Потерянный кров

Авижюс Йонас

— Прощай, Пятрас.

— Погоди! Куда в таком виде? Поищу одежду посуше. — Культя встает

на пороге кухни.

— Гестаповскому шпику?

— Кто ты ни на есть, ищейка или заяц, — мне один черт. Если схватят, все равно кончу, как Матавушас…

Гедиминас хватает Культю за лацканы и, притянув его к себе, всматривается в глаза. Дурацкая надежда… Глаза пустые и холодные, как поле на осеннем ветру. Ничего не говорящие глаза. Серая стена, за которой притаилась неизвестность.

Но нет! Какой-то едва заметный луч, микроскопический солнечный зайчик мелькнул в них, на миг залив лицо лаской, и… снова гаснет… Гаснут закаты, багровым крылом осенив удаляющуюся деревню. Не слышно больше звонкого лая, скрипа журавлей, детского гомона. Не веет больше теплым дымом родных изб. Лес встал перед ним, распахнув широченную грудь. Пропахший смолой и прелью. Зеленый брат, радушно раскрывший щедрые объятия. Владыка царства зверей и птиц, в котором хватает места и человеку.