особого успеха, как мне кажется. По Соглашению вы поставляете наложниц высшим иерархам Империи и наиболее влиятельным Домам. Только они могут рожать им наследников. А это немаловажный фактор политики. Если к этому добавить сексуальные услуги прочим "средним", то недооценивать ваше влияние могут только глупцы. Уверен, у вас есть и более серьёзные тайные цели и задачи, над достижением которых Миссия терпеливо и упорно работает на протяжении тысяч лет.

– Ты – не простой фермер, Грайбер. Верно? Кто ты?

– Я всего лишь бедный старый фермер. Я живу в этих краях уже тридцать лет. Твоя предшественница хорошо знала меня.

– Постой, так ты тот самый "чудак", который однажды пришёл сюда и просил убежища в обмен на некие тайные знания?

– Да, я тот самый несчастный человек, которого ваша школа приютила тридцать лет назад. Правда, тогда меня сочли за… полоумного. Нет, я не держу обиды. Во всей Империи не найдётся никого, кто смог бы адекватно воспринять мои открытия. Я благодарен Миссии, что тогда вы проявили милосердие, хотя могли захлопнуть передо мной двери.

– Значит, ты тоже когда-то был…

– Тот человек давно мёртв. Даже имя его всеми забыто. Теперь есть только Чудак-Грайбер – бедный фермер, прозябающий на задворках Империи.

– Понимаю… Что ж, вернёмся к предмету разговора. Какой важной информацией ты обладаешь?

– Прежде чем я сообщу её, мне бы хотелось договориться о вознаграждении.

– О вознаграждении? Ах, ну да, всех вас интересуют только деньги.

– Деньги мне не так уж и нужны. Да, я беден, но привык обходиться малым.